Четыре деяния — не список из четырёх видов колдовства, а одна ось с четырьмя положениями. Задаёшь цель — и всё остальное в обряде определяется автоматически: цвет, форма очага, дрова, время суток, сторона света, божество, окончание мантры, даже то, как держат ложку. Это самая экономная конструкция тибетской обрядности, и понявший её понимает три четверти всего, что видит в храме.

Ось и её положения

Санскритские названия пришли из индийской тантры, а туда — из более старого жертвенного обихода. Тибетские термины короче и в живой речи употребляются чаще:

Порядок здесь не произвольный: он идёт от самого мягкого к самому жёсткому и одновременно от самого общего к самому узкому. Тибетская обрядность работает по правилу восхождения — сначала пробуют умиротворить, потом приумножить, потом привлечь, и только когда ни одно из трёх не сработало, рассматривают четвёртое. Обряд, начатый сразу с яростного, в этой системе считается не сильным, а безграмотным.

Что определяется целью

Дальше начинается собственно система. Выбранное деяние задаёт весь набор параметров, и параметры эти не украшения, а рабочие настройки, по которым исполнитель и наблюдатель узнают разряд обряда.

Цвет. Белый — умиротворение, жёлтый — приумножение, красный — подчинение, тёмно-синий или чёрный — яростное. Цвет проходит сквозь всё: одежду исполнителя, ткань на алтаре, торма, нити, свет в визуализации.

Форма очага — самый наглядный признак в обряде огненного подношения. Круглый — умиротворение, квадратный — приумножение, полукруглый, часто описываемый как лук, — подчинение, треугольный — яростное. По одной этой яме можно, не спрашивая, сказать, что здесь делают.

Время. Рассвет и раннее утро — умиротворение, середина дня — приумножение, закат и предвечерье — подчинение, глубокая ночь — яростное. Логика суточная и очевидная: разряд обряда согласуется с движением света.

Сторона света. Здесь редакции расходятся сильнее всего, и честнее сказать об этом прямо, чем дать одну табличку как окончательную. Чаще всего умиротворение связывают с востоком, яростное — с югом; приумножение и подчинение распределяются по-разному. Кроме того, направление в текстах может означать и то, куда обращён исполнитель, и то, куда обращён очаг, и это не всегда одно и то же.

Божество и семейство. Мирные формы и белые божества — для первого; Джамбхала, Вайшравана, Васудхара — для второго; Курукулла, Хаягрива, красные формы лотосового семейства — для третьего; гневные йидамы и защитники — для четвёртого.

Дрова и вещества. Для мирного — светлое душистое дерево, для приумножения — плодовое и сладкое, зерно, топлёное масло, для подчинения — красное дерево и цветы, для яростного — колючее и горькое.

Утварь. Ложки, чаши и сосуды имеют разные формы под разряд; в развёрнутых чинах различаются даже размер ложки и число зачерпываний.

Число. Кратности обычно строятся на 108 для мирного, с увеличением для приумножения и с сокращением до 21 или 7 для яростного, где важна не длительность, а точность.

Окончание мантры. Тантрические мантры имеют разные завершающие слоги в зависимости от деяния: мирные оканчиваются на «сваха», яростные — на «пхат». Сами мантры берут из передаваемого текста; выдумывать их подобие — брак.

Джинсег: огненное подношение

Именно в огненном подношении система видна целиком. Тиб. джинсег (sbyin sreg), санскр. хома — обряд, унаследованный тантрой от индийского жертвенного огня и перестроенный под буддийское богословие.

Общий ход, одинаковый для всех четырёх разрядов:

  1. Выбор места и рытьё очага по форме, отвечающей деянию.
  2. Освящение очага и установка ограды.
  3. Приглашение божества огня, а затем главного божества обряда; огонь в этой системе — не стихия, а посредник, принимающий и передающий.
  4. Подношения — определённое число зачерпываний определённых веществ, каждое со своей мантрой и со своим числом.
  5. Просьба, соответствующая деянию.
  6. Отпуск и посвящение заслуг; в яростном разряде — отдельный чин закрытия и разрушения опоры.

Огненное подношение делается собранием, требует подготовленного руководителя и в живой практике почти никогда не выполняется мирянином в одиночку. Это не запрет, а описание положения дел.

Где ещё работает та же ось

Схема четырёх деяний вынесена далеко за пределы огненного обряда, и это делает её универсальным ключом.

Пятое деяние

В части текстов к четырём добавляют пятое — высшее деяние, то есть само достижение, ради которого существуют остальные. Смысл добавления не арифметический: он указывает, что первые четыре — вспомогательные. Они устраняют препятствия и создают условия, но не заменяют цели.

Тибетские наставления формулируют это резче: практикующий, у которого четыре деяния стали содержанием практики, а не её обвязкой, превратил тантру в обрядовое хозяйство. Оговорка встречается достаточно часто, чтобы считать её частью самой системы, а не позднейшим морализмом.

Что доступно и что нет

Граница проходит не по разрядам, а по уровню.

Открыто: понимание схемы, чтение обрядовой обстановки, простые мирные действия — воскурение, подношение воды, чтение открытых текстов вроде хвалы Таре, — а также хозяйственный обиход приумножения, живущий в тибетской деревне отдельно от монастыря.

Закрыто без ванга, лунга и наставления: любая работа, где исполнитель порождает себя божеством, любое огненное подношение по тантрическому чину и весь яростный разряд целиком. Последний имеет собственные условия допуска и собственную цену, названную самой традицией; ему посвящена отдельная статья, и там эти условия перечислены прямо.