Вредоносные главы в большой редакции есть. Их много, они подробны, и делать вид, что книга состоит из благочестивых оберегов, значит врать о книге. Разбирать их надо как содержание памятника: что предписано, на какой логике держится, какой ценой обходится по самой традиции и чем от этого защищаются. Именно из-за этих глав «Шамс аль-Маариф» и запрещали — при том, что аль-Буни, умерший в 1225 году, к большей их части отношения не имеет.
Что там есть
- Тафрик — разлучение: развести супругов, разорвать дружбу, рассорить компаньонов. Главная и самая разработанная из вредоносных операций.
- Адава и багда — наведение вражды и отвращения.
- Рабт, он же акд — связывание: отсечь человека от способности к чему-либо — к близости с супругой, к торговле, к речи, к делу. Классическое «узловое» колдовство.
- Ибъад и тард — удаление, изгнание.
- Азль — отставление: свести соперника с должности, лишить сана.
- Табъ и хатм — запечатывание: закрыть человеку путь, надел, удачу.
- Такбиль — помрачение, расстройство рассудка и дел.
Ядов и составов здесь не будет: разбирается устройство, а не исполнение.
Логика: всё зеркально
Вредоносная часть книги не имеет собственной системы: она — точная инверсия благой, и это лучший ключ к её чтению.
Планета. Вместо Венеры и Юпитера — Сатурн: суббота, час Сатурна, свинец, квадрат тройки с постоянной 15. Сатурн отвечает за тяжесть, замедление, связывание, погребение, разъединение. Для резких операций — Марс: вторник, железо.
Луна. Вместо прибывающей — убывающая, предпочтительно последние ночи месяца, перед новолунием. Из двадцати восьми лунных стоянок берут те, что числятся дурными для всякого начинания.
Имена. Вместо имён милости — имена величия и одоления: аль-Каххар, аль-Джаббар, аль-Мунтаким, аль-Мумит, аль-Мазилль. Арабская традиция различает джамаль и джаляль — красоту и грозность как два строя божественных имён, и вредоносные операции работают только со вторым.
Материал. Вместо серебра и олова — свинец: чёрный, тяжёлый, сатурнов металл, опознавательный знак раздела. Вместо благовонных шафранных чернил — тёмные, вместо сладких смол — резко пахнущие курения. Логика прямая: приятное притягивает, отвратное отвращает.
Действие с написанным. Благой талисман хранят замкнутым и целым. Вредоносный — рвут, вяжут узлами, пишут задом наперёд, закапывают в сухом или в могильной земле, топят, замуровывают. Ходовые приёмы: имя в обратном порядке букв; квадрат, из которого изъята клетка; узел, завязанный с наговором на каждый оборот.
Узлы и Коран
Здесь книга наталкивается на неудобное для себя место, и это стоит назвать.
Сура аль-Фаляк (113), одна из двух охранных сур, в аяте 4 просит защиты «от зла дующих на узлы» — то есть Коран называет по имени ровно ту технику, которую вредоносный раздел кубра предписывает, и называет её злом, от которого просят убежища.
Сура аль-Бакара (2) в аяте 102 говорит о том, чему учили Харут и Марут, — о том, «чем разлучают мужа с женой», — и называет обучавших этому неверующими. Тафрик, главная операция раздела, назван в Коране прямо и назван как то, за что следует неверие.
Отсюда позиция богословской традиции: спор о законности науки букв идёт о талисманах и квадратах, но вредоносный раздел из него исключён. Его не защищает никто. Подробнее — в статье о запретах.
Цена по самой традиции
Книга не морализирует, но условия ставит, и они технические, а не назидательные.
Возврат. Работа, направленная на человека, у которого стоит хиджаб, по логике книги возвращается к пославшему в полном объёме. Это не угроза, а описание механики: направленное и не принятое действие идёт назад.
Утрата собственной защиты. Вредоносные прописи требуют того, что в остальной книге запрещено: работы в нечистом месте, ночного посещения кладбища, письма левой рукой, намеренного нарушения ритуальной чистоты. Тот же текст, который в благих главах требует поста и омовения, здесь требует обратного — и сам отмечает, что после такой работы охранные средства делающего перестают действовать.
Джинны низшего разряда. Вредоносные операции идут по линии суфли — низшей, джинновой. Вся книга заявляет себя как илм улви, наука высшая, и в этом разделе от собственного заявления отступает. Работа с суфли, по книге, оставляет за собой присутствие: то, что вызвано, не уходит само.
Уголовная сторона. В ряде стран колдовство преследуется по действующему уголовному законодательству, в отдельных случаях — вплоть до смертной казни. Это факт о нынешнем правовом поле, а не о богословии.
Почему они в книге
Четыре причины, и все проверяемые.
Кубра — свод, а не катехизис. Она собиралась восемь веков переписчиками, которые вносили в неё всё, что относилось к жанру. Отбора по благочестию тут никто не производил.
Спрос был всегда. Тафрик и рабт — самые заказываемые услуги на этом рынке от Марокко до Индии по сей день, и переписчик писал то, что покупали.
Контрмера требует знания приёма. Чтобы развязать узел, надо знать, как он завязан; чтобы найти закопанное — где закапывают. Значительная часть вредоносных описаний в кубра стоит именно в главах о снятии, как перечень того, что ищут.
Придворное употребление. Раздел о власти и раздел о вреде при мусульманских дворах работали как одно целое. Об этом в статье об обрядах на власть.
Контрмеры
Тому, кого работа коснулась, книга и общеисламская практика предлагают одно и то же, и здесь они не расходятся.
Руква — чтение Кораном над человеком с дуновением: аль-Фатиха (1), аят аль-Курси (2:255), последние аяты аль-Бакары, аль-Ихляс (112) и две охранные суры — аль-Фаляк (113) и ан-Нас (114). Читают и над водой, которую пьют и которой омываются.
Поиск носителя. У предметной работы есть вещественный след: свёрток, узел, написанное, зарытое у порога, в постели, в одежде. Найденное развязывают и уничтожают водой или огнём с тем же чтением.
Постоянная охрана — хиджаб, утренние и вечерние формулы, чтение аят аль-Курси на ночь. Об устройстве оберега — в статье об обрядах защиты.
Чего традиция не разрешает. Развязывать сихр сихром. Большинство школ считает нушру дозволенной только теми средствами, что дозволены сами по себе; ответное колдовство ставит отвечающего в положение нападавшего. В этом вопросе традиция почти единодушна — редкий случай для всей темы.
Признаки
Традиция называет внезапное отвращение между супругами, потерю способности к близости при отсутствии телесной причины, резкую остановку дел без повода, тяжёлые повторяющиеся сны, тягость при входе в собственный дом. Описания нестрогие и совпадают с обычными жизненными и медицинскими обстоятельствами; ни один признак сам по себе ничего не доказывает.
Среда, живущая с этого рынка, устроена так, что диагноз «на тебе сихр» ставится всякому пришедшему, и деньги в ней движутся надёжнее, чем результат. Это факт о среде, и к делу он относится не меньше, чем содержание глав.