Ориша в лукуми кормят, и это не метафора. Основная часть кормления — еда: тарелки, фрукты, сладости, мёд, масло. Меньшая, но обязательная в узловых обрядах — кровь животного, после чего мясо готовят и съедают всем домом. Разбираем оба уровня: что кому дают, кто имеет право резать, что происходит с мясом и как эта практика соотносится с законом.
Где живёт ориша
Ориша присутствует в фундаменто — камнях-отанес и раковинах, которые лежат в сопере, в закрытой посуде на канастильеро. Кормят их, а не статуэтку и не изображение. Отсюда простое следствие: у того, кто не получил фундаменто в доме, кормить нечего, и никакая покупная фигурка эту нехватку не закрывает.
Порядок старшинства при кормлении жёсткий. Сначала — мёртвые, потом Элегуа, который открывает дорогу, потом остальные, последним — хозяин головы. Формула «мёртвые родили ориша» повторяется в домах постоянно и означает именно это: пропустить мёртвых нельзя.
Адиму: чем кормят обычно
Девять раз из десяти кормление — это еда без крови. Устойчивые предпочтения, которые называют в кубинской литературе и в домах:
- Элегуа — конфеты, игрушки, кукуруза, сушёная рыба и молотая жутия, кокос, ром, сигара, красное пальмовое масло.
- Огун — ром, сигара, мясо, всё железное, красное пальмовое масло.
- Очоси — дичь, лук со стрелой, фрукты.
- Обатала — только белое: рис на молоке, безе, кокос, белые цветы, хлопок, вода. Спиртного ему не дают, и его дети обычно тоже его не пьют.
- Шанго — амала, кукурузная каша с окрой, красные яблоки, бананы, ром.
- Ошун — мёд, тыква, сладости, апельсины, подсолнухи, духи, всё жёлтое.
- Йемайя — патока, арбуз, сладости из кокоса, всё, что связано с морем.
- Ойя — баклажаны, всё девятками, тёмное вино.
- Бабалу Айе — сухое вино, кукурузные зёрна, попкорн, бобы, лук, всё, что связано с землёй и болезнью.
Мёд перед подношением пробуют сами. Правило жёсткое и идёт из истории, где мёд оказался отравлен.
Сроки стояния тарелки называет гадание: три дня, семь, до следующего дня ориша. Потом уносят по указанному адресу.
Эйебале: кровь
Кровь дают в узловых точках: посвящение, получение ориша, годовщина, тяжёлое предписание из чтения, тяжёлая болезнь. Это не еженедельная практика и не «главное блюдо религии».
Что нужно знать по существу:
- Право. Птицу даёт посвящённый ольориша с соответствующим правом. Четвероногих — только тот, у кого есть нож, пинальдо, либо бабалаво. Непосвящённому это запрещено полностью, и никакая нужда этого не меняет.
- Кому и по какому поводу. Каждому ориша приписаны свои животные: петух и козёл — воинам, курица и коза — Ошун и Ойя, утка и баран — Йемайе и Шанго, белые голуби и белая коза — Обатале. Наборы в домах слегка расходятся; их называет гадание.
- Животное. Берут здоровое, целое, без увечий и без изъянов. Его поят и кормят перед обрядом, показывают человеку, и обби спрашивают, принято ли оно. Отказ означает, что животное меняют.
- Порядок забоя здесь не приводится. Это часть закрытого обрядового знания, передаваемая рукой и требующая права.
- Что дальше. Кровь идёт на фундаменто. Определённые части — голова, лапы, крылья, сердце, печень — готовят отдельно и оставляют ориша. Остальное готовят и едят: это общинная трапеза, ради которой дом и собирается. Уничтожения нет.
Отдельно и жёстко: животное, которым чистили человека, в еду не идёт. Сарайейе и кормление — разные вещи, и снятое чисткой уносят с эбо.
Что говорят про запах, шум и соседей
Кормление — это кухня на весь день, дым, пение, барабаны и десяток людей во дворе. В городе это упирается в соседей, и в диаспоре именно отсюда вырос основной конфликт с властями — не из богословия, а из санитарии, шума и утилизации. Хороший дом решает это заранее: договаривается, убирает, не оставляет остатков на улице и не бросает несъедобное в водоёмы.
Закон
Коротко о правовой рамке, потому что без неё разговор неполон. В США религиозное жертвоприношение защищено решением Верховного суда 1993 года по делу общины лукуми против города Хайалиа: муниципалитет не вправе запрещать забой именно как религиозный обряд. Это разобрано в отдельной статье. Защита не отменяет общих правил — санитарных, зоозащитных в части жестокости, правил утилизации и зонирования, — и не действует за пределами США.
В Бразилии Верховный федеральный суд в 2019 году признал конституционным закон штата, прямо разрешающий жертвоприношение в афробразильских культах. В большинстве стран Европы забой вне лицензированной бойни запрещён, а религиозные исключения существуют только для кошерного и халяльного забоя, да и те в ряде юрисдикций отменены. В России специального религиозного исключения нет, и практика попадает под общие нормы. Это не «несправедливость к традиции», а факт, который надо знать до того, как заводить животное.
Порядок обычного адиму
- Уточните гаданием: кому, что, на сколько дней, куда потом.
- Купите свежее и целое, не с домашнего стола.
- Вымойтесь, наденьте чистое. Не работайте пьяным и после ссоры.
- Полейте воду на пол, сделайте мойюгбу, назовите мёртвых.
- Поставьте тарелку, скажите вслух повод.
- Спросите обби, принято ли.
- По сроку унесите остатки туда, куда сказано, в тот же день.
Формула под эту задачу, выстроенная по канону традиции; обрядовые слова на лукуми получают от крёстных:
Вода на землю, вода на порог, вода на дом.
Мёртвым моей крови и мёртвым этого дома — прежде всех живых, как положено.
Открывающий дороги — тебе первому, чтобы дошло до старших.
Ставлю тебе не остатки и не вчерашнее: куплено сегодня, целое, на мои.
Ем с тобой за одним домом: что тебе — то тебе, что нам — то мы съедим вместе.
Прошу об одном и говорю коротко, чтобы не растащить просьбу.
Возьмёшь — унесу остатки, куда велишь, сегодня же.
Не возьмёшь — приду спрашивать, чем не угодил, а спорить не стану.
Признаки отклика
Читают по обыденному и по обби. Быстрое твёрдое «да» на вопрос «принято ли», ровный сон в ночь после, сдвиг в деле в течение назначенного срока. Из бытовых знаков в домах называют неожиданный гость, звонок от того, о ком речь, внезапно нашедшиеся деньги.
Плохие знаки: тарелка портится быстрее обычного, свеча гаснет без сквозняка, обби даёт тяжёлый расклад сразу после мойюгбы. Тогда работу останавливают, кормят мёртвых, проверяют по своей либрете личные запреты и идут на чтение раковин.