Мужская немочь в деревенском счёте почти никогда не считалась болезнью. Её считали порчей, и притом самой обидной из всех: наведённой умышленно, чаще всего на свадьбе, чаще всего человеком, которого знают по имени. Поэтому и лечение здесь идёт не по линии «вылечить тело», а по линии «найти узел и развязать».
Что называли
Слов было много, и все обходные: завязан, «закручен», «испорчен», «на нём слово», «не мужик стал». Прямых терминов деревенская речь избегала, о таком говорили намёком и почти всегда в третьем лице.
Различали три разных случая, и это различение работало как диагностика:
- Завязка на молодой. С женой не может, с другой — может. Это классическая свадебная порча, наведённая на пару.
- Завязка общая. Не может ни с кем. Считалось наведением тяжелее первого и часто связывалось с местью за что-то серьёзное.
- Сухота, отворот. Может, но не хочет: пропал интерес к жене, тянет из дому. Это уже не немочь, а отсушка — работа по любовной линии, и разбирается она отдельно.
Честно о содержании: под этим именем стоит и то, что медицина зовёт психогенной импотенцией, и последствия травм, и сосудистые причины, и запой. Замечу отдельно, что традиция сама выделяла случай «с одной не может, с другой может» — то есть отличала избирательность, которая как раз и указывает на голову, а не на тело. Народная логика тут попала точно, только объяснила иначе. Слово и обряд работают в первом случае действительно неплохо; во втором и третьем это не отменяет врача.
Как завязывают
Техника даётся полностью, потому что без знания способа наведения не найти и способа снятия — это правило по всему корпусу.
Замок. Главный приём. Колдун берёт замок и ключ. В момент, когда молодые идут вокруг аналоя или переступают порог дома после венца, он запирает замок и говорит наговор на имя жениха. Замок бросает в воду, зарывает под порог, кидает в колодец или прячет в стене. Ключ уносит отдельно и держит у себя либо топит в другом месте. Пока замок заперт и разлучён с ключом — держит.
Нить с узлами. Берётся суровая нитка, шерстяная или из савана. Вяжется девять или двенадцать узлов, на каждый — слово. Нитка прячется в подушку молодых, в матрац, под порог, в щель косяка, в подклет.
Общее у всех приёмов одно — связывание и запирание с последующим разлучением частей. Замок отдельно, ключ отдельно; узел завязан и спрятан; предмет закрыт наглухо.
Как понять, что завязано
Признаки, по которым знахарь отличал порчу от хвори:
- Началось сразу после свадьбы, в первую ночь или в первые дни.
- Избирательность: с женой — нет, вне дома — да.
- Есть кому: вспоминается непозванный, обиженный отказом сватам, отвергнутая невеста, поссорившийся сосед-колдун.
Проверяли и обычными способами: лили воск (ищут фигуру замка, клубка, скрутки), выкатывали яйцом, спрыскивали с уголька. Каждый из этих приёмов разобран отдельно.
Развязывание
Работа делается обратным ходом: всё, что было сделано на смыкание, повторяется наоборот.
- Ищут предмет. Перебирают порог, косяки, подушки, матрац, подклет, стену за печью, углы под матицей. Найденное берут не голой рукой — через тряпицу или щепками.
- Разъединённое соединяют, соединённое разъединяют. Узлы развязывают по одному, считая вслух наоборот: девятый, восьмой, седьмой — до первого. Нитку не рвут: рваная нитка означает, что часть узла осталась. Развязанную сжигают в печи.
- Замок отпирают. Если найден заперый замок, к нему подбирают любой ключ и отпирают — важен сам факт отпирания, а не «тот самый» ключ. Отпёртый замок оставляют раскрытым и относят к текучей воде, где бросают вниз по течению.
- Если предмет не найден — работают с подобием. Берут новый замок с ключом. В бане, до восхода, мужчину ставят на пороге; знахарь трижды отпирает замок над его головой, каждый раз произнося текст, и трижды проводит раскрытым замком сверху вниз вдоль тела. Замком, отпёртым и не сомкнутым, обводят пояс.
- Вода с замка. Тем же замком и ключом обмывают в чаше непочатую воду, наговаривают и дают пить трижды по три глотка, а остатком обливают от пояса вниз.
- Замок после работы бросают в реку раскрытым, ключ — в другое место. Разлучают уже не на порчу, а на снятие.
Отдельный путь, о котором записи говорят прямо: заставить снять того, кто навёл. Приходили к колдуну с даром — хлебом, холстом, деньгами, — и просили. Считалось, что своё наведение он снимает легче всего. Отказ выбивали по-разному, вплоть до угроз и битья; в деревенском обиходе это было делом обычным.
Слово на отпирание
Текст под эту задачу:
Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, к синему морю. На синем море бел-горюч камень Алатырь, на камне стоит кузница, в кузнице сидит кузнец, куёт не подкову, не гвоздь, а ключ.
>
Кузнец-батюшка, скуй мне ключ ко всякому замку: к замку водяному, к замку земляному, к замку дверному, к замку словесному, к замку думному.
>
Отпираю у раба Божия имярек становую силу, мужнюю крепость, кость и жилу, кровь и хотение. Развязываю узел первый, развязываю узел второй и до девятого, до самого последнего.
>
Кто вязал — тому и держать, кто запирал — тому и носить, кто прятал — тому и искать. А с раба Божия имярек всё снято, отперто, развязано, разомкнуто.
>
Как жеребец в табуне не спрашивает воли, как бык на выгоне не знает удержу, как вода вешняя с горы бежит и не останавливается, — так бы и у раба Божия имярек стояла сила крепко, при жене своей венчаной, а ни при ком чужом.
>
Замок в воду, ключ в землю. Слово моё крепко, дело моё лепко.
Читают трижды на каждое отпирание замка, трижды над водой и один раз на пороге при последнем переходе.
Оберег на свадьбе
Дешевле снятия и потому в ходу постоянно. Вёл защиту дружка-вежливец — специально позванный знающий человек, чья обязанность была не веселить гостей, а держать свадьбу.
- Свадебный поезд обходили или объезжали по солнцу, сыпали зерно, метали через поезд соль.
- В подклет, где стелили молодым, клали топор или нож под изголовье и сеть — с нею всё та же логика узлов, что и у колыбели родильницы.
Первое правило вежливца — не звать на свадьбу мало, а звать всех, кто мог обидеться. Дешевле пустить за стол лишнего, чем потом отпирать замок из чужого колодца.
Отклик и цена
Цена, о которой традиция говорит прямо: работа на развязывание почти всегда называет виновника, а названный отвечает. Дальше разбирались уже не заговором. Знахари это знали и оттого предпочитали снимать молча, не выкладывая имени вслух, — потому что за словом «завязал такой-то» в деревне вставала не отчитка, а красный петух.