Список примет, по которым в деревне узнавали знающего, выглядит как набор суеверий, но работал как механизм назначения. По нему не столько опознавали практикующего, сколько выбирали, на кого списать падёж, град, порчу и бесплодие. Разбирать его надо в обе стороны: и как этнографический материал, и как описание того, что делает человека мишенью.
Три разряда признаков
Приметы делятся на внешние, поведенческие и социальные, и вес у них разный. Внешние в записях самые красочные и самые бесполезные, социальные — самые точные и самые страшные.
Внешность
Устойчивый набор по большинству русских губерний:
- Сросшиеся на переносице брови. Самая частая примета, и она же приписывается ведьме, оборотню и человеку с дурным глазом.
- Тяжёлый прямой взгляд или, наоборот, взгляд исподлобья, мимо лица. Обе крайности читаются одинаково: не смотрит по-людски.
- Косоглазие, бельмо, разноглазие. Кривой глаз в народном счёте — прямой инструмент порчи.
- Рыжие или очень тёмные волосы, густая нечёсаная борода, косматость.
- Телесная отметина — горб, хромота, шестой палец, большая родинка, «хвостик» у копчика. Хвост в рассказах поминается постоянно и служит доказательством при обыске тела.
- Не потеет в бане, не краснеет от жара, не мёрзнет зимой.
- Отражение и тень оговариваются редко и в поздних записях; на них опираться не стоит.
Толковать этот список буквально не надо. Он описывает отличие от нормы, любое: приметливое лицо, увечье, чужая масть. Кто выглядит не как все — тот и попал в список.
Поведение
Здесь набор гораздо содержательнее, потому что описывает уже не тело, а отношения человека с общими правилами.
- Не крестится или крестится наспех, левой, не в ту сторону.
- В церкви стоит у порога, у самых дверей, спиной к алтарю, уходит до конца службы. Отдельный сюжет: колдун не может выйти из храма, пока с него не снимут след, и его ловят, положив у выхода замок или косу.
- Здоровается первым и настойчиво, тянет руку. Это прямо связано с механикой передачи через рукопожатие, разобранной отдельно.
- Просит и не принимает отказа с первого раза; повторяет просьбу трижды.
- Приходит на свадьбу без приглашения и садится ближе к двери.
- Не пьёт и не ест в чужом доме или, наоборот, требует, чтобы взяли из его рук.
- Оборачивается на оклик медленно, всем корпусом.
- Не смотрит вслед уходящему и не провожает за ворота.
- Ходит один, поздно, без надобности; его видят на меже, у бани, на перекрёстке.
- Знает то, чего знать не мог: о чужой болезни, о разговоре, о пропаже.
- Держит в доме то, чего не держат: осиновые чурки, узлы, кости, воск, землю, воду в закрытой посуде.
Кто попадал под подозрение по ремеслу
Самый практичный раздел, и самый устойчивый по записям. Подозрение цеплялось за занятия, требовавшие особого знания и дававшие власть над жизнью, водой, огнём и скотом.
- Мельник. Работает с водой и с колесом, живёт на отшибе, договаривается с водяным. Первый подозреваемый почти повсеместно.
- Кузнец. Огонь, железо, умение «переделывать»; в сказке кузнец перековывает голос и судьбу.
- Пастух. Держит обход — договор со скотом и с лешим, знает слово, без которого стадо не сходится. Обход разобран в отдельном материале рубрики.
- Плотник и печник. Ставят дом, а значит, могут его испортить: подклад в венец, в матицу, за печь.
- Повитуха и обмывальщица. Работают с границами — рождением и смертью.
- Коновал, конокрад, барышник. Власть над лошадью в деревне читалась как прямое колдовство.
- Пришлый, солдат, отставник, нищий, бобыль, вдова без семьи. Не признак ремесла, а признак отсутствия защиты. Отсюда и главная неприятная правда этого списка: приметы прилипали к тому, за кого некому вступиться.
Как признаки складывались в обвинение
Механизм в рассказах виден целиком и всюду одинаков.
- Случается беда: падёж, град, засуха, порча на свадьбе, кликушество, бесплодие.
- Ищут причину не в природе, а в чьей-то воле.
- Вспоминают, кто был рядом, кто чего просил, кто с кем поссорился, кто у кого чего не получил.
- К имени подтягивают приметы — брови, взгляд, одиночество, ремесло.
- Дальше идут испытания: осиновый кол, замок, освящённая соль. О них — отдельная статья.
- Итог — либо откуп, либо изгнание, либо расправа. Сожжения по обвинению в порче в русской деревне фиксировались этнографами вплоть до конца XIX века.
Отсюда практический вывод, который стоит держать в голове любому, кто занимается ремеслом всерьёз: репутация знающего — это актив с отрицательной стороной. Она даёт заработок и защиту, но делает тебя ответчиком за любую беду в округе.
Признаки, которые сами практикующие считали настоящими
Внутри традиции список короче и другой. Знающего от прочих отличали не брови, а:
- Наличие слова, взятого от кого-то, а не вычитанного. Ход важнее текста.
- Способность взять чужую беду на себя и после этого отболеть — знахарь платит телом за работу.
- Соблюдение запретов ремесла — чего не берёт, за что не берётся, в какие дни не работает. Об этом отдельно.
- Правило платы: берёт не торгуясь и не назначая цены.
- Тяжёлая смерть, если держал помощников, и обычная — если только слово.
Это различение важно: колдун и знахарь в деревне противопоставлены не силой, а её источником и последствиями, и в списке внешних примет эта разница стирается полностью.
Что делают при встрече
Порядок поведения с тем, кого считают знающим:
- Не отказывать грубо и не оскорблять — отказ произносить вежливо и без спора.
- Руки не подавать; кланяться или кивать.
- Из рук не брать и не давать в руки: класть на стол, на лавку, на землю.
- Не называть его вслух колдуном ни в лицо, ни за глаза при третьих.
- Не отвечать «да» на прямой вопрос и не молчать, когда названо твоё имя.
- Не оставаться с ним на границе — в сенях, на пороге, у ворот, на мосту.
- Не смотреть вслед, когда уходит.
Короткая формула, которую в традиции говорят про себя при такой встрече. Текст под эту задачу:
Иду я своей дорогой, а ты своей. Не сват ты мне, не брат ты мне, не должник я тебе, не хозяин ты мне. Что при тебе — при тебе и будь, что при мне — при мне и будь. Глаз твой на землю, слово твоё на ветер, рука твоя к себе. Дорога между нами, вода под дорогой, камень под водой. Не ко мне, не в дом мой, не на скот мой, не на детей моих. Сказано — крепко, замкнуто — накрепко.
Как читать этот список сегодня
Три вещи. Первое: как определитель он не работает — по нему в деревне ошибались постоянно и сознательно. Второе: как описание социального положения он точен, и в этом качестве его стоит примерять на себя, если ты работаешь на виду. Третье: настоящий рабочий признак в традиции всегда один и тот же — не внешность, а результат и цена, которую человек за этот результат платит.