Передача в русской традиции устроена как вручение вещи, а не как обучение. Никто не учится годами: сила лежит у одного и оказывается у другого в момент касания, слова или взятия предмета из рук. Отсюда и вся практика вокруг — предельно осторожное обращение с руками, ответами и чужими вещами, особенно если тот, кто протягивает, известен как знающий.
Что именно переходит
Разделять надо три вещи, потому что передаются они по-разному и не всегда вместе.
- Слово — сами тексты: заговоры, отпуска, обращения. Их можно выучить, и они работают у любого, но в народном счёте выученный без передачи заговор «пустой»: слова есть, хода нет.
- Сила — право этими словами распоряжаться. Именно она вручается и именно она не даёт умереть тому, кто её держит.
- Помощники — штат сущностей, которых надо занимать работой. Они прилагаются к силе колдовской и, как правило, не прилагаются к знахарскому слову. Разница между этими двумя разрядами — ключ ко всей теме, и она разобрана в статье о том, почему колдун не может умереть без передачи.
Практический смысл различия простой: знахарское слово можно принять почти без последствий, колдовскую силу — нет. Первое даёт умение лечить и обязанность его применять, второе даёт умение вредить и обязанность содержать тех, кто вредит.
Четыре канала
Через руку. Самая частая форма. Умирающий или уходящий от ремесла протягивает ладонь, просит подать руку, пожать, помочь приподняться. Взявшийся принял. В записях подчёркивается: важен не жест вежливости, а именно захват — рука в руке, кожа к коже. Отсюда деревенское правило не подавать руку знающему при смерти и здороваться с ним кивком. Перчатка, рукавица, край рубахи, полотенце в народном счёте держат: касание через ткань не считается принятием, хотя часть рассказов оговаривает, что через мокрую ткань «проходит».
Через слово. Передача идёт голосом. Отдающий говорит: «Возьми», «Прими», «Владей», «Тебе оставляю», иногда просто называет имя принимающего вслух. Согласие засчитывается любым подтверждением — «да», «ладно», «хорошо», кивок, а по части записей и просто молчание в ответ на прямо названное имя. Поэтому в избе к умирающему знающему не подходят и разговаривают с ним только через отрицание: «не беру», «не мне», «лежи, Иван».
Через предмет. Вручается вещь, и сила уходит вместе с ней. Устойчивый набор: посох или палка, шапка, пояс, веник, клубок ниток, узелок, хлеб, ковш с водой, гребень, реже нож или ключ. Взял из рук — принял; нашёл и подобрал — тоже принял, поэтому чужие узелки, шапки и посохи на дороге, на перекрёстке и у бани не трогают. Отдельно стоит вещь, оставленная в доме: если знающий умер в чужой избе и оставил там свою вещь, дом считается принявшим, пока вещь не вынесена.
Через порог и через воду. Более редкие и более технические формы. Порог: передающий стоит внутри, принимающий переступает через порог по его слову или по его зову, и сила ложится на переходящего. Вода: подаётся питьё, и с первым глотком передача считается совершившейся. Обе формы объединяет то, что принимающий совершает движение через границу — из своего в чужое.
Добровольная передача по чину
Когда передают сознательно, порядок выдерживается довольно строго, и правила эти повторяются в записях по всей русской территории.
- Кому. Младшему, а не ровеснику и не старшему. Устойчивое предпочтение — через поколение: от бабки внучке, от деда внуку, минуя детей. Также широко записано правило передачи через пол: мужчина отдаёт женщине, женщина мужчине. Это правило локально не везде, но встречается очень часто.
- Сколько раз. Одному. Представление о том, что слово, розданное многим, слабеет и «стирается», — общее место традиции. Отдав, перестают лечить сами.
- Когда. Перед смертью или при уходе от ремесла. Часть записей привязывает передачу к убывающей луне и к вечернему времени, часть — ни к чему не привязывает; на этом расхождение источников заметное, и жёстко утверждать одно не стоит.
- Где. В избе у печи, в бане, реже на перекрёстке или у воды. Баня — самое частое место, потому что она вне красного угла и вне иконы.
- Как. Без свидетелей. Третий человек в избе делает передачу недействительной или, по другим рассказам, забирает часть.
Порядок самой процедуры:
- Отдающий и принимающий остаются вдвоём, оба без пояса и с непокрытой головой.
- Отдающий говорит слово трижды, принимающий повторяет за ним вслед, слово в слово, не переспрашивая и не поправляя. Ошибку не исправляют, а начинают сначала.
- Затем идёт вручение — рука в руку или предмет из рук в руки.
- Принявший выходит из дома первым и не оглядывается.
- Первое дело принявший делает не раньше чем на третий день и не на себе и не на своей родне.
Текст передачи
Формула держит все обязательные части заговора:
Встану я, не благословясь, пойду, не перекрестясь, из избы не дверьми, из двора не воротами, тёмным ходом, дымным верхом. Стану я на пороге, на самой середине, где ни в дому, ни на дворе. Отдаю я тебе, раб Иван, что моё было, а моим не будет: слово моё крепкое, дело моё спорое, руку мою тяжёлую, глаз мой прямой. Что я брал — то тебе беру, что я держал — то тебе кладу, что мне служило — то тебе служить будет, а меня отпустит. Как эта рука в твоей руке лежит, так и сила моя в тебе ляжет; как порог этот один, так и слово одно, на два двора не делится. Бери, покуда даю, а после не отдам. Замкнул я слово в тебе, а ключ бросил в воду, где дна нет.
Формула на отдачу и формула на отказ — разные вещи. Отказная строится зеркально, с отрицанием в каждой части, и разобрана отдельно, в материале о том, что делать, если тебе передали против воли.
Признаки, что передача состоялась
По записям, у принявшего в первые дни:
- Тяжёлые, вязкие сны с одним и тем же местом — баней, лесной дорогой, мостом.
- Ощущение чужого в доме: шаги, стук, возня в подполе, скотина беспокоится.
- Собаки на улице реагируют иначе — либо жмутся, либо не подпускают.
- Внезапно даётся то, чему не учился: рука сама знает, куда лечь на больном.
- Первая проверка традиции — прямой взгляд в церкви на образ или невозможность войти в двери, но это уже поздняя, книжная деталь.
У отдавшего одновременно: облегчение, сон, спокойная смерть в течение нескольких дней. Если ни того ни другого нет, передача считается несостоявшейся, и всё повторяют.
Чего передача не даёт
Она не даёт знания и не даёт меры. Принявший получает ход, но тексты, порядок, сроки и запреты он всё равно должен взять отдельно — или собрать сам. Именно поэтому в живой практике передача обычно шла не одним касанием, а годами при живом ещё старике: слово за словом, дело за делом, а вручение в конце просто закрывало счёт.
И она не даёт выбора. Приняв, отказаться уже нельзя тем же порядком, каким принял: сила уходит только дальше, в чужие руки, в предмет или в место. Это и делает всю тему опасной, а обманную передачу — отдельным сюжетом, разобранным следом.