Тав — последняя буква алфавита и последний путь Древа, тридцать второй, тот, что соединяет мир вещей с основанием. На дневной стороне здесь стоит Атю XXI, Вселенная. Ночной ход у Гранта носит имя Тантифаксат, и это первые ворота: из земли, где стоит твоё тело, в ночную сетку попадают именно через них. Двадцать второй по номеру и первый по порядку прохождения — с этого противоречия и начинается разговор о нём.
Тридцать второй путь
Тав соединяет Малкут и Йесод: физический мир и слой образов, лежащий сразу под ним. Дневная Вселенная на этом отрезке означает завершённость — всё сделано, круг замкнут, форма получила тело.
Ночная изнанка идёт между Лилит, клипой Малкут, и Гамалиэлем, клипой Йесода. Завершённость здесь становится замкнутостью: круг замкнут, и выйти из него наружу нельзя, потому что снаружи ничего не предусмотрено. Сатурнианская нота пути — предел, стена, тяжесть — на ночной стороне звучит без утешения: не рамка, которая держит, а крышка, которая закрывает.
Тантифаксат
Этот страж описан подробнее прочих — через него проходят все, и описаний накопилось больше. Отсюда же беда: значительная часть картинок и описаний Тантифаксата, гуляющих по сети, придумана позднейшими авторами и к Гранту отношения не имеет. Без выдумки можно сказать одно — как он работает.
- Он не впускает и не выпускает — он взвешивает вес входящего. На этом туннеле проверяется не готовность, не чистота намерений и не сила, а то, чем ты держишься за обычную жизнь. Чем меньше держит — тем легче проходишь и тем хуже возвращаешься.
- Он статичен. Никакого движения, диалога, сцен. Отклик здесь — ощущение стояния перед чем-то большим и неподвижным, и главная работа состоит в том, чтобы это стояние выдержать без того, чтобы заполнять его воображением.
- Он холодный и сухой. Не страх, не отвращение, а нарастающая тяжесть и чувство сужения пространства. Многие бросают на этом месте, приняв ощущение за «плохой знак». Это не знак, это фактура участка.
Место в последовательности
Тав — вход. По логике сетки ход снизу возможен через три пути, выходящих из Малкут: тав, шин и коф. Тав — прямой и центральный, шин — огненный и быстрый, коф — сновидческий и самый неуправляемый. Кто идёт по системе, а не выборочно, начинает с тава и возвращается сюда же после каждого захода вглубь, потому что все обратные дороги ведут в те же ворота.
Отсюда правило, которого держится вся эта подрубрика: что бы ты ни делал на других туннелях, закрытие в конечном счёте есть возврат через тав — в тело, в дом, в дату, в имя. Отдельного обряда для этого не требуется, требуется дисциплина возврата, разобранная в статьях о выходе из клипотической работы.
И ещё одно, что стоит сказать в конце разбора двадцати двух ходов. Вся эта сетка — построение Кеннета Гранта, изданное в 1977 году поверх клипотических списков Кроули, имён из «Liber CCXXXI» и техники Спейра. Клипот, из которых она сложена, происходят из лурианской каббалы, где скорлупа — не адрес для обращения, а то, что подлежит исправлению. Превращение скорлупы в дверь сделано европейской магией последних полутора столетий. Работать с этим можно, называть это древностью — нельзя.
Имя и печать
Thantifaxath — форма из списка гениев «Liber CCXXXI». Часто пишут Thanatifaxath, вчитывая в имя греческое «танатос»; это позднейшая народная этимология и в исходном списке такого написания нет. По-русски встречаются «Тантифаксат» и «Танатифаксат». Пользуйся первой формой и знай о второй.
Печать — сигил гения тав из того же источника. Ей особенно не повезло: под именем Тантифаксата ходит несколько красивых самодельных знаков, часто с фигурой в капюшоне. Ничего этого в источнике нет.
