Лингка — фигурка того, кого обряд собирается уничтожить. Её вяжут, надписывают именем, кладут в треугольный ящик, пробивают кинжалом и сжигают. Это самый жёсткий разряд тибетской ритуальной работы, он никогда не был подпольным и делается в монастырях по сей день — но у него есть цена, которую традиция называет вслух и подробно, и без этой цены описание будет ложным.
Что такое лингка
Лингка (лингга, от санскритского линга — «знак, признак») — заместитель. Это не кукла для порчи в европейском смысле, а «знак» объекта: то, во что объект вводят, чтобы дальше работать с ним, а не с человеком напрямую.
Делают её тремя способами:
- рисунок на бумаге — самый ходовой: обнажённая фигура, лежащая на спине, руки и ноги связаны за спиной или разведены и прибиты, часто с оттиснутым с доски контуром;
- лепная из цампы и масла — то есть та же торма, но в человеческом облике;
- из теста с примесями — по указанию конкретного чина.
В живот или на грудь фигуры вписывают минг-джанг, «именную грамоту»: имя объекта, имя его матери, год рождения по животному и стихии, иногда прозвище и приметы. Логика прямая: чем точнее опознание, тем точнее адрес. Некоторые чины требуют вложить внутрь фигурки взятое от объекта — волос, нитку из одежды, землю со следа; получить это законно и без вторжения в чужое жильё, как правило, невозможно, и об этом стоит подумать до начала.
Отдельно надо развести две вещи, которые в популярных пересказах слиты. Лу (глуд) — фигурка-выкуп: её отдают вместо больного, чтобы преследователь взял её и ушёл; её выносят, а не уничтожают. Лингка — фигурка противника: её связывают и уничтожают. Обряды устроены по-разному и служат разному.
Что именно уничтожают
Здесь начинается главное различение, без которого статья превратится в инструкцию.
В подавляющем большинстве монастырских чинов лингка обозначает не человека. В неё вводят: цепляние за «я», помеху практике, эпидемию, болезнь скота, вражду в общине, «врагов Учения» как разряд, дона, севшего на больного. Годовой обряд конца года, когда в конце цамовых плясок огромную торма-зор и фигуру выносят за монастырь и сжигают, — это работа с накопленным за год, а не с чьей-то фамилией.
Работа против конкретного лица тоже существует, и делать вид, что её нет, бессмысленно. Она относится к разряду дролва (сгрол ба) — «освобождение». Слово выбрано не для маскировки: по прямому смыслу чина существо не убивают, а выводят из его нынешнего состояния и переносят в чистую страну, потому что оно натворило столько, что дальше только ухудшит своё положение. Отсюда и условие, о котором ниже.
Историческая часть этого обихода не скрыта: обряды отвращения делались по государственному заказу, против войск и против политических противников, и в тибетской историографии такие эпизоды описаны спокойно, как часть работы монастырей. Мифологический прообраз — усмирение Рудры, где Падмасамбхава именно «освобождает» существо, которое невозможно исправить иначе.
Порядок чина
Дальше — устройство, без исполнения. Слов здесь не будет: они принадлежат садхане яростного божества и передаются с посвящением, а сочинённое «переложение» по-русски было бы подделкой. Обычно чин строится на Ваджракилае, Ямантаке, Махакале или другом яростном йидаме линии, и текст берут из руководства этой линии.
- Право на работу. Практик должен иметь ванг, лунг и три на этот цикл, закрытый ретрит с начиткой и, во многих линиях, отдельное разрешение учителя именно на дролва. Без этого чин в собственной логике традиции не имеет силы, а последствия — имеют.
- Гадание. Перед началом делают мо: можно ли, надо ли, тем ли способом. Отрицательный ответ прекращает дело — это не формальность, а встроенный тормоз.
- Место и время. Уединённое место вне жилья, обычно ночь, направление и день определяются чином и астрологическим расчётом.
- Порождение. Практик порождает себя как яростное божество, строит мандалу, ставит защитный круг. До этого момента к лингке не прикасаются.
