Половина Текстов пирамид занята одной задачей: поднять царя с погребального ложа наверх. Речения восхождения — самая связная часть древнейшего корпуса и самая полезная для разбора, потому что в них видно, как египетская формула решает задачу перемещения: не просьбой о переносе, а перечислением всех возможных дорог сразу.
Куда поднимаются
Целей у восхождения несколько, и они не сведены в одну систему — Старое царство спокойно держит их рядом.
Первая — неугасимые звёзды, околополярные, те, что никогда не заходят за горизонт. Их называют не знающими гибели: они не умирают ежесуточно, как остальные светила. Царь, вставший среди них, выходит из круговорота захода и восхода. Северная ориентация входа в пирамиду и спускающегося коридора связана с этим напрямую.
Вторая — ладья Ра. Здесь царь не остаётся на месте, а входит в суточный ход солнца, садится в лодку и плывёт с командой.
Третья — Поля тростника и Поля подношений, где царь пашет, жнёт и ест наравне с богами. Это уже не небо созерцания, а хозяйство.
Никакого противоречия для составителей нет. Речения набирались в пирамиду как набор возможностей, а не как одна доктрина, и на соседних стенах царь может уходить и к звёздам, и в лодку.
Способы подъёма
Корпус не выбирает один транспорт, он перечисляет все, какие есть:
- Лестница. Прямая, приставная, с перекладинами; её связывают и ставят для царя.
- Тростниковые плоты. Два плота, которые кладут на воду неба, чтобы царь переправился к восточному горизонту. Приём водный, а не воздушный: небо здесь — река.
- Полёт птицей. Сокол, гусь, ястреб. Царь взлетает, «улетает от вас, люди», и садится уже наверху.
- Насекомым. Отдельные речения дают царю сесть в лодку кузнечиком или жуком — мелко, незаметно, без спроса у команды.
- По солнечному лучу. Луч кладётся как сходни, и царь всходит по нему.
- С дымом. Дым каждения поднимается, и с ним поднимается тот, ради кого его жгут.
- На руках богов. Хор и Сет берут царя за руки; богини поднимают его; небесная корова подставляет спину.
Такое многообразие — не растерянность. Это принцип избыточности: формула перекрывает задачу всеми доступными образами, чтобы не осталось щели, через которую подъём мог бы не состояться. Тот же приём работает в русских заговорах, где болезнь высылают сразу за все воды, за все горы и на все стороны.
Лестница
Лестница — самый разработанный из этих образов. Её не находят готовой: её вяжут, ставят и укрепляют, и делают это боги. Ра связывает её перед Осирисом; Хор ставит её для отца. Царь всходит не по своему сооружению, а по тому, что уже было построено для первого мёртвого бога, и повторяет чужой путь, а не прокладывает свой.
Отсюда важная особенность строя. Формула восхождения почти всегда содержит ссылку на прецедент: так уже поднимались, значит, поднимусь и я. Египетская магия вообще не любит новизны; сильное действие — это действие, которое уже однажды состоялось при творении мира.
Угроза как часть подъёма
Речения восхождения не сплошь торжественны. В них встроен рычаг давления, и он назван прямо: если царя не пустят наверх, порядок мира встанет. Небо не будет держаться, вода не пойдёт, подношения на алтари прекратятся, и боги останутся без еды.
Это не бунт и не богоборчество. Царь — единственное звено, через которое боги получают жертву; лишить его дороги значит лишить себя стола. Угроза здесь — юридический довод, а не дерзость, и подана она тем же ровным тоном, что и всё остальное. Тот же рычаг потом появится в «Книге мёртвых» и в поздних целительных текстах, где угроза остановить солнечную ладью становится обычным приёмом заклинателя.
Что делает приём
Восхождение решает задачу смены положения. Не улучшения обстоятельств, а именно перемещения того, кто говорит, на другой уровень, откуда прежние обстоятельства выглядят подчинёнными.
Механизм состоит из четырёх ходов: обездвижить нижнее (земля замирает, дела внизу остаются), назвать дорогу и её строителя, объявить себя тем, кто уже поднялся, потребовать место наверху с называнием того, что случится при отказе. Последний ход обязателен: без требования места подъём кончается зависанием.
Порядок работы
Живого чина Старого царства не сохранилось, порядок ниже — реконструкция по строю самих речений, и выдавать её за древний обряд не нужно.
- Время — рассвет, начало восхода солнца. Речения о неугасимых звёздах читают ночью, лицом на север.
- Место — открытое, с видимым горизонтом. Крыша, поле, берег. В комнате приём вязнет.
- Начни снизу: назови вслух то, что остаётся внизу. Одно-два дела, не список.
- Выбери одну дорогу — лестницу, плоты, полёт. Смешивать все сразу в самодельной работе не стоит: перечисление в оригинале держится строем корпуса, а не твоим усилием.
- Произнеси формулу вслух, стоя, четыре раза, поворачиваясь на четыре стороны и заканчивая лицом к востоку.
- Не садись и не ложись сразу после. Пройди пешком, пока не собьётся дыхание восхождения.
Рабочее переложение формулы:
Слова, которые надлежит произнести на рассвете.
Земля молчит подо мною, и то, что моё внизу, остаётся внизу и ждёт.
Лестница связана не мной — она связана прежде меня и для меня стоит.
Ступень первая — имя моё, ступень вторая — голос мой, ступень третья — дело моё, ступень четвёртая — место моё.
Я поднимаюсь, как поднималось прежде, и путь узнаёт меня, потому что он уже хожен.
Дайте мне сесть там, где сижу по праву.
А если места мне не будет — не будет и хлеба на столе, и лодка встанет, и день не пойдёт.
Я сел. Устойчиво, устойчиво, миллион раз устойчиво.
Признаки и сбои
Первый признак отклика — перемена масштаба. Дело, которое занимало всё поле зрения, становится одним из нескольких и теряет право на панику. Второй — сны с движением вверх и с открытым видом сверху; в этой работе они обычны и не значат ничего сверх подтверждения, что формула легла.
Сбой первый и самый частый — зависание. Подъём произошёл, требования места не было, и человек несколько дней ходит отстранённым, с ощущением ненужности всего, чем занимался. Лечится не повтором, а спуском: жертвенной частью, кормлением, обычной работой руками. Египетский чин всегда возвращает поднявшегося к столу.
Сбой второй — подъём не на своём основании. Царские речения написаны для того, у кого есть должность и обязанность. Если под формулой нет ни дела, ни ответственности, отклик приходит как раздражительность и презрение к окружающим — верный знак, что взято чужое положение. Работу прекращают, месяц не возобновляют и начинают заново с кормления, а не с восхождения.
Сбой третий — читал в закрытом помещении и получил давящую тяжесть. Здесь достаточно повторить на открытом месте с видимым горизонтом: у этой связки речений условие места жёсткое.