Материал в «Шамс аль-Маариф» не выбирают — его выводят. Задача задаёт планету, планета задаёт металл, металл тянет за собой чернила, курение и камень. Сетка эта не изобретена книгой: она пришла в арабскую науку из позднеантичной астрологии и оттуда же попала в латинскую Европу, где выглядит точно так же. Аль-Буни, умерший в 1225 году, застал её готовой.

Семь металлов

С последней есть неустранимая сложность: ртуть жидкая, и пластинку из неё не сделаешь. Практика решает это либо сплавом, либо тем, что зовут «пятью металлами» — сплавом, куда входят несколько планетных металлов разом, — либо заменой на латунь и бумагу.

Ещё одна ловушка — арабское слово расас. Само по себе оно значит и свинец, и олово: расас асвад, чёрный, — свинец, расас каляи или абьяд, белый, — олово. В прописях уточнение часто опущено, и переписчики путали их сплошь и рядом. Юпитерово изделие, сделанное на свинце вместо олова, по логике книги обращается в сатурново — то есть в свою противоположность. Это одна из самых частых порч в печатных изданиях.

И факт, который называется фактом. Свинец ядовит; отравление им накопительное, и опилки, пыль и пары при плавке — не безобидны. Ртуть ядовита, пары её опасны особенно, и работа с ней в тёплом помещении вредна независимо от намерения работающего. Часть старых чернильных рецептов арабской и европейской традиции содержала соединения мышьяка. Составов здесь нет и не будет: это разбор устройства, а не пропись.

Носитель

Бумага — самый ходовой и дешёвый, предполагающий недолгую жизнь изделия. Требуется чистая, новая, не бывшая в другом употреблении.

Пергамент — ракк, тонкая выделанная кожа; дорогие прописи требуют газельей (ракк аль-газаль). Кожа нечистого животного исключена по религиозному правилу, и это ограничение не оперативное, а вероучительное.

Металлическая пластинка по планете — для изделий длительного действия. Пишут по ней резцом, реже чернилами.

Ткань — новая, чаще белая; шёлк в дорогих прописях. Шёлк мужчинам в исламе носить не дозволено, и это ограничивает употребление шёлкового хирза.

Блюдо — фарфоровое, глиняное или медное, для изделий, которые пишут, чтобы тут же смыть водой. Реже, по особым прописям, — камень, кость, черепок, скорлупа.

И то, о чём честнее сказать прямо. Низшая, вредоносная ветвь традиции знает работу с могильной землёй и с костью, и в кубра это есть. Разбирать здесь нечего сверх факта: добыча человеческих останков противозаконна практически везде, это реальные уголовные дела, и никаких указаний по этой части в статье нет.

Чернила

Основа благих изделий — шафран (заафаран), растёртый в порошок и разведённый розовой водой (ма вард). Цвет золотисто-жёлтый, запах сильный, стойкость средняя. Это чернила почти всей талисманной работы арабского мира, и по ним изделие узнаётся с первого взгляда.

Прибавки по задаче: мускус (миск) — для приязни и притяжения; амбра (анбар) — для сана и значительности; камфора (кафур) — для лунных изделий и для остужения; сандал, растёртый в воде, — для успокоения. Для связывания и загустения — камедь.

Прочие чернила: обычные писцовые, сажевые и чернильно-орешковые, — для быстрых изделий. Низшая ветвь пользуется тёмными и нечистыми составами, вплоть до письма кровью; это содержание традиции, и им разбор здесь исчерпывается.

Перо — тростниковое (калям), новое, ни разу не бывшее в деле. Часть прописей требует срезать его в час работы своей рукой. Металлическим пером благие изделия по книге не пишут.

Курения

Дым в этой системе — не украшение, а отбор: составом определяют, что придёт.

Высокие, благовонные — для ангельской линии и всего благого: алоэ (уд), ладан (лубан), сандал, мастика, бензой (джави), амбра, мускус, стиракс (майа), кост (куст). Дорогие смолы идут на солнечные и царские работы, ладан — на юпитерианские и охранные, сандал и роза — на венерины.

Низкие, резкие — для нижней линии: сера, ассафетида, палёный рог и волос, дурно пахнущие смолы. Логика та же, что во всём разделе вреда: приятное притягивает, отвратное отвращает. Об этом в статье об обрядах вреда.

Гармала (хармаль, дикая рута) стоит особняком: это обычнейшее курение против сглаза от Марокко до Пакистана, вне всяких книг, в каждом доме. Растение ядовито при приёме внутрь, и путать окуривание с питьём нельзя. Дым серы едок и лёгким не полезен — это тоже факт, а не оговорка.

Курение ставят до начала работы и жгут всё время письма; готовое изделие держат в дыму.

Камни

Перстень с вырезанным квадратом или именем — самая долговечная форма талисмана и самая распространённая.

Сердолик (акик) — главный камень традиции; серебряный перстень с сердоликом носят повсеместно, и основание тут не астрологическое, а преданиевое: у Пророка, по хадису, был серебряный перстень с камнем.

Бирюза (фирузадж) — от дурного глаза и в дорогу.

Яхонт (якут) — красный для Солнца и сана, синий для Юпитера.

Изумруд (зумурруд) — для достатка и защиты от яда, по старому поверью.

Гелиотроп и яшма — для крови и остановки истечения.

Лазурит — для тяжёлых и сатурновых работ.

Здесь надо назвать религиозное ограничение, которое определяет всю практику. Мужчинам в исламе не дозволено носить золото. Оттого мужской талисманный перстень — серебряный, каким бы ни было планетное соответствие, а золото идёт на женские изделия и на те, что не носят, а хранят. Правило это старше книги и сильнее её.

Время изготовления материала

Тонкость, которую пересказы обычно теряют: час имеет значение не только для письма, но и для металла. Пластинку отливают или обрезают в час своей планеты; камень оправляют тогда же; перо срезают в тот же час. Изделие, написанное правильно на пластинке, приготовленной когда попало, книга считает половинчатым. Практически это значит, что работа занимает несколько часов одной планеты в разные дни и планировать её надо заранее — по расписанию, разобранному в статье о календаре и часах.

Замены

Кубра допускает их скупо и неохотно, но допускает.

Чего заменять нельзя ни при каких условиях: час и день. Это единственный пункт, где книга не торгуется, и объяснение внутри её логики простое — всё прочее есть подобие, а время есть сама расстановка сил, которую подобием не заменишь.