Третье деяние по-тибетски называется ванг — тем же словом, что и посвящение. Это не омонимия: ванг означает «власть», «способность», «полномочие», и оба употребления описывают одно — переход власти в чьи-то руки. В посвящении власть над практикой передают ученику, в третьем деянии практикующий берёт власть над положением. Из этого совпадения слов выведена вся логика разряда, и без него подчинение читается как приворот, чем оно не исчерпывается.
Образцовый случай: связывание обетом
Тибетская культура имеет для этого деяния собственный эталонный сюжет, к которому отсылают все объяснения. По преданию, при постройке первого монастыря местные божества земли, гор и вод сопротивлялись и рушили сделанное. Падмасамбхава не уничтожил их: он поочерёдно одолел каждого и связал обетом, поставив охранять то самое учение, которому они мешали. Так, согласно традиции, значительная часть тибетских защитников — бывшие противники.
Здесь и лежит собственно тибетское понимание подчинения. Цель — не устранение противника и не обладание им, а смена его назначения. Побеждённый не исчезает и не становится собственностью; он получает место в новом порядке и обязательство, которое сам на себя принял. Отсюда постоянная в этой линии деталь: у связанного обетом сохраняется своя воля и свои обиды, поэтому с ним продолжают договариваться, подносить ему и напоминать о клятве. Разряд мирских защитников устроен именно так, и это разобрано в статье о дхармапалах.
Второе следствие — практическое. Подчинение в этой рамке считается удавшимся, если противник перестал быть противником, и неудавшимся, если он просто подавлен. Подавленный возвращается.
Обвязка
Красный цвет, очаг в форме полукруга или лука, закат и предвечерье, красное дерево и цветы для огня, медь, лотосовое семейство. Мантры разряда имеют собственные завершающие слоги, отличные от мирных. Полная таблица разобрана в статье о четырёх деяниях.
Постоянные орудия — крюк и аркан, и они читаются как последовательность: крюк цепляет внимание, аркан подтягивает и удерживает. В развёрнутых чинах к ним добавляют стрелу из цветов, попадающую в сердце. Материал орудий — цветы и лотос, а не железо: разряд действует притягательностью, а не силой, и это не смягчение, а техническое указание.
Кто здесь работает
Красная группа многочисленна, и в ньингмапинских терма-циклах существует сводная мандала девяти божеств власти, где все они собраны вместе. Состав в разных терма различается, и приводить его как единый список не стоит; устойчивое ядро — Амитабха и лотосовое семейство, Авалокитешвара, Хаягрива, Ваджраварахи, Курукулла.
Разделение труда внутри группы примерно такое:
- Хаягрива — гневная красная форма с конской головой в волосах; ржание коня в этой линии означает звук, перед которым не устаивает сопротивление. Его применяют там, где подчинять приходится не расположение, а прямую враждебность.
- Курукулла — привлечение в чистом виде: расположение людей, суда, общины, а также любовная часть разряда. Ей посвящена отдельная статья, и там разобрано, что тексты содержат и операции по конкретному лицу.
- Амитабха и Авалокитешвара — мирная сторона того же деяния, работающая через сострадание, а не через захват.
Что именно подчиняют
Порядок в наставлениях устойчив, и он начинается не с людей.
Первое — собственный ум. Все комментарии этого разряда открываются одинаково: неспособный управлять собственным вниманием не управляет ничем внешним. Практика подчинения в её главном чтении есть взятие власти над собственными влечениями — не подавлением, а тем же способом, что и с местными божествами: переназначением. Страсть не выкорчёвывается, а ставится работать.
Второе — обстоятельства. Ход дела, исход переговоров, расположение случая. Самое частое монастырское применение — перед тяжбой, перед просьбой, перед решением, от которого зависит община.
Третье — существа нечеловеческого разряда. Наги, хозяева места, духи, мешающие стройке или лечению. По объёму материала эта часть не меньше любовной.
Четвёртое — люди. Расположение начальства, покупателя, судьи, врага. Сюда же относится и любовная часть, о которой ниже.
Прямо о привороте
Материал даётся полностью, вместе с ценой, которую традиция называет сама.
Операции, направленные на привязанность конкретного лица, в тантрических текстах разряда есть. Они описаны с обвязкой по времени, веществу, опоре и имени, и делать вид, что их нет, — вранье. Устройство типового чина: красная опора (нить, ткань, изображение), называние объекта, визуализация крюка и аркана, стягивание красным светом, закрепление. Слова берут из передаваемого текста.
Рамка, которую традиция ставит вокруг этого, состоит из трёх правил.
Правило мотивации. Тантрический комментарий требует, чтобы деяние делалось из бодхичитты, то есть ради блага того, на кого направлено. Это не пожелание, а условие допуска: без него операция считается выпавшей из системы — сделанной уже не в буддийской рамке, чем бы её ни называл исполнитель.
Правило равенства. Формулируется без обиняков: подчинение чужой воли создаёт связь того же рода, и связь эта двусторонняя. Привязанный к тебе человек привязывает тебя. Наставники подают это как описание механизма, а не как нравоучение, и в живых линиях именно это правило называют причиной, по которой любовные чины почти не применяют.
Правило возврата. Общее для подчиняющих и яростных разрядов: право применять есть у того, кто умеет распустить сделанное. Не умеющий отпустить, по традиционной оценке, допуска не имеет.
Практический итог: в действующих линиях чин подчинения к конкретному лицу применяют редко и обычно не по любовному поводу, а для снятия вражды — чтобы противник перестал быть противником. Механизм тот же, мишень другая, и это ровно тот сюжет, с которого начинается статья.
Передача
Вся тантрическая часть разряда — с самопорождением, с передаваемыми мантрами, с огненным подношением в красной редакции — берётся с вангом, лунгом и наставлением. Мантра без устной передачи в этой системе считается мёртвой. Внешняя лёгкость темы обманчива: уровень допуска здесь тот же, что у гневных практик.
Открыто: понимание устройства, чтение иконографии, мирная сторона деяния — практика сострадания, работа с собственным раздражением, обычные человеческие способы договориться, которые традиция, кстати, ставит первыми и не считает низшими.
Признаки и сбои
Отклик описывают как спад сопротивления среды: разговоры, которые не шли, начинают идти; люди, стоявшие против, становятся нейтральны; появляются посредники. Резкой перемены чужого поведения традиция не обещает и относится к рассказам о ней скептически.
Сбой назван прямо: рост зависимости от объекта, навязчивость собственного желания, раздражение при задержке. В этом случае работу прекращают — страсть, которая должна была стать топливом, стала хозяином, и деяние идёт против собственной цели. Если же подчинение пробуют применить как наказание, разряд уже сменился: это яростное деяние, у него другая обвязка, другие условия допуска и своя цена.