Рассорка — старинная работа на разлад: ею вбивают «клин» между двумя, чтобы вместо лада шли беспричинные ссоры, раздражение и охлаждение. В народной традиции её правят на убывающую луну, чаще на исходе дня, в злой ветреный час. Здесь дан обрядово-словесный материал, как он бытует в деревенских тетрадях; снятие и примирение разобраны в соседней статье. Цену и выбор смотри в «Рамке Маат».
Когда правят
Рассорку правят на ущербную луну, лучше на ветер, спиной к закату. Берут две вещи, связанные с двумя людьми (нитки, лоскуты, два имени на бумаге), и работают на разведение: всё, что сводят, — разводят, всё, что вместе, — врозь.
Что берут (символически)
- две чёрные нитки или два лоскута от одежды (или просто два имени на бумаге);
- две свечи (по обычаю — венчальные огарки или две восковые);
- щепоть соли, что лежала меж двух порогов;
- острый предмет — иглу или нож, чтобы «резать связь».
Текст
Заговор читают трижды, разводя нити или свечи в стороны:
> Как кошка с собакой не живут, как огонь с водой не дружат, как день с ночью не сходятся, так бы и рабу (имя) с рабой (имя) не сойтись, в ладу не бывать, за одним столом не сидеть, на одной подушке не спать. Слово моё — острый нож: режу меж ними лад и любовь, кладу промеж них стену каменну, реку огненну, лес дремучий. Друг на друга глядят — не наглядятся злобою, слово молвят — не примирятся. Как сказано, так и сделано.
После каждого прочтения нити разводят дальше, свечи отодвигают одна от другой.
Обряд
- На убывающей луне зажигают две свечи, ставят их рядом.
- Читают текст трижды, медленно разводя свечи в стороны до краёв стола.
- Иглой или ножом «перерезают» воздух между ними со словами «режу лад».
- Соль с двух порогов делят надвое и разносят: одну часть — на один путь, другую — на другой.
- Нити (имена) уносят и кладут порознь — на два разных перекрёстка или в две разные стороны от дома.
- Огарки не сводят: гасят порознь, остатки выносят в разные стороны.
Признаки, что рассорка легла
В фольклоре считают, что работа «взялась», если меж двумя пошли ссоры на пустом месте, искажение слов, волнами накатывает отвращение, тянет цапаться по одному кругу. Но это же и признаки обычной усталости и накопленных обид — потому различение оставляют тому, кто будет снимать.
Кому правят и кому возвращается
Рассорку наводят из зависти к паре, ревности, мести. По народному поверью, она крепче ложится туда, где уже есть трещина, и почти не берёт союз, где умеют говорить и мириться. О том, чем оборачивается разведение чужого лада для того, кто его правит, — ниже.
Время, повторы и усиление
В традиции рассорку правят строго на убывающей луне — «на разведение»; растущая луна для этой работы не годится, она «сводит», а не разводит. Сильнейшими часами считают глубокие сумерки и полночь, дни — вторник и субботу, по поверью «сердитые». Работу повторяют троекратно или девять зорь подряд, всякий раз разводя свечи и нити чуть дальше. Усиливают её «разводящими» местами и образами: распутье, проточная вода, текущая в разные русла, сильный ветер, печной развод дыма. Ослабляет же её всё, что сводит и мирит: общий стол, общая постель, доброе совместное дело, искренний разговор двоих, — потому в семьях, где умеют мириться, наведённый клин быстро выдыхается. Знающие добавляли: нельзя править рассорку в гневе на самих двоих — мутный мстительный мотив «липнет» к исполнителю и оборачивается против него же; о том, к кому и как возвращается эта работа, — ниже.
Рамка Маат
Рассорка бьёт по связи — по той самой ткани живого порядка, которой держатся семья, дружба и любовь, и потому перед Маат она тяжела: разрушающий чужой лад вносит в мир Исефет, хаос, и закон возврата отвечает ему разладом в его собственном доме, ссорой с близкими, одиночеством. Цена ложится и на род того, кто правит, — разорванной связью по нисходящим. И всё же выбор здесь только за человеком: знание обряда не есть приказ его творить. Можно прочесть эти слова и отложить их, а можно — обратить ту же силу слова на примирение, описанное в соседней статье, где тот же «клин» вынимают и связь сшивают теплом. Маат не запрещает знать; Маат предлагает выбрать, и выбор этот каждый делает сам, зная, что вернётся к нему его же мера.