Деревня различала знающих людей не по силе, а по источнику силы и по тому, что этому человеку можно поручить. Знахарь и колдун могли делать одно и то же дело — останавливать кровь, отводить порчу, — но стояли по разные стороны черты, и черта эта проходила по вопросу, у кого взято. Разбираем весь набор имён и то, что за ними стояло на практике.
Главная ось: от Бога или от чёрта
Всё низовое ремесло делится по одному признаку — как получена способность. Не по вреду и не по пользе: и знахарь портил, и колдун лечил. Различалось происхождение дара.
Знахарь работает с крестом на шее, начинает с молитвы, кончает молитвой, лечит именем Христа и святых, в его заговорах есть зачин «встану благословясь, пойду перекрестясь». Его сила заёмная и подотчётная: он посредник, а не хозяин. Отсюда все его ограничения — он не может по своей воле напустить, не властен над погодой, скотом чужого стада и свадьбой, не отвечает на угрозу.
Колдун прошёл отречение. Он снял крест, отказался от родства и от церкви и получил в работники нечистую силу. Отсюда его возможности: остановить свадебный поезд, пустить икоту, обернуться, вынуть след, поднять ветер, — и отсюда же его цена, разобранная в статье об отречении. Он не просит, он приказывает, и за это платит смертью, которая не приходит, пока не передано ремесло.
Эта ось — не богословская схема, наложенная сверху, а рабочее различение самой деревни. К знахарю шли открыто и днём. К колдуну — ночью, через задворки, и в глаза его знахарем не называли.
Имена по делу
- Знахарь, знахарка — общее имя для лечащего словом и травой. От «знать»: знает слова. Самое нейтральное и самое частое слово по всей России.
- Ведун, ведунья — от «ведать». Слово более книжное и более старое, в живой речи XIX века встречается реже знахаря и часто с оттенком опасности: ведун знает больше положенного.
- Ворожея — специализация на ворожбе, то есть на узнавании: гадание, поиск пропажи и вора, поиск утонувшего, определение вины, ответ на «жив ли, вернётся ли». Ворожея не обязательно лечит. К ней идут не за здоровьем, а за знанием.
- Шептунья, шептуха — узкая работа голосом: заговаривает шёпотом на воду, на хлеб, на соль, на больное место. Ремесло почти всегда женское, чаще всего это старуха с двумя-тремя выученными предметами: зубы, испуг, уроки, кровь. Меньшая величина, чем знахарка, и сама она себя обычно так и держит.
- Колдун — севернорусское и среднерусское имя для человека, получившего силу отречением.
- Ведьма — женское соответствие, но с собственным устройством, о котором ниже.
- Ведьмак, чаровник, характерник — южные и западные имена того же разряда; характерник в казачьей традиции ближе к воину-оборотню, чем к деревенскому колдуну.
- Еретик, еретица, портун, порченик, икотник — севернорусские слова, где вредоносность вынесена прямо в имя. Икотник напускает икоту, вселяющуюся в человека сущность, — это отдельная северная тема.
- Чернокнижник — грамотный, работающий по рукописи. Отдельная фигура: его сила не в передаче с голоса, а в тетради, и без тетради он пуст.
Ведьма: рождённая и учёная
Женская линия устроена сложнее мужской, и здесь записи расходятся по географии. В южнорусской и украинской традиции устойчиво держится деление на природную и учёную ведьму. Природная родилась такой: седьмая дочь, дитя от особой связи, отмеченная телесным знаком — в рассказах чаще всего хвостиком. Она вредит не всегда по злобе, иногда по своей природе, и её считают несчастной. Учёная получила ремесло через отречение и обучение, и её боятся сильнее: она вредит по расчёту.
В северных записях это различение размыто, там чаще говорят просто «знающая баба» или «портунья». Считать деление на природных и учёных общерусским не стоит — на Севере оно проступает слабо.
Отдельная примета, которую относят к ведьме почти повсеместно: отбирание молока. Ведьма доит чужих коров на расстоянии, доит через полотенце, через воткнутый в матицу нож, ходит в подойник жабой или собакой. К знахарке этот сюжет не привязывается никогда.
Знающие по ремеслу
Кроме людей, которые кормятся словом, деревня признаёт целый разряд тех, кому знание положено по профессии. Их не зовут колдунами, но с ними считаются.
- Пастух. Держит стадо целиком, имеет «отпуск» — большой пастуший заговор на всё лето, и договор с лешим. Пастуший отпуск разобран отдельно.
- Мельник. Живёт у воды, ладит с водяным, останавливает и пускает воду. О мельничном посвящении есть своя статья.
- Кузнец. Работает с огнём и железом, кует не только подкову: в поверьях перековывает голос, судьбу, болезнь.
- Повитуха. Первой берёт ребёнка, правит младенца, размывает руки, знает слова на пуп и на грыжу. Её ремесло на границе знахарского.
- Пчеловод, коновал, охотник. Каждый со своим узким набором слов и запретов.
Эти люди не проходят посвящения нечистой силе, но проходят своё, ремесленное, и правило единственной передачи на них распространяется так же.
Как отличить на месте
Признаки, по которым деревня разбирала пришедшего:
- Крест и образа. Знахарь работает под иконами, крестится, велит больному креститься. Колдун образа отворачивает или выносит, креститься не даёт.
- Плата. Знахарь по правилу не назначает цены и берёт что дадут — хлебом, холстом, яйцами; деньги кладут молча на стол, не в руки. Колдун цену называет и торгуется.
- Начало и конец слова. «Аминь» в закрепке — знахарский признак. Формула, кончающаяся без аминя или произнесённая с конца, — колдовская.
- Направление обхода. Посолонь — знахарское, против солнца — колдовское. Это одно из самых устойчивых различений по всем записям.
- Смерть. Знахарь умирает как все. Колдун без передачи ремесла умереть не может: его ломает, он мечется, под ним разбирают крышу или конёк, чтобы отпустило. Эта примета — самая надёжная в народном счёте и по ней задним числом определяли, кем человек был на деле.
Где границы плывут
Не строй из этого жёсткой системы: сама традиция её не держала.
Один и тот же человек мог лечить с молитвой и одновременно знать вредоносные слова — в судебных материалах XVIII века такие случаи обычны, и следствие как раз бьётся над тем, куда отнести подсудимого. Слово «знахарь» местами вообще употребляли как вежливое имя для колдуна, чтобы не называть прямо. В части губерний «ведун» и «колдун» — синонимы, в части — ведун безобиднее.
Устойчиво держится другое: разница между полученным по молитве и полученным по отречению. Внутри деревни это различали безошибочно и путать не позволяли. Всё остальное — местная терминология, и если ты не знаешь, как называли ремесло в конкретном уезде, говори обобщённо, а не выдумывай привязку.
Что из этого следует для работы
Если берёшься за традицию всерьёз, определись по той же оси, по какой определялась деревня. Заговорный корпус знахарского строя не работает наполовину: снял крест — потерял зачин, а без зачина текст рассыпается. Обратно тоже верно: колдовская работа не идёт под иконами и с «аминем».
Смешение двух строёв в одной работе — самая частая ошибка. Традиция её не знала и не прощала: в рассказах о неудачах ровно этот случай описывается чаще всего — взялся колдовать, а на полпути перекрестился, и слово ушло впустую, а иногда и обернулось на говорящего.