Пхра кхруанг — нательный буддийский амулет: маленький образ Будды или почитаемого монаха, который тайцы носят на шее и который стоит от двадцати бат до нескольких миллионов. Это самый массовый предмет тайской религиозности и одновременно рынок с оборотом в десятки миллиардов бат, со своей экспертизой, своими журналами, своими конкурсами и своими пузырями. Разбирать его надо с двух сторон сразу, иначе не сходится.

Откуда взялись

Исток — не амулет, а закладка. По всей буддийской Азии в ступы закладывали пхра пхим, оттиснутые вотивные таблички с образом Будды: их делали тысячами и замуровывали в чеди, чтобы образ Учения сохранился до прихода следующего Будды, даже если тексты и храмы погибнут. Таблички из Дваравати, из Лопбури, из Сукхотая находят именно так — целыми закладами внутри разрушенных ступ.

Нательным предметом они стали позже, когда разрушенные чеди начали вскрывать, а найденные таблички — раздавать и носить. К девятнадцатому веку это уже сложившаяся практика, а с приходом дешёвого литья и печати в двадцатом веке — индустрия.

Второй исток — воинский. Металлические образы, зашитые в одежду, ткань с янтами и пояса с такрутами были снаряжением сиамского солдата, и связь амулета с неуязвимостью идёт оттуда.

Из чего они бывают

Пхонг — прессованный порошок. Основа: истолчённые цветы с алтаря, пепел от сожжённых листов с янтами, храмовая известь, глина, толчёные старые таблички, растительное связующее вроде сока банана или масла. Знаменитые пхра сомдет — именно этой природы.

Дин пхао — обожжённая глина. Древнейшие находки из закладов.

Риан — штампованная медаль с портретом монаха. Массовый жанр двадцатого века; риан выпускают к юбилею настоятеля, к постройке зала, к кремации.

Руп ло — литая фигурка, обычно из латуни или сплава, часто с полостью, куда закладывают порошок или волос мастера.

Кринг — образ с шариком внутри, звенящий при встряхивании; связан с целительной линией и с Буддой-врачевателем.

Пять великих

Тайские коллекционеры выделяют бенчапхакхи — «пятёрку», верхний ряд классики. Все пять — старые, все пять давно подделываются, и все пять служат эталоном при обучении экспертов.

Отдельно, вне пятёрки, стоит Луанг Пхор Туат — образ легендарного монаха юга, покровителя от несчастных случаев; его носят водители и лётчики, и по тиражам он, вероятно, первый в стране.

Язык и правила

Амулет не покупают. Тайское слово — чао, «арендовать»: за освящённый предмет вносят пожертвование, а не платят цену. Норма старая и распространяется на всё сакральное; она же удобна тем, что формально выводит сделку из торговли.

Правила ношения совпадают с правилами для такрута и янт: не ниже пояса, не в туалет, не в постель во время близости, не проходить под сохнущим бельём, не класть на пол, не переступать. Число амулетов на шнуре чаще нечётное. Верхний по иерархии образ — Будда; монах, дух места и прочее вешаются ниже.

Кхата к амулету даёт тот, кто его передал: у каждого известного образа есть своя палийская формула, и она передаётся вместе с предметом. Сочинять такие формулы нельзя — за словами идут к мастеру или в храм, где амулет освящали.

Экспертиза

Здесь тайцы построили целую отрасль, и устроена она любопытно.

Есть самакхом — ассоциации знатоков, выдающие сертификаты. Есть журналы с каталогами и ценами. Есть конкурсы, где амулеты выставляют в пронумерованных пластиковых боксах, а жюри присуждает места, — мероприятия на тысячи участников. Есть эксперты, живущие на комиссию от сделок, и лавки на рынках Тха Прачан и Тха Тхиан в Бангкоке, где амулет рассматривают под лупой и налобным светом.

Смотрят на структуру массы на сколе и на распределение включений, на характер усадки и трещин, на след формы, на патину и на характер износа, на шрифт и штамп у медалей, на то, чем и как заделан оборот. Спорные предметы просвечивают и снимают под микроскопом. Подделки при этом тоже эволюционировали: сегодня подделывают и патину, и износ, и даже документы ассоциаций.

Работает эта система только внутри страны и только для известных серий. Для всего, что заявлено как уникальная работа мастера, экспертизы нет — в том числе для кумантонгов и прай-предметов, о чём отдельно.

Чатукхам: как надувается пузырь

Лучший документированный пример тайского амулетного бума — Чатукхам Раммахетх, круглый амулет из Накхонситхаммарата, связанный с местным духом-хранителем города. Выпущенный ограниченно в 1980-е, он взорвал рынок в 2006–2007 годах: тиражи в миллионы штук, десятки храмов, печатающих собственные серии, очереди, перепродажа с многократной наценкой, специальные журналы, кредиты под покупку партий.

Пик пришёлся на 2007 год, после чего рынок обвалился: предложение перекрыло любой спрос, цены упали в десятки раз, посредники разорились, а непроданные партии остались лежать на складах. История эта в Таиланде обсуждалась широко и стала стандартным примером того, что амулетный рынок ведёт себя как финансовый, со всеми свойствами спекулятивного пузыря.

Как на это смотрит сам буддизм

Позиция внутри тайской сангхи неоднородна и это стоит сказать прямо. Ортодоксальная критика указывает на очевидное: торговля амулетами — привязанность, а обещание выгоды за предмет прямо противоречит тому, чему учит канон; лесная традиция двадцатого века относилась к своим же образам с явной неохотой, хотя после смерти её учителей их амулеты стали самыми дорогими в стране.

Практическая сторона другая: продажа амулетов финансирует храмовое строительство, школы, больничные фонды и содержание общины, и в этом качестве она встроена в экономику тайского буддизма намертво. Управление по делам буддизма периодически ограничивает крайности — прежде всего торговлю прай-предметами при храмах, — но самой практики не отменяет и отменить не может.