На титуле «Grimorium Verum» стоит: Мемфис, у Алибека Египтянина, 1517. Такого печатника не существовало, в Мемфисе в 1517 году не печатали ничего, а сама книга вышла во Франции примерно двумя с половиной веками позже. Начинать разбор надо именно с этой строки: ложная марка тут не курьёз для сноски, а первое сообщение книги о себе и приём, которым она назначает себе цену.
Что стоит на титульном листе
Заглавие обещает «истиннейшие ключики Соломона, рабби еврейского» — то есть подключается к самому дорогому имени всей книжной магии. Дальше идёт подпись переводчика: некий Плэнжьер, названный «иезуитом-доминиканцем», якобы перевёл текст с еврейского. И третьим слоем — «собрание любопытных секретов», приложение хозяйственно-рецептурного толка.
Первая трещина видна прямо в подписи. Иезуит-доминиканец — сочетание невозможное: это два разных ордена, и один человек не может состоять в обоих. Никакого Плэнжьера в орденских списках нет и быть не может. Составитель титула хотел двух вещей сразу — учёной строгости доминиканца и тайного веса иезуита — и взял обе, не заметив, что они друг друга исключают. Это самый надёжный признак поддельного титула: ошибка не в дате, которую легко подогнать, а в фактуре, которой подделыватель не знал.
Дальше — «Мемфис» и «Алибек Египтянин». Имя звучит по-арабски или по-турецки, город — древнеегипетский, год — начало XVI века. Три детали не сходятся между собой ни в одной точке истории. Обмануть библиографа они не могли и не пытались. Это вывеска, а не подлог в юридическом смысле.
Почему 1517 не проходит
Возражений против даты столько, что удобнее списком.
- Бумага, шрифт, набор и орфография известных экземпляров — французские, XVIII века. Ни один из них не выглядит книгой эпохи Реформации даже издали.
- Книга опирается на французские рукописные «Клавикулы Соломона», а этот корпус в той редакции, которую она пересказывает, расходится по рукам в XVIII столетии.
- Приложенное «собрание секретов» принадлежит жанру рецептурных сборников того же века — рынку, на котором работал «Малый Альбер».
- До XVIII века книга не всплывает нигде: ни в описях, ни в каталогах запрещённого, ни в судебных бумагах. Реальные обиходные гримуары такого рода в бумагах всплывают регулярно, эта — нет.
Точный год спорен, и честнее сказать так: разброс оценок идёт от середины XVIII века до рубежа XIX, часть экземпляров несёт мнимый 1517-й, часть переизданий уже открыто относится к XIX веку, а итальянские редакции живут своей жизнью. Кто скажет тебе точную дату с точностью до года — тот её выдумал.
Зачем понадобился Мемфис
Причин ровно три, и все три работают до сих пор.
Первая — древность как товар. Покупатель платил не за содержание, которое не мог оценить до покупки, а за возраст. Текст, объявленный вчерашним, стоил бы копейку. Текст «трёхсотлетний, а на деле соломонов» стоил дорого.
Вторая — недосягаемость печатника. К Алибеку в Мемфис не приходят с обыском. Ложный адрес снимал ответственность и с типографа, и с торговца: они всего лишь распространяли старую книжку неизвестного происхождения.
Третья — жанровая конвенция. Фальшивая марка была опознавательным знаком полки. «Красный дракон» ставил себе 1522-й и вымышленного составителя, «Энхиридион папы Льва» — раннюю римскую дату, «Малый Альбер» гулял с кёльнскими и лионскими адресами. Читатель этой полки видел невозможную дату и понимал: это книга того сорта. Разбор того, как ту же схему применял «Красный дракон», идёт отдельной статьёй.
Из трёх причин третья важнее прочих. Ложь на титуле здесь не единичный обман, а часть языка, на котором книга разговаривает с покупателем.
Как книга сложена внутри
Verum делится на три части, и деление это содержательное, а не декоративное.
- Иерархия и знаки. Три верховных духа, шестеро главных под ними, восемнадцать рабочих духов герцога Сираха — с должностями и с начертанными знаками. Здесь же порядок призыва и способ договора.
- Приготовления. Нож, ланцет, перо, чернильница, чернила, девственный пергамент, кропило, свечи, вода, круг, жертва. Всё с чинами освящения.
- Секреты искусства. Собственно операции: невидимость, замки, сон, принуждение, составы, включая вредоносные.
Обрати внимание на пропорцию. Книга объявляет себя «ключиками Соломона», но соломонов слой в ней тонкий: круг, имена силы, рамка чина. Основной вес — на демонологической иерархии и на прикладных операциях. Заглавие обещает одно, содержание даёт другое, и это тоже часть приёма.
Через кого она дошла до нас
Английский читатель узнал Verum в конце XIX века через Артура Эдварда Уэйта, который пересказал книгу в своём разборе церемониальной магии, местами переведя, а в целом отозвавшись о ней как о низкопробном изделии. Русские публикации XX века идут в основном оттуда же, через второй язык.
Позже вышли работы, основанные на сверке разных экземпляров и на итальянских редакциях, и появился взгляд, по которому Verum сохранил более старый жертвенный слой, потерянный Лемегетоном. Это современный аргумент, а не свидетельство XVI века, и подавать его надо именно так.
Рабочее переложение воззвания, которым книга открывает работу с верхом иерархии:
Именами теми, что были прежде имён, и словом, которое не гаснет: тебя зову, Люцифер, и тебя, Вельзевул, и тебя, Астарот, — не как гость и не как проситель, а как поставленный. Пришли ко мне того из ваших, кто держит моё дело, и пусть придёт он без обмана, без страха для меня и без промедления. Что я спрошу — то он исполнит; что обещано ему — то получит; и разойдёмся мы каждый своей дорогой, и не будет между нами долга.
Что из этого следует для работы
Поддельная дата не делает книгу пустой. Она меняет вопрос, с которым к ней подходят. Ты держишь не памятник, доживший от Соломона, а французскую сборку XVIII века, в которой соломонова рамка, демонологический перечень и рецептурник сведены под одну обложку ради продажи. Читать её надо по слоям, различая, откуда пришла каждая деталь, и всегда проверяя, чей текст у тебя в руках: французский оригинал, итальянская редакция, пересказ Уэйта или современная сводка. Разница между ними больше, чем кажется, и на ней спотыкаются чаще, чем на самих обрядах.