Сорок четвёртое имя — йод, ламед, хе — занимает пятый-десятый градус Скорпиона и правит двадцатью минутами от двух двадцати. За ним держат военные походы и защиту тех, кто судит. Ключ у него взят из самого длинного псалма Псалтири, и это отдельная беда: в псалме сто семьдесят шесть стихов, и ошибка переписчика в номере тут не замечается никем.

Корень, который читается как имя

Столбец берётся обычным порядком: сорок четвёртая буква девятнадцатого стиха Исхода, двадцать девятая двадцатого — средний ярус выложен справа налево — и сорок четвёртая двадцать первого. Устройство решётки разобрано в статье о первом имени.

Триада — йод, ламед, хе — редкий в корпусе случай, когда вырез сам по себе выглядит осмысленным сочетанием, а не набором согласных. На этом построено несколько поздних толкований, и все они одинаково шаткие: триада вырезана механически и словом быть не обязана, а совпадения такого рода в семидесяти двух столбцах неизбежны. Закрывает её יה, первая половина четырёхбуквенного Имени.

Русские записи: Йелахия, Иелахия, Елахия, Йелахиах. Хе на конце триады сливается с хе окончания, и в части сводов имя выписано с одним хе вместо двух. Дефект письма, не разночтение.

Сто восьмой стих самого длинного псалма

Стих-ключ — тот, где просят: благоволи, Господи, принять добровольную жертву уст моих, и судам Твоим научи меня. В еврейском счёте это сто девятнадцатый псалом, в русской Псалтири — сто восемнадцатый; надписания у него нет, стих в обоих счётах сто восьмой.

Псалом этот особый по устройству. Он самый длинный в Псалтири и построен как алфавитный акростих по восьми стихов на букву: двадцать две буквы, двадцать две октавы, сто семьдесят шесть стихов. Все стихи, кроме нескольких, говорят об одном — о законе, уставах, судах и словах. Похожий счёт по буквам есть и у девятого имени корпуса, где акростих неполон, и разбор такого устройства сделан там.

Практическая беда отсюда одна и серьёзная. В псалме из ста семидесяти шести почти одинаковых стихов ошибка в номере не видна. Стих сто восьмой и стих сто восемнадцатый на слух неразличимы по строю, и переписчик, сбившийся на цифре, ничем себя не выдаёт. Поэтому по этому имени таблицы расходятся чаще, чем по любому другому, и расходятся тихо.

Проверять надо не цифру, а место в акростихе. Сто восьмой стих сидит в октаве буквы нун — четырнадцатой октаве, стихи со сто пятого по сто двенадцатый, той самой, что начинается словами о светильнике ноге моей. Если твой свод даёт номер, выпадающий из этой октавы, у тебя или другая традиция, или описка. Считается легко: номер минус единица, делить на восемь, и получишь номер буквы.

Дело: поход и добровольная жертва

Роспись даёт Йелахии успех военных предприятий, защиту судей и правителей, победу и — самым интересным пунктом — способность делать имя человека известным. Ядро в стихе, и оно двойное.

Стих просит о двух вещах сразу: прими добровольную жертву уст моих и судам Твоим научи меня. Первое — обет, вторая половина — просьба о различении. В этом порядке они и работают.

Сорок четвёртое имя не даёт победы. Оно принимает обет и на этом основании открывает поход. Всё, что о нём написано в поздних росписях, вытекает из этой конструкции: поход, начатый без обета, ему не подведомствен вовсе.

Три положения, в которых его ставят:

Цена, которую платят вперёд

«Добровольная жертва уст» в еврейском обиходе — приношение по обету, не обязательное, вызванное словом самого человека. Смысл в том, что никто его не требовал: человек связал себя сам, и потому отступить не может.

Это и есть условие работы, и в этой традиции оно называется прямо, без смягчения. Перед выходом ты называешь, чего лишишься, если дело пойдёт. Не «чем пожертвую в случае неудачи» — наоборот: цена платится за успех, и платится тем, что успех сделает невозможным. Ушедший в поход теряет дом; занявший место судьи теряет право быть частным человеком; ставший известным теряет возможность быть неузнанным.

