Целый разряд речений Текстов саркофагов озаглавлен одинаково: принять облик такого-то. Сокола, лотоса, змея, цапли, ласточки, крокодила, огня, бога. В Новом царстве эта связка станет главами 76–88 «Книги мёртвых» и получит виньетки. Приём выглядит самым экзотическим в египетской практике, а устроен как раз просто — и понимают его чаще всего неверно.
Хеперу: слово и его смысл
Египетское название этих речений — хеперу, от глагола со значением «становиться», «возникать». От того же корня имя утреннего солнца, жука-скарабея, который катит шар и появляется словно из ничего.
Хепер — не превращение одной вещи в другую с уничтожением первой. Это принятие вида, выход в облике. Мёртвый не перестаёт быть собой, став соколом: он выходит соколом и возвращается на своё место. Тело остаётся в гробу, имя остаётся именем, а облик — рабочая одежда для конкретной задачи.
Это не переселение душ
Оговорку надо сделать сразу, потому что путаница старая и знаменитая. Ещё Геродот записал, будто египтяне первыми стали учить, что душа после смерти проходит через тела животных и через века возвращается в человека. Египтологи считают это недоразумением: грек увидел речения превращений и прочёл их через знакомую ему пифагорейскую схему.
В самих текстах ничего похожего нет. Никто не рождается заново, никто не отрабатывает прошлое в теле животного, никакой очереди перерождений не выстраивается. Есть ба — подвижная часть человека, способная выходить и принимать вид, — и есть тело, к которому ба возвращается. Вся цель загробной работы обратная перерождению: закрепиться в устойчивом состоянии, а не пойти на новый круг. Индийская схема пришла к нам другим путём, и приписывать её Египту не надо.
Сокол
Самая ранняя и самая разработанная формула. В Текстах саркофагов есть длинное речение о принятии облика божественного сокола, из которого потом выйдет 78-я глава позднего свода; рядом стоит золотой сокол 77-й главы.
Сокол — Хор, то есть законная власть в полёте. Форма даёт две вещи: скорость перемещения и право быть принятым там, куда прилетел. Соколом идут не прятаться и не подсматривать, а являться — прибыть, быть узнанным и получить место. Это форма для дел, где нужно оказаться в чужом кругу и не быть выставленным.
Лотос
Голубой лотос закрывается на ночь, уходит под воду и раскрывается на рассвете. Египтяне это видели ежедневно и построили на этом формулу: солнце-ребёнок восходит из цветка в первое утро мира.
Принять облик лотоса — значит войти в цикл закрытия и раскрытия: уйти под воду в тяжёлое время и подняться вместе со светом, без потерь. Это форма не для действия, а для пережидания. Отдельная её сторона — запах: лотос в египетских текстах притягивает, и облик цветка работает там, где нужно быть желанным, а не сильным. Наиболее полно формула развёрнута в Новом царстве, в 81-й главе; ранний слой этой линии беднее.
Змей Сата
Змей, названный сыном земли. Его особенность прямо в формуле: он умирает и рождается снова каждый день, потому что сбрасывает кожу и продолжается под землёй.
Это форма выживания и продолжения там, где тебя считают конченым. Змей не поднимается наверх и не блистает: он идёт в толще, невидим, обновляется в норе. Практическое применение узкое, но точное — периоды, когда положение потеряно и восстанавливать его надо снизу, без свидетелей.
Бену, а не феникс
Здесь нужна аккуратность. Египетская птица бену — цапля, связанная с Гелиополем; она садится на первый холм, вышедший из вод, и её называют душой солнца. Её облик — это возвращение к самому началу, к первому разу, когда ничего ещё не было испорчено.
А вот сгорание в огне, пепел и возрождение из пепла — это греческая переработка, «феникс» позднего рассказа. В египетских текстах бену не горит. Слово «феникс» в заголовке — дань привычке, и подменять им бену при разборе формулы не стоит: перепутаешь птицу первотворения с птицей самосожжения и получишь другую работу.
Как берут форму
Порядок — реконструкция по строю речений; живого чина Среднего царства мы не знаем.
- Выбери форму по задаче, а не по вкусу. Сокол — явиться и быть принятым. Лотос — пережить и подняться со светом. Змей — уцелеть и обновиться внизу. Бену — начать заново с нуля.
- Одна форма за раз. Речения хеперу никогда не складывают: облик не бывает смешанным.
- Назови в формуле три вещи: своё имя, принимаемый облик и то, ради чего облик берётся. Без третьего пункта выход получается бесцельным и потому мутным.
- Обозначь возврат заранее, ещё до выхода. Это главное правило всей связки: у египетского выхода днём всегда есть вечернее возвращение к телу.
- Время — рассвет для сокола и бену, вечер для лотоса, ночь для змея.
- Четырёхкратное закрепление, затем произнести своё имя вслух — им ты и возвращаешься.
Рабочее переложение формулы:
Я — такой-то, и это имя моё, что бы я ни надел поверх него.
Я принимаю облик сокола, потому что мне нужно быть там, куда меня не звали.
Крылья мои — мои, и глаз мой видит с высоты, и никто не спросит, откуда я взялся.
Я иду за одним, и оно названо: за местом, которое моё.
Я не остаюсь птицей: я выхожу днём и возвращаюсь к вечеру, как возвращаются все выходящие.
Вот я снял облик, и вот моё имя, и оно то же самое.
Устойчиво, устойчиво, миллион раз устойчиво.
Отклик, возврат и сбой
Отклик у формул превращения короткий и заметный: меняется поведение в конкретном деле, а не общее состояние. Взял сокола — становится легко входить туда, где раньше топтался у двери. Взял лотос — перестаёшь дёргаться в вынужденном простое. Никакого «чувства крыльев» здесь нет и быть не должно; хеперу — рабочий приём, а не переживание.
Сбой главный и единственный по-настоящему опасный — невозврат. Признаки: облик держится дольше задачи, появляется отстранённость от собственных дел, отвращение к обычному, стойкое ощущение, что ты не вполне здесь. Возникает это всегда по одной причине — не был назван возврат. Средство простое и его надо знать заранее: назвать своё имя и имя отца или матери вслух, поесть обычной еды, коснуться руками земли или пола, лечь. Египетский счёт в этом месте практичен: возвращает к телу то, что телу принадлежит.
Сбой второй — смешение форм. Начал соколом, добавил змея, кончил лотосом. Итог всегда один: ни одна задача не решена, а на разбор уходит больше сил, чем на саму работу. Правило одной формы нарушать не стоит.
Сбой третий — брал форму без задачи, ради опыта. Такая работа не даёт ничего и оставляет лёгкое опустошение на пару дней. Это не наказание, а следствие устройства приёма: хеперу — средство передвижения, и без места назначения оно едет вхолостую.