«Книгу тайн» часто подают как раннюю практическую каббалу. Это неверно по времени и мешает по существу: каббалы в её эпоху ещё нет, сфирот в тексте нет, и никакого учения о божественных эманациях книга не знает. Она принадлежит еврейской магии поздней античности — отдельной и старшей традиции, которую позднейшая каббала вобрала в себя задним числом. Разобраться, что именно перешло дальше, а что осталось на месте, полезнее, чем спорить о названии.
Почему «каббала» здесь анахронизм
Каббала как учение складывается в Провансе и Испании начиная с XII–XIII веков. «Книга тайн» по языку и по составу старше на восемь-девять столетий. Между ними нет и не может быть отношения «ранняя форма — поздняя форма»: это разные вещи, встретившиеся позже.
Различие проще всего увидеть по устройству просьбы. В «Книге тайн» практик обращается к назначенным исполнителям, заклиная их именем Творца, — модель ведомственная. В каббалистической рамке действие описывается как участие в потоке, идущем по ступеням божественного устройства; работают с именами и буквами как с устройством самого мира, а не как с адресами. Первое — прошение по инстанции, второе — вмешательство в механизм.
Термин «практическая каббала» появился как раз для того, чтобы подвести под одну крышу всё несистемное наследие: амулеты, изгнания, вопросы во сне, использование псалмов, — и большая его часть по происхождению не каббалистическая, а именно такая, как в нашей книге.
Что перешло: грамматика, а не текст
Сам корпус «Книги тайн» после поздней античности расходится на куски и живёт внутри чужих сборников. Целиком его не переписывают. Зато переходит дальше способ работы, и переходит почти без изменений.
- Заклинание назначенных исполнителей именем Бога. Основная конструкция всей позднейшей еврейской практики.
- Имя по матери. Держится до печатных сборников включительно.
- Пластинка, надпись, ношение на теле. Амулет как главная форма изделия.
- Вопрос, заданный на ночь. Проходит невредимым через тысячу лет.
- Списки ангелов, разложенные по разрядам и службам. Меняются имена, схема остаётся.
- Условие и предел в тексте обращения. «Не сверх того, что я сказал» — узнаваемая черта еврейских магических текстов всех эпох.
- Ограничение сверху. Мысль, что есть уровень, на котором не просят, — та самая, которой кончается седьмое небо.
Это и есть настоящая преемственность: не книга передаётся, а ремесленная грамматика. Тексты гибнут и пересобираются, приёмы держатся.
Где этот материал всплывает
Несколько узлов, которые стоит знать по именам, чтобы не путать их между собой.
Гениза. Каирская гениза — главный склад еврейской практической письменности. Из неё Маргалиот и собрал книгу; из неё же изданы сотни магических текстов — рецепты, амулеты, черновики ремесленников. По ним видно, что материал такого рода использовался непрерывно, а не был древностью, о которой помнят.
«Меч Моисея». Отдельный магический корпус того же круга, опубликованный Гастером в конце XIX века. Родственник, а не потомок: та же грамматика, другое устройство.
Ашкеназские хасиды. Рейнская школа XII–XIII веков — Иуда Хасид, Элеазар из Вормса. Через неё позднеантичный материал попадает в средневековую Европу вместе с работой над именами, буквенными приёмами и амулетами.
«Сефер Разиэль ха-Малах». Средневековая компиляция, напечатанная в Амстердаме в 1701 году и разошедшаяся по всей Европе; сама книга долго ходила как оберег — считалось, что её присутствие в доме бережёт от пожара. С «Книгой тайн» её роднит рамка: ангел Разиэль, знание, переданное Ною. Содержание другое, и отождествлять их нельзя — это самая частая ошибка в компиляциях.
Латинский «Liber Razielis». Перевод и сборка, сделанные при дворе Альфонса X Кастильского в XIII веке. Через них разизлевская линия входит в христианскую учёную магию. Здесь надо быть осторожным: наличие общей рамки не означает, что латинские книги содержат нашу книгу.
«Шимуш Теилим». Магическое использование псалмов — какой псалом на какую нужду, сколько раз, с какими именами. Позднейшая по оформлению вещь, но собранная ровно по той же схеме «условие — материал — слово — признак».
Что не перешло
Важнее и интереснее.
Семь небес как рабочая карта. Позднейшая практика сохраняет ангельские списки, но перестаёт раскладывать их по этажам с распределением полномочий. Обращаются к именам, а не к ведомствам, и вместе с этажами теряется правило «не то ведомство — нет ответа».
Гелиос и открытая работа с греческим материалом. Уходит полностью. Средневековая еврейская практика такого себе не позволяет; молитва к солнцу в еврейской книге остаётся уникальным свидетельством своей эпохи и одной из причин, по которым книга не переписывалась целиком.
Ипподром и вся его конкретика. Исчезает вместе с бытом. Судебные и любовные операции переживают перемену эпох, состязательные — нет, потому что не стало состязаний.
Простота допуска. В «Книге тайн» работать может любой, кто выдержал чистоту и знает имена. Позднейшая традиция обставляет допуск требованиями: учёность, возраст, семейное положение, передача от учителя. Ограничение приходит извне — от общинного порядка, а не от самой техники.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Имена, что переданы мне не из уст, а из книги, собранной заново из клочков: заклинаю вас Тем, Кто хранит порванное так же, как целое, и Кто читает стёртое. Не притворяюсь, будто держу древний свиток; держу то, что собрали до меня, и знаю цену сборке. Дайте мне работать по этому остатку так, чтобы не приписать вам того, чего вы не говорили, и не назвать своим то, что придумал я сам. Условие моё: где не знаю имени — молчать, а не подставлять похожее; где список оборван — не дописывать. А если делаю не по силам моим — не отвечайте вовсе, и пусть это будет мне ответом. Амен амен села.
Как этим пользоваться честно
Три правила, которые снимают большую часть проблем с этим материалом.
- Не выдавай сборку за древность. Текст, который ты держишь, собран в XX веке из фрагментов; операция, которую ты берёшь, могла стоять в другой рукописи на другом небе. Это не отменяет работы, но меняет то, как о ней говорят.
- Не подставляй каббалу. Сфирот, четыре мира и расчёты по буквам — материал позднейший. Наложенные на «Книгу тайн», они дают гладкую систему, которой в источнике нет, и заслоняют её собственную логику, куда более внятную.
- Держи разрыв между грамматикой и обстановкой. Способ работы перешёл — заказчик, металл, ипподром и жертвенные птицы нет. Рабочее берут из первого, историю оставляют второму.
Ровно эта же развилка стоит перед всяким, кто берётся за старые корпуса: за соломоновы книги, где позднейшая редактура сделала из разрозненного материала стройную систему, за Абрамелина, где сроки и распорядок ужались под удобство, за русскую чёрную книгу, где предание о книге пережило саму книгу. «Книга тайн» отличается тем, что её собранность видна невооружённым глазом и не требует раскопок: издатель честно показал швы, и с этим текстом можно работать, зная, где он сшит.