Приворотная магия была в Риме распространённой, преследуемой и опасной — и для того, на кого её наводили, и для того, кто наводил. Разобрать её стоит честно: назвать, какими средствами и по какой логике действовали, но без составов для приёма внутрь и без того, что работает как отрава. Это не ханжеская оговорка, а сама римская граница: именно приворотное зелье, данное внутрь, и убивало людей, и вело наводивших на плаху по закону об отравителях.
Три рода приворота
Римская любовная магия делилась на несколько разных по устройству вещей, и их важно не смешивать.
Первое — зелье, даваемое внутрь (poculum amatorium, «любовный напиток»). Самый ходовой в народном воображении и самый опасный на деле. Женщина (чаще женщина) давала мужчине выпить или съесть приготовленное средство, чтобы приворожить. Беда в том, что «любовные» составы часто содержали вещества, дурманящие и ядовитые: грань между приворотом и отравлением была тонкой, и приворотное зелье нередко калечило или убивало. Именно поэтому оно каралось по Lex Cornelia наравне с отравой (статья рубрики), и именно поэтому составы таких напитков тут не приводятся: это ровно та область, где магия смыкается с ядом.
Второе — дефиксион любовный (заклятие-привязка). Приворот через свинцовую табличку: имя того, кого приворачивают, писали на пластинке с формулой принуждения и сдавали подземным — в могилу, в колодец, — прося ночную богиню и мёртвых лишить человека сна и покоя, гнать его к заказчику, пока не придёт. Это то же «приведение» (агоге), что в греческих папирусах; устройство табличек разбирают статьи рубрики о дефиксионах. Здесь действует не вещество, а обряд принуждения через нижние силы.
Третье — контактные и симпатические средства. Приворот через касание, подмешивание в питьё безвредного, ношение при себе, узел, слово над предметом. Сюда же — приворотное колесо (о нём статья рубрики про стрефалос и ийнгу), которое «притягивает» вращением. Это область без яда: работают связью и подобием, а не отравой.
Средства без составов
Что римляне пускали в приворот, назвать можно — не как рецепт для приёма, а как перечень примет любовной магии, о которых пишут источники и обвинения.
- Части «любовных» животных и рыб. Особая сила приписывалась существам, связанным с влечением; отсюда и рыбы в деле Апулея, которые обвинители приняли за колдовское сырьё.
- Волосы, обрезки ногтей, нити одежды того, кого приворачивают, — для симпатической привязки: имея частицу человека, действуют на него самого.
- Узлы и связывание. Приворот часто «завязывали» — на нити, на поясе, на предмете, — по логике: связанный узел связывает волю. Тот же узел в отгонной магии, наоборот, «завязывал» чужую любовную силу (порча на бессилие).
- Слово над предметом или питьём. Формула, наговорённая на еду, питьё, вещь, которую даст любимому, — без вредного состава, силой одного слова.
- Приворотное колесо и вращаемые снаряды — притяжение по кругу.
Это открытая часть перечня. Закрытая — то, что дают внутрь, — не приводится, и по прямой причине: там начинается отрава и физический вред.
Логика: приворот — это принуждение
Стоит назвать вещь своим именем, без романтизации. Приворот в его сильных формах — это работа на власть над чужой волей. Дефиксион агоге прямо просит лишить человека сна, еды, покоя, гнать его, мучить, пока не придёт, — это не «пробуждение любви», а насильственное принуждение через страдание. Любовное зелье внутрь — прямое вторжение в тело.
Из этого — цена, которую называют как факт, а не как мораль.
Держится, пока держат. Насильственный приворот — как всякое принуждение через нижние силы: он держит, пока стоит обряд, и требует поддержания. Отпустишь — отпустит и оно, а часто с откатом, потому что принуждённое влечение не становится своим.
Бьёт по обоим. Приворот мучает не только жертву (в дефиксионе прямо — бессонницей и гоном), но и заказчика: привязанный силой человек не даёт ни покоя, ни настоящей близости, и держать его — тяжёлый труд.
Смыкается с отравой и законом. Зелье внутрь ведёт под Lex Cornelia и может убить. Дефиксион — тайное действие во вред, тоже подсудное. Вся сильная приворотная магия стоит по ту сторону римской границы — в области вреда и тайности.
Практика: что можно привести
Расписывать наведение через зелье внутрь или через дефиксион-принуждение как руководство эта статья не станет — первое смыкается с отравой, второе есть насилие над волей, и оба разобраны по устройству, а не как пошаговый рецепт (дефиксионы — в своих статьях рубрики). Привести можно мягкую, ненасильственную сторону — приворот привлечения, а не принуждения.
- Через себя, а не через тело другого. Работают на собственную привлекательность и на встречу, а не на подмешанное человеку зелье. Ношение при себе привлекающего предмета, слово на себя перед встречей.
- Симпатическая связь без вреда. Соединяют своё и любимого — нить к нити, имя к имени, — на сближение, не на муку. Без узла-удавки на волю, а на «пусть повернётся ко мне».
- Притяжение по кругу. Приворотное колесо на привлечение (статья рубрики про стрефалос), с тактом-припевом, без насланного страдания.
- Слово на встречу. Наговор на свою пользу — чтобы приметил, повернулся, потянулся, — а не чтобы мучился без сна.
Текст под мягкий приворот привлечения — своё переложение, без формулы принуждения:
Текст под привлечение:
>
Как тянется взгляд к свету, а рука к теплу, так пусть и он повернётся ко мне и приметит меня среди прочих.
Не сон отниму у него и не покой, а покажусь ему милой, стану на глаза, лягу на мысль — по доброй воле, а не через силу.
Свяжу своё с его на добрую встречу, а не на муку; повернётся сам — приму, а неволить не стану.
Слово моё на пользу, а не во вред; на том и держу.
Отклик и осторожность
Отклик мягкого привлечения — то, что человек «поворачивается»: замечает, ищет встречи, теплеет. Отклик насильственного приворота — беспокойство и тяга у жертвы, но с ним приходит и вся его цена.
Осторожность здесь не приписка, а суть темы, и её называют прямо. Сильный римский приворот — это либо зелье внутрь, смыкающееся с отравой и с законом об отравителях, либо дефиксион-принуждение, тайное насилие над волей: оба стоят по ту сторону границы вреда и тайности, оба каре подсудны, и оба бьют по самому наводящему. Составов для приёма внутрь эта рубрика не даёт — не из стыдливости, а потому, что там кончается магия и начинается яд. Кто ищет «сильное приворотное зелье», ищет как раз того, что убивало людей и вело на суд; честный разбор в том и состоит, чтобы отделить привлечение, которое твоё и открытое, от принуждения, которое чужое, тайное и оплачивается тобой же.