- Изготовление и надписание. Фигура, именная грамота, вложение связи.
- Призыв в фигуру. Сознание объекта призывается и удерживается в лингке — это и есть узловая операция всего чина.
- Связывание. Фигуру кладут лицом вниз в треугольный ящик — треугольник здесь форма ярости, — обвязывают, придавливают.
- Пробивание. Пурба, трёхгранный кинжал, вбивается в оговорённые точки фигуры. Об устройстве и смысле пурбы — отдельная статья.
- Освобождение и перенос. По тексту — вывод сознания объекта и отправка его в чистую страну. Это выполняется как пхова, и именно этот пункт делает чин тем, чем он себя называет.
- Сожжение. Джинсег — огненное подношение в яростном разряде: треугольный очаг, чёрное сырьё, колючее дерево, чёрный кунжут, направление на сторону помехи. Фигура сгорает вместе с остатками.
- Уборка и закрытие. Пепел уносят и хоронят или спускают в воду вне селения. Возвращаться на место и оборачиваться нельзя. Далее — очищение практика, санг, восстановление самаи, подношение охранителям.
Цена по традиции
Тибетские наставления излагают её сухо и без морализаторства, поэтому и здесь она даётся как факт о традиции.
Условие допуска — способность выполнить перенос. Если практик не может реально перенести сознание существа, то с точки зрения самой системы он не «освобождает», а убивает. Стандартная формулировка наставлений: браться за дролва вправе тот, кто способен вернуть убитого; остальным этот чин закрыт.
Мотив проверяется, и подмена мотива не проходит. Гнев, обида, зависть, корысть переводят операцию в разряд обыкновенного убийства с полным весом кармического последствия — с той разницей, что практик действовал сознательно и подготовленно, а это в тибетской классификации отягчает, а не смягчает.
Разрыв самаи. Яростный цикл берут с обетами. Использование его против человека вне условий чина считается нарушением обетов перед божеством и учителем, и по описанию традиции первым делом уходит защита: охранители, которых практик кормил, перестают его прикрывать, а в тяжёлых случаях обращаются против него.
Возврат. Считается, что незакрепившийся зор возвращается к пославшему — тем же, чем шёл: болезнью, разорением, безумием, смертью в семье, потерей потомства. Отсюда и внимание к пеплу, к направлению, к невозвращению на место.
Отдача по роду. В деревенском изложении расплата ложится не только на исполнителя, но и на дом: на детей, на скот, на удачу-лунгта. Это народный уровень объяснения, но в решениях он весит больше учёного.
Плата за заказ. Работа такого рода в общинах стоила дорого и делалась не всяким; отказ был обычным делом, и отказывались не из робости, а потому что расплату несёт исполнитель.
Что делают против такого
Контрмеры — часть той же системы, и они открыты.
- Докпа — «отвращение»: обряд, поворачивающий пущенное обратно. Строится тем же порядком, с зеркалом, ниткой, отражающими предметами и своей торма-зор.
- Защита места и тела: обереги-свёртки, освящённые шнуры, пурба в доме, флаги и лунгта — то, о чём сказано в статьях о молитвенных флагах и о коне ветра.
- Восстановление лунгта и снятие грип: санг, омовение, вычитывание. Первое, что делают при подозрении на удар, — не отвечают, а чистят.
- Мо — выяснить, есть ли вообще нападение. В тибетской практике добрая половина «наведённого» после гадания оказывается болезнью, долгом или потревоженным лу, и лечится совсем другим чином.
- Обращение к охранителям через того, кто держит их практику: работа с дхармапалами разобрана отдельно.
Что из этого следует
Обряд с лингкой — не фольклорная страшилка и не тайна: он описан в текстах, делается публично в годовом круге и имеет ясное устройство. Закрыто в нём ровно одно — слова и посвящение, без которых он остаётся описанием. А открыто в нём другое: система, которая позволяет уничтожать, встроила внутрь себя условие, отсекающее почти всех желающих, и назвала цену для тех, кто условие обойдёт.