Гэде Нибо — тот из семьи мёртвых, кто ближе всего стоит к живым. Он не хозяин кладбища, как Барон, и не сторож могил, как Маман Бриджит: он посредник, щёголь и насмешник, умерший молодым и потому оставшийся молодым навсегда. Через него семья Гэде разговаривает с домом, и разговор этот всегда идёт на грани приличия.
Кто такой Нибо
В рассказах Нибо — юноша, умерший насильственной смертью, чьё тело осталось лежать в поле. Его подобрали, признали и поставили над мёртвыми. В части домов его называют сыном Барона и Маман Бриджит, в других — приёмным сыном, в третьих — старшим над всеми Гэде и их представителем. Единой генеалогии здесь нет, и выбирать одну версию как «правильную» не стоит: это домовые списки, и у каждой линии свой.
Что устойчиво во всех записях:
- Он посредник. Через Нибо обращаются к мёртвым вообще, когда не знают, к кому именно.
- Он щёголь. Чёрный с фиолетовым, платок, шляпа, трость, тёмные очки, подчёркнутая манерность.
- Он кормит мёртвых. Умершие, о которых никто не заботится, — его подопечные.
- Он лечит детей. Гэде считаются защитниками детей, и Нибо в этой части первый.
- Он не мужчина и не женщина в строгом смысле. Манера его подчёркнуто женственная, речь двусмысленная, флирт направлен на всех. В части гаитянских домов Нибо — прямой покровитель мужчин, любящих мужчин, и это не поздняя выдумка, а зафиксированная в поле особенность. Гэде вообще ломают половые роли на службах: женщина, которую ведёт Гэде, говорит и держится как мужчина, и наоборот.
Зачем смерти быть смешной
Гэде — единственная часть пантеона, которая работает через комедию, и понимать это надо буквально: смех у них инструмент, а не характер.
Первое. Гэде — мёртвые, и им нечего терять. Только они могут сказать вслух то, что живой сказать не может: назвать вора вором в его присутствии, спросить у уважаемого человека, чьи это дети, объявить всей общине, кто с кем спит. Служба Гэде — легальный канал для правды, за которую в обычной жизни бьют. Это социальная функция, и она сознательная.
Второе. Непристойность у Гэде вплотную привязана к жизни. Танец банда с откровенным движением бёдер — не эротика, а утверждение: то, что делает детей, и то, что делает трупы, лежит рядом. На похоронах и на службе Гэде это показывают телом, а не объясняют словами.
Третье. В стране, где хоронят часто и рано, торжественное отношение к смерти — роскошь, которой нет. Гаитянская традиция выбрала смеяться, и это не легкомыслие, а работающий способ жить дальше.
Как узнают настоящего Гэде
Гэде приходят незваными, обычно в конце службы, и уходить не хотят. Это их постоянная манера: барабаны уже сворачивают, дом устал, и тут кто-то заваливается на середину двора, требует шляпу, очки и ром. Дальше — обычный набор: гнусавый нос, мат, приставания, вымогательство мелочи у гостей, комментарии по адресу присутствующих.
Именно потому, что Гэде играть проще всего, у них есть телесные проверки, и они болезненные:
- Перечный ром. Клерен, настоянный на остром перце — часто на двадцати одном стручке. Настоящему Гэде он не жжёт.
- Перец в глаза. Тем же ромом мажут веки. Самозванец кричит и трёт лицо.
- Жевание стручка целиком.
Проверка делается всерьёз и без предупреждения. Дом не заинтересован в шоу — дом заинтересован в том, чтобы говорить с мёртвыми, а не с любителем внимания. Эта же логика разобрана в статье о Маман Бриджит.
Праздник Гэде
Главная дата — начало ноября, дни поминовения, которые в Гаити превратились в общенациональный праздник мёртвых. Люди идут на кладбища, в первую очередь на большое кладбище Порт-о-Пренса, красят лица, надевают чёрное с фиолетовым, пьют, поют, танцуют банду прямо между плитами, кладут еду и свечи у креста Барона. Обстановка — карнавальная и одновременно совершенно серьёзная: половина присутствующих пришла к конкретным своим.
Это самый открытый обряд воду из всех. Смотреть на него можно, участвовать в общей части можно, и отношение к гостям обычно доброжелательное — при условии, что гость не снимает всё подряд на камеру и не хихикает. О правилах поведения приезжего — в статье о том, как не влезть в воду по-туристски.
Служба Нибо
- Стол отдельный, чёрно-фиолетовый, ниже остальных или на полу. Гэде не ставят высоко.
- Предметы. Тёмные очки, платок, трость или палка, зеркальце, немного ваты, чёрный крест.
- Свечи чёрная и фиолетовая.
- Питьё. Перечный клерен, чёрный кофе без сахара.
- Еда. Солёное, острое, жареная кукуруза, сухой хлеб, арахис. Сладкое — только если просит.
- Табак и деньги. Сигареты и мелочь открыто. У Гэде всегда что-то вымогают, и заранее положенная мелочь снимает половину торга.
- Просьба одной фразой. Длинные заходы Гэде высмеивают вслух.
Рабочее переложение воззвания:
Гэде Нибо, щёголь под шляпой, я зову тебя первым из тех, кто лежит.
Ты был молод и остался молодым, тебя подобрали в поле и поставили над всеми.
Вот тебе перец, вот тебе дым, вот тебе горькое питьё и мелочь на карман.
Передай моё слово тем, кто уже не слышит меня иначе,
подними на ноги того, кто мал и болен, и уведи от него то, что за ним пришло.
Смейся надо мной сколько хочешь, только сделай.
Плату кладу открыто и торга после не будет.
Отклик, перегиб и выход
Отклик Гэде быстрый и всегда с шуткой. Дело решается, но по дороге тебя обязательно поставят в смешное положение — это часть механики, а не случайность. Признаки: сны с покойниками, которые ведут себя как живые и балагурят; резко пробившийся чёрный юмор; неуместные приступы смеха; внезапная лёгкость в разговоре о собственной смерти; тяга к чёрному и фиолетовому.
Цена называется прямо: Гэде расходуют твоё достоинство. Они снимают серьёзность с человека — и это работает как оплата. Люди, которые долго держат открытый стол Гэде, начинают говорить лишнее, шутить не там и терять статус в собственном окружении.
Перегиб и что с ним делать:
- Не уходят. Стол Гэде обрастает: приходят все, кого не звал. Признак — постоянное ощущение чужого присутствия и бытовой хаос. Закрывай стол целиком, а не «частично».
- Пошло похабное. Навязчивая непристойность в мыслях и речи, разрушение отношений «шуткой». Это не ты, это они, и это чинится паузой.
- Смеёшься не над тем. Если тянет смеяться над чужой бедой — работу останавливают сразу.
Закрытие простое: благодаришь вслух и без пафоса — они пафос не выносят; кладёшь последнюю монету; выносишь еду и остатки питья на землю за пределами дома; убираешь всё чёрное и фиолетовое; ждёшь цикл. И не зовёшь Гэде на трезвую голову ради интереса. Они приходят на любопытство охотнее, чем на дело.