Гальдрабок (galdrabók, мн. galdrabækur) — исландская рукописная книжка заклинаний и знаков. Не жанр древней литературы, а бытовой предмет XVI–XIX веков: тетрадь в восьмушку, писанная своей рукой для себя, куда владелец копировал то, что считал рабочим. Понимать корпус ставов вне этой физической формы бесполезно: почти всё, что мы знаем о ставах, определено тем, как эти тетради делались, прятались и переписывались.

Что это за книга физически

Типичная исландская гальдрабок — двадцать-сорок листов малого формата, сшитых в мягкую обложку или оставшихся тетрадью. Бумага, реже пергамен из телячьей или овечьей кожи. Почерк один или несколько: тетрадь переходила по рукам, и следующий владелец дописывал своё в оставшееся место, а иногда и между строк. Порядок отсутствует: заговор на зубную боль соседствует с призывом злого духа, рецепт против моли — с формулой на суд.

Такая книжка не издавалась и не предназначалась для чужих глаз. Её носили с собой, зашивали, прятали в стену, закапывали. Отсюда две особенности всего корпуса: сохранность случайна — уцелело то, что не нашли и не сожгли, — и текст неустойчив: каждое переписывание вносило ошибку, пропуск или домысел. Расхождения между списками не порча традиции, а её нормальный способ существования.

Кто их писал

Не безграмотный хуторянин из воображения романтиков. Круг составителей — люди книжные: приходские священники и их сыновья, ученики латинских школ при Скаульхольте и Хоуларе, писцы, зажиточные бонды с образованием. Об этом говорит само содержание: латинские формулы, куски псалмов, имена евангелистов, ангельские ряды, печати и характеры, узнаваемо пришедшие с континента вместе с гримуарной книжностью.

Отсюда самая важная поправка ко всему, что о ставах пишут по-русски. Гальдрабоки — христианская книжная магия раннего Нового времени, а не наследие эпохи викингов. В них есть северный слой: имена Одина, Тора, Фрейи, память о рунических знаках, обороты старой поэзии. Но лежит этот слой вместе с латынью, Библией и континентальной демонологией, и датируется книга по всей смеси, а не по самому древнему её куску.

Что внутри

Содержание распределено примерно так же от списка к списку.

Почему их так мало

Потому что за них жгли. Королевское распоряжение против колдовства 1617 года было применено в Исландии всерьёз, и период с 1625 по 1685 год исландцы называют веком костров. Сожгли около двух десятков человек. Особенность здешних процессов, отличающая их от европейских: осуждённые почти сплошь мужчины — грамотные, у которых нашли лист или тетрадь. Первым сожгли Йоуна Рёгнвальдссона (Jón Rögnvaldsson) в 1625 году в Эйяфьорде. Самые тяжёлые дела шли на северо-западе, в Страндире, где обвинения вёл сислюмадюр Торлейвюр Кортссон (Þorleifur Kortsson).

Улика здесь была вещественной, а не показанием соседа: бумага со знаками. Поэтому книжки жгли сами владельцы, и уцелевшее — остаток остатка. Каждый раз, когда в сетевом тексте говорится «канонический вид става», стоит помнить, что канон определять просто не по чему: базы для сравнения нет.

Как они дошли до нас

Три пути.

  1. Вывоз в скандинавские собрания. Датские и шведские антикварии XVII века собирали исландские рукописи как древности. Так самая ранняя книжка корпуса оказалась в Стокгольме и хранится в архиве шведского Управления национального наследия под шифром ATA Ms 1.
  2. Национальные собрания Исландии. С XIX века рукописи стали свозить и описывать. Основная масса лежит в Национальной библиотеке под шифрами Lbs и ÍB: Lbs 143 8vo, Lbs 2413 8vo, ÍB 383 4to и десятки родственных.
  3. Позднее переписывание. В XIX веке образованные исландцы копировали старые листы уже как древность, добавляя своё. Так появилась «Хульд» (Huld) — тетрадь, составленная Гейром Вигфуссоном (Geir Vigfússon) в Акюрейри в 1860 году, где впервые встречается вегвисир (Vegvísir). Знак, который сегодня считают древнейшим, — самый поздний в корпусе.

Издания

Материал открытый, и работать надо с изданиями, а не с картинками из сети.

Правило простое: берёшь знак — знай шифр рукописи и лист. «Из гальдрабока» — не адрес; адрес выглядит как «Lbs 143 8vo, такой-то лист». Всё остальное — перерисовка перерисовки.

Что делать с этим практику

Работать по изданию, а не по своду «сорока ставов» из сети. Смотреть подпись под знаком: в рукописи почти всегда сказано назначение, материал и место — и эти три строки важнее самого рисунка. Сверять два-три списка: расхождение показывает, что в знаке устойчиво, а что случайно. Устойчивое — основа и число лучей; случайное — мелкие наконечники и завитки.

И отдельно: тетрадь, которую ты заводишь сам, — это ровно тот же жанр. Исландская традиция не знает готового печатного корпуса, она знает личную книжку, которую ведут. Формула на её открытие — ниже; это своё русское переложение по строю таких записей, а не перевод рукописного текста.

Текст под эту задачу:

Завожу книгу и кладу в неё руку. Что запишу — то моё, и спрос за то на мне. Пусть чужой глаз пройдёт мимо, чужая рука не откроет, чужой язык не выговорит. Что взято верно — то удержится; что взято криво — то само сотрётся. Держи, книга, что дано тебе, и молчи, покуда не спрошу.

Присвоенность и репутация

Северная символика в XX веке была частью присвоена ультраправыми. Точный расклад такой: в реестрах ненавистнических знаков числятся отдельные руны — одал, тюр, сдвоенная совило — и «чёрное солнце», придуманное в нацистской Германии и к исландским рукописям отношения не имеющее. Сами гальдрабоки и их знаки туда не входят, но отдельные ставы гуляют в обиходе ультраправых языческих групп. Традиция за это не отвечает, а знать это стоит: рукописная книжность исландских священников и то, что сегодня носят на нашивках, — разные вещи, и путать их не надо ни в одну, ни в другую сторону.