Чин порога
- Приготовь три вещи, которые тебя держат. Не символы: предмет, связанный с человеком; предмет, связанный с работой или делом; предмет, связанный с телом — ключ, ложка, обувь. Это твой вес.
- Разложи их за спиной, на полу, у выхода из комнаты. Печать — перед собой.
- Ночь, одна свеча. Сядь лицом от двери.
- Смотри на печать до наступления тяжести и сужения. Тав отзывается медленно, от двадцати минут до часа. Не подгоняй и не помогай воображением: всё, что ты домыслишь на этом участке, потом придётся отличать от того, что пришло.
- На тяжести произноси воззвание.
- Требование — одно и всегда одно и то же на этом туннеле: разрешение на проход и на возврат. Не сведения, не сила, не встреча. Тав ими не занимается.
- Держи стояние сколько выдержишь, но не больше сорока минут.
- Заканчивай, поворачиваясь к двери и к разложенным вещам. Поворот — часть чина.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Тантифаксат, стоящий в последних воротах, я пришёл с земли и с земли не снимаюсь.
Не тайн прошу и не силы: пропусти и верни — вот всё моё дело к тебе.
За спиной моей лежит мой вес: имя человека, имя работы, имя тела моего.
Что уйдёт со мной — то моё, что останется у тебя — то не моё и не жалею.
Ворота твои, дорога моя, порог общий. Отпускаю тебя в твой камень.
Что считать ответом
- Нарастающая тяжесть, сужение поля зрения, ощущение низкого потолка.
- Чувство неподвижного присутствия впереди, без образа и без движения.
- Отчётливое нежелание идти дальше — на таве это признак работающего порога, а не запрета.
- В ближайшие дни — обострение бытового: болезни, деньги, документы, вещи, требующие внимания. Тав отвечает через материю, и это его подпись.
Не отклик: фигуры в капюшонах, голоса, торжественные посвятительные сцены. На этом туннеле нет сюжета.
Закрытие и возврат
- Повернись к двери и по одному возьми в руки все три предмета, называя вслух, кого или что каждый обозначает.
- Скажи: «Прошёл и вернулся», назови дату, адрес и своё имя.
- Свечу погаси пальцами или колпачком, не задувай. Задутая свеча на этом участке читается как оставленный открытым проход.
- Печать переверни и убери.
- Выйди из комнаты и не возвращайся в неё в эту ночь.
- Утром сделай одно бытовое дело руками: почини, вымой, разбери. Возврат через тав завершается работой по материи.
Признаки, что не закрыто: держится ощущение низкого потолка и тяжести, дом кажется чужим, тянет вернуться в комнату и «дозакончить», нарастают бытовые поломки и потери вещей. Тогда — неделя без всякой практики, порядок в доме, деньги и документы в руки, живые дела.
Чем платят на пороге
Тав платит бытом. После работы на пороге начинает сыпаться материальная сторона жизни: техника, здоровье, договоры, вещи. Объяснение традиции — ты сдвинул то, чем держался; принимать его необязательно, а считаться с последствием придётся, и планировать серьёзные дела на две недели после захода не стоит.
Второе, и это главное, чем заканчивается разбор всех двадцати двух: ход через ворота открывает их в обе стороны. Все описанные в этой подрубрике участки работают на человеке, который остаётся жить обычной жизнью, и вся система держится не на смелости входа, а на дисциплине возврата — режиме, еде, сне, работе, людях рядом. Кто теряет эту часть, теряет всё остальное следом.
При психотических и биполярных расстройствах работа противопоказана прямо: сужение, тяжесть и переживание порога легко становятся началом эпизода, а тав из всех туннелей проходят чаще всего и потому чаще всего им и повреждаются. Останавливаются немедленно, если тяжесть и ощущение чужого дома держатся сутками, если появляется мысль, что назад пройти не дали, или если пропадает интерес к бытовым делам, на которых этот туннель и стоит.