Лукуми существует не как церковь и не как орден, а как сеть домов. Дом — это крёстный, его крестники и линия, идущая вглубь через мёртвых. Разбираем роли, счёт старшинства, обязанности сторон, деньги, поводы для конфликта и то, как менять дом, если пришлось.
Иле
Иле — дом: и здание, и община. Физически это чаще всего обычная квартира или частный дом, где в отдельной комнате стоит канастильеро с посудой ориша, в углу на полу — место мёртвых, а на столе — бовéда. Никаких храмов лукуми не строит.
Во главе — падрино или мадрина, крёстный отец или мать. Крёстным становится посвящённый, отработавший годы, получивший право и имеющий собственных ориша, которые «рождают» ориша крестника. Один человек может держать одного крестника, а может десятки.
Дальше идут ахиядо — крестники, от только что получивших элеке до давно коронованных со своими крестниками. Плюс приглашаемые специалисты: оба-ориате, распорядитель и гадатель, и бабалаво, если дом с ним работает.
Счёт старшинства
Старшинство считают не по возрасту, а по дате посвящения. Двадцатилетний, коронованный десять лет назад, старше пятидесятилетнего, коронованного вчера. Это правило постороннему кажется странным, а внутри определяет всё: кто первым садится, кто первым ест, кто кому кланяется, кто говорит, а кто молчит.
Приветствие старшего — фориба́ле, поклон до пола на циновке. Форма зависит от того, мужской или женский ориша на голове у кланяющегося: одни ложатся ничком, другие на бок, поочерёдно. Термины в домах расходятся, и учат этому руками, а не по описанию.
Здороваться с посвящённым по-светски и обниматься с иявó — обычные ошибки новичка, о них есть отдельная статья.
Что обязан крёстный
- Вести человека: гадать, назначать, объяснять, отвечать на вопросы между обрядами.
- Готовить к каждой ступени и не гнать вперёд ради денег.
- Кормить ориша крестника, пока тот не умеет сам.
- Назвать цену обряда заранее и целиком, вместе с тем, что в неё входит.
- Присутствовать на итá и следить, чтобы оно было записано.
- Разбирать нарушения запретов без публичного унижения.
- Не использовать крестника как бесплатную рабочую силу вне обрядов и не лезть в его семью, деньги и постель за пределами того, что назвало гадание.
Что обязан крестник
- Работать на обрядах дома: готовить, убирать, носить, стоять всю ночь. Это не унижение, а способ обучения — знание в лукуми передаётся через руки.
- Платить дерéчо. Бесплатных обрядов нет, и попытка выторговать «по-родственному» ломает саму логику платы.
- Соблюдать свои запреты и не скрывать нарушений.
- Спрашивать крёстного, а не интернет.
- Приходить на годовщину крёстного, кормить его ориша, отмечать свою годовщину в его доме.
- Не гадать и не посвящать раньше, чем получил право.
Деньги
Дерéчо есть у всего: у чтения, у чистки, у элеке, у воинов, у асьенто. Суммы разнятся по странам и домам, и никакого прейскуранта традиции не существует.
Трезвые ориентиры. Крупные ступени должны обсуждаться заранее и подробно: сколько, за что, что входит, что покупается отдельно. В стоимость крупного обряда реально входят животные, травы, ткани, посуда и работа десятка человек — то есть большая часть денег уходит не крёстному в карман. Отказ обсуждать сумму, растущий по ходу счёт, требование срочного платежа «иначе будет хуже» — это не традиция, а давление, и в самих домах это называют так же.
Один крёстный
В оча у человека один крёстный по коронации. Ходить по домам и собирать обряды у разных людей не принято: это ломает линию, а именно линия делает посвящение действительным.
Из этого не следует, что человек привязан пожизненно к тому, кто его обманывает. Смена дома существует, но она обрядовая, а не самовольная: делается через разговор со старшими линии и через ритуальный переход, а не через тихий уход и новую регистрацию у другого крёстного. Дом, принимающий чужого крестника без выяснения, откуда он и что там произошло, работает плохо.
Если крёстный умирает, крестник переходит к его крёстному либо к тому, кого назовёт линия и гадание. Ориша остаются у человека, линия — тоже.
Как выбирать дом
- Спросите линию: кто крёстный вашего крёстного и дальше. Внятный ответ должен быть.
- Спросите, делают ли в доме итá и кто читает.
- Поговорите с другими крестниками — не с одним, а с несколькими, и лучше с давними.
- Посмотрите, как в доме обращаются с иявó и со стариками.
- Спросите про деньги прямо и до начала.
- Проверьте, не читает ли сантеро старшие одду сам и не берётся ли за то, на что нет права.
- Уходите оттуда, где вам с порога называют порчу, срок и сумму.
Формула под эту задачу, выстроенная по канону традиции; обрядовые слова на лукуми получают в доме:
Вода на землю, вода на порог, вода на дом.
Мёртвым моей крови и мёртвым этой линии — первое слово, как положено.
Тому, кто крестил меня, и тому, кто крестил его, и дальше, докуда доходит счёт, — стойте за этим порогом.
Пришёл в дом не гостем на вечер, а работником на годы.
Что велят — сделаю руками, чего не понимаю — спрошу, а не додумаю.
Старшего пропущу вперёд, хоть он моложе меня годами: счёт здесь не по годам.
Платить буду сполна и вперёд, торговаться не стану, и даром брать не стану тоже.
Если дом мне солжёт — уйду по чину, а не тайком; если я солгу дому — пусть меня не держат.
Когда дом плохой
Признаки, которые в диаспоре называют вслух: коронация без итá; обещание короновать за неделю; сантеро, читающий Ифа; постоянно растущие суммы; запрет общаться с другими домами; изоляция крестника от семьи; сексуальное давление; требование отдать документы, квартиру или бизнес; посвящение по видеосвязи и «на расстоянии».
Ни одна из этих вещей не является внутренней тайной традиции. Они разбираются в статьях об ошибках новичка и о сегодняшнем состоянии сантерии, и в самих кубинских домах о них говорят резче, чем в любой книге.