Работа без названной цены не ставится. Не потому, что запретно, а потому что не выходит: стих устроен так, что первая его половина обеспечивает вторую. Не принесший обета не получает и различения — идёт в дело слепым.

Второй половиной, про суды, часто пренебрегают, и зря. Именно она отвечает за то, чтобы ты видел, где в походе развилка. Победа без различения в этой системе не считается победой: выигранное вслепую удерживают недолго.

Расписание

Солнце проходит пятый-десятый градус Скорпиона примерно с 28 октября по 1 ноября. Суточное окно — двадцать минут от двух двадцати при счёте от полуночи; при счёте от восхода пересчитывается на дату и место. Имя стоит четвёртым в восьмёрке Сил под Рафаилом.

Место работы — порог или ворота, то есть точка выхода. Ставится в день выхода, а не заранее.

Шакс: как проигрывают поход

Встречный дух Гоетии — Шакс, он же Чакс, герцог, являющийся аистом и говорящий хриплым, едва слышным голосом. Книга держит за ним отнятие зрения, слуха и разумения у любого человека по приказу, кражу денег из царских домов и возврат их через три года, увод коней и всего, что укажут. Отдельно сказано, что он лжив, если не введён в треугольник, и что тогда обманывает вызывающего. Сцепка «номер к номеру» поздняя, из раскладки духов по пятиградусным отрезкам.

Пара выходит зеркальной и поучительной. Ангел даёт различение — стих просит научить судам; дух отнимает ровно то же самое: зрение, слух и разумение. Не убивает и не калечит, а лишает возможности понимать происходящее.

Отсюда старое замечание практиков по этой раскладке: поход проигрывают не силой, а слепотой, и обе статьи — ангельская и духовская — описывают одно поле с разных сторон. Работа по Шаксу против чужого войска и работа по сорок четвёртому за своё — не противоположности, а два хода в одной игре. Разбор духа есть в статье о сорок четвёртом духе Лемегетона.

Чин перед выходом

  1. Ставится в день выхода, на пороге или в воротах, лицом наружу.
  2. Свеча одна, гасится с последним словом; догорать не оставляют.
  3. Прочесть октаву буквы нун целиком — восемь стихов, со сто пятого по сто двенадцатый, — а не весь псалом. Псалом сто восемнадцатый читают целиком только в отдельных чинах, к этому имени отношения не имеющих.
  4. Стих-ключ повторить трижды.
  5. Назвать дело и назвать цену: чего лишишься, если дело пойдёт. Цена называется вслух и своими словами.
  6. Просить о различении отдельной строкой, после обета. Порядок обязателен.
  7. Написать три буквы и окончание, лист взять с собой на всё дело, сжечь по возвращении.

Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:

Сорок четвёртый из семидесяти двух, четвёртый в восьмёрке Сил, стоящий на пятом градусе Скорпиона, правящий двадцатью минутами третьего часа пополудни, — называю тебя тремя буквами и Именем, которым они закрыты.
Ты, при котором просят принять добровольную жертву уст и научить судам, — прими и научи.
Выхожу на дело: назови дело. Никто меня на него не посылал, и я связываю себя сам.
Вот жертва уст моих: если дело пойдёт, лишусь назови чего — и назвав, отступать не стану.
Не прошу лёгкой победы. Прошу видеть развилки в пути и знать, которая из дорог моя.
Выигранного вслепую мне не надо.
Отпускаю тебя в твой градус и в твой час, без задержания и без долга.

Признаки и осечки

Отклик приходит в первый же день пути и опознаётся по резкости зрения: видно, где решается дело. Из десяти забот восемь оказываются пустыми, две — настоящими, и различаются они сами собой, без разбора. Второй признак — сужение: перестаёт быть интересно всё, что не относится к делу.

Срок работы — весь поход, от порога до возвращения, а не фиксированные дни. Это одно из немногих имён корпуса, чьё действие привязано к делу, а не к календарю.

Осечка узнаётся по обратному: забот становится больше, и все они кажутся важными. Так выходит в одном случае — когда цена была названа условно, оговорками вроде «если понадобится». Условная жертва в этой системе не жертва, и вторая половина стиха при ней не срабатывает. Разбирают это на первом же привале: называют цену начисто и заново, и дальше идут уже с ней.