Седьмой туннель идёт под путём заин — отрезком от Бины к Тиферет, где стоят Близнецы и аркан Влюблённых. Страж зовётся Замрадиэль. Это туннель раздвоения, и он единственный из двадцати двух, где предмет работы и опасность работы — одно и то же. Разбираем построение Кеннета Гранта из «Ночной стороны Эдема», 1977 год.
Меч, который делит
Заин значит «меч». Аркан пути в старых колодах называется Влюблёнными, у Кроули — Братьями или Близнецами, и это разночтение не случайно: карта не про влюблённость, а про выбор из двух и про то, что двое суть одно, разделённое надвое. Меч на этом пути — не оружие, а нож рассечения: сила, которая различает.
На дневной стороне заин учит отделять своё от чужого, нужное от ненужного, себя от роли. Изнанка отделяет то, что отделять не следовало.
Туннель заин — место, где рассечение проходит через самого работающего. Отсюда его тема: двойник. Не мифологический двойник из книжек, а вполне узнаваемое переживание, когда собственные мысли, голос, действия начинают ощущаться как принадлежащие кому-то ещё, стоящему рядом.
Замрадиэль
Латинское Zamradiel, по-русски Замрадиэль и Замрадиель. Имя из «Liber CCXXXI» Кроули, откуда взят весь ряд из двадцати двух клипотических имён и печатей.
Устойчивое в отчётах о работе с ним: страж этого туннеля не приходит извне. Его узнают не как встречное существо, а как вторую точку зрения внутри собственной головы — с собственной интонацией, собственными доводами и, что отмечают чаще всего, с собственным чувством юмора. Это делает туннель заин самым убедительным из всех и одновременно самым сомнительным: доказать, что говорит не ты сам, здесь нельзя в принципе.
Дописывать стражу облик я не стану — у Гранта твёрдого портрета нет, а в поздних пересказах его сочиняют охотно. Что можно назвать по устройству места: заин работает через удвоение, и всё, что здесь появляется, появляется парами.
Печать
Начертание графическое, из книги; словами не передаётся. Перерисовывают с оригинала от руки, в один заход. Устройство печатей и зарядка по методу Спейра — в статье о туннеле алеф.
Особенность работы с этой печатью описывают одинаково: при долгом всматривании фигура начинает казаться симметричной, хотя таковой не является. Глаз достраивает вторую половину. Это свойство туннеля, а не начертания, и на нём же строится главная ошибка — попытка «поправить» печать, сделав её симметричной. Не поправляй.
Работа
Заин берут для трёх дел, и первые два прикладные.
Отсечь. Разорвать связь, которую не выходит разорвать решением: привязанность, зависимость от человека, застрявшую роль. Меч на этом пути работает буквально.
Разделить. Развести в себе две вещи, слипшиеся в одну: страх и осторожность, желание и привычку, злость и обиду. Полезнейшая работа, и она же — тренировка перед третьей.
Встретить двойника. Сновидческая работа, ради которой в этот туннель ходят чаще всего и которая стоит дороже всего.
Порядок на цикл в семь ночей, версия для отсечения и разделения.
- Называешь то, что режешь, одной строкой, и обязательно называешь обе половины: не «избавиться от страха», а «отделить страх перед разговором от осторожности в делах». Меч, которому не показали, где две части, режет наугад.
- Строку превращаешь в сигилу по методу Спейра.
- Лист: печать Замрадиэль сверху, под ней сигила. По обе стороны от сигилы — два слова, названия двух половин, написанные твоей рукой.
- Один час все семь ночей. Всматривание до расфокуса, имя вслух ровно, до потери счёта.
- Ложась, держишь образ разделения, а не образ результата: две вещи, отходящие друг от друга.
- Утром пишешь до подъёма. Отдельной строкой каждый день — где за сутки эти две вещи вели себя по-разному. Разделение проверяется в быту, а не во сне.
Для работы на двойника меняются два пункта: сигила не делается вовсе, а вместо образа разделения удерживается вопрос «кто здесь ещё». Цикл при этом сокращается до трёх ночей и не повторяется чаще одного раза в сезон. Причины — ниже.
Формула под эту задачу, выстроенная по канону традиции:
Взял меч не на врага, а на то, что срослось не так.
Замрадиэль, идущий вторым, я знаю, что ты говоришь моим голосом, и всё-таки зову тебя по имени.
Раздели, что я назвал: (первое) и (второе), и не режь по живому сверх названного.
Кто из нас двоих проснётся — тот я; кто не проснётся — тот не был.
Свет гаснет — меч убран; утро настанет — я один, и счёт веду один.
Выход и закрытие
Заин закрывают по особому правилу: закрытие проговаривают от первого лица и вслух, называя своё имя. Это не украшение. В туннеле удвоения возвращают именно единственное число.
- Печать переверни в тот же вечер, по окончании цикла сожги вместе с сигилой и обоими словами.
- Скажи вслух: своё полное имя, «работа окончена», «я один». Простая формула, и в этом туннеле она рабочая.
- Сделай что-нибудь, требующее координации тела: посуда, уборка, любая мелкая моторика. Раздвоение снимают через согласованное действие.
- Поговори утром с живым человеком лицом к лицу. Не переписка — разговор. Внешний собеседник закрывает внутреннего лучше любого отпуска.
Признаки незакрытой работы: внутренний диалог не выключается и обретает устойчивую вторую интонацию; собственные действия ощущаются как совершаемые кем-то другим; появляется привычка обращаться к себе на «ты» вслух; в зеркале лицо кажется чужим или несимметричным дольше нескольких секунд; сны, где ты видишь себя со стороны, идут сериями после окончания цикла.
Тогда закрывают жёстко и сразу: печать уничтожают, ночь спят при свете, следующий месяц проводят с людьми, а не в одиночестве, и туннелей не берут вообще. Если ощущение второго не уходит за неделю обычной жизни — это уже не про магию, и обращаться нужно к врачу, а не к книге.
Цена, названная фактом
Туннель заин работает через диссоциацию, и это его прямой механизм. Состояния, которые он даёт, называются в медицине деперсонализацией и дереализацией: чувство, что действуешь не ты, что тело чужое, что происходящее ненастоящее. Традиция считает их признаком удачного захода. То, что они вызваны намеренно, не делает их короче — деперсонализация имеет свойство держаться неделями после того, как причина убрана.
Прямые противопоказания называю без смягчения: диссоциативные расстройства, психотические расстройства, биполярное расстройство, любой опыт слуховых галлюцинаций. Для человека с такой историей работа на двойника — воспроизведение симптома по собственной инициативе. Не берут этот туннель и в одиночестве после тяжёлой утраты, разрыва или переезда, когда чувство собственной цельности и без того держится на честном слове.
Отдельно: три ночи на работу с двойником — не осторожность, а верхняя граница, за которой возвращаться становится ощутимо труднее.
Как отличить приходящее от собственной продукции — в статье о туннеле бет, и в заин без этого навыка не заходят вовсе. Следующий туннель, хет, устроен вокруг чаши и вокруг вопроса о крови, который в этой системе обойти нельзя.