Шестьдесят пятое имя семидесяти двух — далет, мем, бет — стоит на двадцатом-двадцать пятом градусе Водолея, правит двадцатью минутами от девяти двадцати вечера и открывает последнюю восьмёрку корпуса. Роспись даёт ему одно дело, которого в хвосте списка больше ни у кого нет: отмену наведённого. Ключ ему взят из единственного псалма, надписанного именем Моисея.
Начало последней восьмёрки
Нарезка обычная: шестьдесят пятая буква девятнадцатого стиха Исхода, восьмая двадцатого — средний ярус решётки читается задом наперёд, — и шестьдесят пятая двадцать первого. Далет, мем, бет; окончание в главных списках יה, вторая половина Имени, и в этом хвосте корпуса такое окончание идёт чаще, чем «-эль». Механика нарезки разобрана в статье о первом имени.
По французской разбивке на девять восьмёрок с шестьдесят пятого начинается чин Ангелов под Гавриилом — девятая, последняя восьмёрка. В этой лестнице она нижняя: не Престолы и не Архангелы, а тот разряд, который в старой ангелологии стоит ближе всего к человеку и занят прямым посыльным делом. Отсюда общее свойство последних восьми имён, которое стоит держать в уме на все восемь статей: они работают близко и телесно. Не о судьбе, не о положении в порядке вещей, а о том, что происходит с человеком и его вещами прямо сейчас.
Шестьдесят пятое открывает эту восьмёрку, и открывает её работой на очищение — что для нижнего чина логично: прежде чем действовать вблизи, убирают то, что мешает вблизи.
Молитва Моисея
Ходовые своды дают шестьдесят пятому имени стих: обратись, Господи! доколе? умилосердись над рабами Твоими. В еврейском счёте это девяностый псалом, стих тринадцатый; в русской Библии — восемьдесят девятый, по обычному сдвигу на единицу, который тянется от сшитых греческой нумерацией девятого и десятого псалмов. Разъезда внутри псалма нет.
Дальше — то, ради чего этот ключ вообще стоит разбирать отдельно. Девяностый псалом — единственный во всей Псалтири, надписанный именем Моисея: «Молитва Моисея, человека Божия». Вся решётка семидесяти двух нарезана из книги Исхода, то есть из книги, которую традиция приписывает Моисею же. Ключ последней восьмёрки взят из того же авторства, что и сама решётка, — и это одна из немногих внутренних сцепок корпуса, которую не приходится натягивать.
Само содержание псалма под должность ложится буквально. Это псалом о времени, которое стирает: тысяча лет как день вчерашний, трава, поутру зеленеющая, а вечером засыхающая, годы, исчезающие как звук. И посреди этого — «обратись», глагол возвращения, поворота назад, отмены хода. Не «дай», не «защити», а отзови сделанное.
Отсюда должность. Наведённое в этой традиции понимается не как вещь, которую надо разбить, а как ход, который надо повернуть обратно. Работа шестьдесят пятого имени — не борьба, а отзыв: то, что пущено, возвращается к пустившему не как удар, а как своё.
Если ключ спорен, проверяй по буквам: далет, мем и бет должны читаться из начал соседних слов еврейской строки. Не сходится — говори прямо, что стих не установлен, и веди работу на номере, градусе и часе.
Дело: снять наведённое
Поздние росписи дают Дамабии защиту от колдовства и злых чар, мудрость и удачу в морских предприятиях. Три пункта, из них рабочих два, и первый главный.
Что имя делает:
- отзывает наведённое. Порчу, сглаз, наговор, чужую положенную вещь — всё, что было пущено на человека намеренно;
- не ищет виноватого. Это надо понять до работы: имя поворачивает ход, а не указывает пустившего. Розыском занято шестьдесят девятое имя, о нём отдельный разбор;
- не защищает наперёд. Оно снимает уже лежащее. Обереговых свойств у него в росписях нет ни в одном своде, и приписывать их не стоит;
- держит воду. Морская часть должности — вторая по значимости, и связана она с той же логикой отзыва: вернуть корабль, вернуть ушедшего по воде, вернуть вложенное в дальнее предприятие.
