«Женская немочь» — не одна болезнь, а целый ящик, в который складывали всё, что у женщины ниже пояса и не называется вслух. И внутри этого ящика есть одна вещь, ради которой стоит разбираться со всем остальным: золотник. Это народное имя матки, и в традиции она — не орган, а жилец, у которого есть своё место, свой нрав и привычка это место покидать.

Что подводили под название

Слово работало как ширма. Говорить прямо о женском было нельзя, поэтому в ход шли обёртки: «немочь», «женская болесть», «бабья хворь», «нутро болит», «на низ идёт». В этот же ряд попадали:

За этим списком стоят вещи очень разные: воспаления, опущение матки, миомы, гормональные сбои, а иногда и беременность, которую женщина ещё не признала. Традиция работала со всем этим одинаково — руками и словом. Там, где идёт долгая кровь или жар, обряд ставится рядом с врачом, а не на его место; знахарки старой выучки при чёрной крови и горячке сами отправляли «к дохтуру» или к бабке поопытнее.

Золотник: жилец, у которого есть место

Представление устойчивое и записано широко. Золотник стоит на своём месте, «на золотом стуле», «под сердцем на своём корню». Пока стоит — женщина здорова. Сошёл — начинается немочь: поднялся кверху, давит под ложечкой, перехватывает дыхание; опустился — тянет низ, ломит поясницу, «выпадает».

Логика тут та же, что с сорванной пупочной жилой у мужика, — и приёмы соседние: там правят пуп, здесь правят золотник. Слово «золотник» само по себе показывает отношение: дорогое, малое, требующее бережности.

Отчего сходит с места, по народному счёту:

  1. Надсада. Подняла тяжесть, тянула одна мешок, несла воду в гору, работала после родов раньше срока. Первая и главная причина.
  2. Испуг. Резкий испуг «срывает» золотник вверх. Отсюда лечение испуга и немочи иногда идёт вместе.
  3. Оступилась, упала, прыгнула с высоты.
  4. Призор, чужой глаз на брюхатую или на молодуху.
  5. Простуда «на низ» — сидела на холодном, стирала в проруби, ходила по росе не в пору.

Правка: горшок, кушак, скалка

Это тот участок традиции, где слово идёт вторым, а руки первыми. Правят натощак, до полудня, лучше в баню после того, как тело распарено.

Правка ладонями. Женщина ложится на спину, ноги согнуты. Знахарка кладёт ладони на низ живота и ведёт от боков к средине и снизу вверх, мягко, без нажима, отсчитывая девять или двенадцать движений. При каждом движении читается часть текста. Считается, что золотник «идёт под руку».

Горшок. Приём севернорусский и очень характерный. Берут небольшой горшок или крынку. Внутрь ставят зажжённую лучину или свёрнутую паклю, дают прогореть, ставят горшок вверх дном на пуп — на подстеленную тряпицу, чтобы не жгло. Остывающий воздух втягивает кожу, живот «подбирается» вверх. Горшок держат, пока сам не отойдёт. Это тот же приём, что и «ставить горшок на пуп» мужику при надсаде.

Подъём на кушаке (на полотенце). Женщину кладут на живот, под низ живота подводят широкий кушак или полотенце, концы берут с обеих сторон и трижды приподнимают тело, слегка потряхивая. Смысл прямой: встряхнуть, чтобы жилец вернулся на место.

После любой правки живот подвязывают: широким платком или холстиной, туго, и носят повязку не меньше трёх дней. Три дня — не поднимать ничего тяжелее ведра до половины.

Слово при правке

Текст под эту задачу:

Встану я, раба Божия, благословясь, выйду из избы дверьми, из двора воротами, в чистое поле, к синему морю. На том море на камени стоит стул золот, на том стуле место золотнику.

>

Золотник, золотничок, ты не гость в чужом дому, ты хозяин на своём. Сойди с рёбер, сойди с сердца, сойди с печени, сойди с хребта, стань на своё место, на золот стул, на свой корень.

>

Я тебя рукой веду, я тебя словом зову, я тебя маслом мажу, я тебя поясом подпоясываю. Стой крепко, не ходи ни вверх, ни вниз, ни вправо, ни влево, ни в новый месяц, ни в ветхий, ни в полнолуние, ни в межень.

>

Как земля стоит и не колеблется, как камень лежит и не ворочается, так бы и золотнику у рабы Божией имярек стоять и не ворочаться.

>

Слово моё крепко, дело моё лепко. Ключ, замок, язык.

Читают трижды подряд, на каждый заход правки. Последнюю строку говорят себе под нос, в закрытый рот.

Кровь: остановить и пустить

Второй сюжет внутри «немочи» — работа с кровью, и он идёт по другой логике, чем золотник.

Останавливают словом на убыль, всегда в сторону убывания: на ущербный месяц, на закат, отворачиваясь от воды по течению. Формула строится на отсылке к запирающему образу: «как замок замкнут, так и жила замкнута», «как река во льду стоит и не течёт». Женщине дают пить настой на пастушьей сумке, на крапиве, на калине; на низ кладут холодное. Работает при этом и трава, и слово, но долгая тёмная кровь — не тот случай, где сидят и ждут отклика.

Пускают обратным ходом: на молодой месяц, лицом к течению, с образом отпирания — «как вода бежит и не станет». Сюда же идёт баня, тепло на низ, парение ног.

Прямое правило традиции: два эти дела не смешивают в один день и не читает их один и тот же человек подряд. Знахарки говорили, что «на одну кровь одно слово», и, отчитав на остановку, к отпиранию не приступали до нового месяца.

Что считается откликом

Плохие признаки, при которых знахарка прекращает работу и отправляет к врачу: жар, озноб, кровь со сгустками и запахом, боль, от которой нельзя разогнуться, обморок. В записях это отражено как «немочь с огнём» — и в старых текстах прямо говорится, что тут слово не берёт.

Если не взялось

Первое, что проверяют, — не нарушила ли женщина трёхдневный запрет на тяжесть. Второе — не был ли испуг, о котором она не сказала; тогда сначала работают на испуг, спрыскиванием с уголька, а правку откладывают. Третье — смотрят на призор: льют воск, катают яйцо. Если немочь пришла сразу после свадьбы и держится, разбирают её как завязку — это уже другой разговор, он идёт в статье о бесплодии.