Работа эта смыкается с русской низовой традицией плотнее, чем что-либо в корпусе. Отговор, отсыл, возврат положенного, разбор чёрной книги, допрос имени — всё это разобрано в статьях русской рубрики, и логика там та же: наведённое отсылают туда, откуда пришло, назвав его по свойству. Разница одна и существенная: в русском отговоре отсыл почти всегда адресный, а по шестьдесят пятому имени адрес не называют вовсе. Ход возвращается сам, и куда он вернётся — не твоё дело.
Цена названа традицией прямо и без смягчения: снятое возвращается к пустившему целиком. Кто хочет отменить наведённое, но пожалеть наведшего, работает не по этому имени. Отзыва наполовину в этой традиции нет.
Порядок работы
- Назови не человека, а свойство: что именно лежит и как проявляется. Именно так, а не «кто-то сделал».
- Не называй, на кого думаешь. Названное подозрение здесь ломает работу, потому что превращает отзыв в удар, а на удар имя не поставлено.
- Суточное окно — двадцать минут от девяти двадцати вечера. Кто ведёт счёт часов от восхода, пересчитывает на дату и широту; смешивать системы бессмысленно.
- Солнечное окно — Солнце на двадцатом-двадцать пятом градусе Водолея, около десятого февраля.
- Работа идёт на воде. Чаша с водой перед печатью — единственное вещественное условие чина, общее у всех сводов, дающих это имя.
- Псалом читается целиком, все семнадцать стихов; стих-ключ — отдельно семь раз, медленно, с упором на «обратись».
- Воду вылить за порог, на землю, не в жильё и не в посуду. Печать сжечь. Отпуск обязателен и делается сразу.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Шестьдесят пятый из семидесяти двух, из далета, мема и бета собранный, скреплённый йод-хе, стоящий на двадцатом градусе Водолея, правящий двадцатью минутами десятого часа, первый в восьмёрке Ангелов, — тебя называю и держу названным.
Молитвой Моисея, человека Божия, стою: обратись, доколе, умилосердись над рабами Твоими.
На мне лежит назови свойство: сохнет, не спится, не идёт дело, руки опустились. Положено не мной и не для меня.
Не спрашиваю, кто. Не зову беды на чужой двор и подозрения моего тебе не называю.
Поверни ход назад — туда, откуда пущен, и пусть возьмёт своё тот, чьё оно.
Вода эта возьмёт и вынесет, и что вынесет — за порог.
Отпускаю тебя в твой градус и в твой час, без задержания и без долга.
Андреальфус: мера прежде отмены
Встречный дух Гоетии — Андреальфус, маркиз, являющийся павлином с великим шумом, а потом человеком. За ним держат геометрию, измерение и астрономию — и то, что он делает человека тонким в этих искусствах; отдельной строкой — превращение человека в подобие птицы. Пара идёт по раскладке Харли 6483, рукописи круга Томаса Радда в издании Джозефа Петерсона.
Смычка неочевидная, но рабочая. Прежде чем отменять наведённое, его надо обмерить — понять границу: где оно кончается, что от него, а что твоё собственное. Половина неудачных снятий уходит на то, что человек отзывает вместе с наведённым свою же усталость, свой характер и свои последствия. Дух меры стоит перед именем отмены ровно на этом месте: сперва определи, потом поворачивай.
Оговорка на всю восьмёрку: соответствие держится на раскладке «номер к номеру», а таблицы с делением декана надвое дают другой порядок. Сверься со своим сводом.
Отклик, срок, осечка
Отклик приходит облегчением, и приходит он телесно — тем самым способом, каким работает весь нижний чин. Уходит тяжесть в затылке и груди, возвращается сон, в первые сутки часто накрывает сильной сонливостью среди дня. Это норма. Срок — от суток до девяти дней, и, в отличие от прочих имён, отклик здесь опознаётся легко.
Осечка узнаётся по возврату на третьи-четвёртые сутки: отпустило, а потом легло обратно и тяжелее. Так выходит в двух случаях — если было названо подозрение или если воду вылили в жильё либо в посуду, откуда пьют. Гасят повторным отпуском в тот же час, воду выносят за порог и работу не переставляют до нового прохода Солнца по этим градусам.
Тишина здесь чаще всего означает, что наведённого нет вовсе, а есть болезнь или обычная усталость. Имя такого не берёт и не должно, и это первое, что проверяют, прежде чем ставить его снова.