Водяная мельница стоит на чужом. Река, омут под колесом и яма у плотины — хозяйство водяного, и человек, который перегородил ему воду и заставил её работать, по деревенскому счёту не работник, а арендатор. Отсюда всё ремесло мельника: договор, срок, плата и запреты, за нарушение которых платят не мукой.

Почему мельник в одном ряду с кузнецом и пастухом

Три ремесла деревня держит на отдельном счету: кузнец, пастух и мельник. Все трое работают на границе — за околицей, у воды, в лесу; все трое получают ровный результат там, где у обычного человека выходит через раз; и про всех троих говорят, что даром такое не даётся.

У мельника основание для подозрения самое наглядное. Плотину рвёт весной у всех — у него не рвёт. Колесо у всех вымерзает и заедает — у него ходит. В омуте у всех тонут — у него тонут тоже, но чаще чужие. Логика простая: раз река его терпит, значит, с рекой уговор.

Водяной в этой картине не злодей, а владелец. Он живёт в омуте, в яме под колесом, в старой запруде; зимой спит, весной просыпается голодный и злой; ходит хозяином по своей воде и терпеть не может, когда по ней ходят без спроса. Его повадка расписана в отдельной статье о водяном, тут важна только одна черта: он берёт своё сам, если ему не дали.

Что мельник получает и чем платит

Получает он немного, но именно то, чего нельзя купить:

Плата в записях перечисляется устойчиво и по возрастанию:

Мучная подсыпка. Самое обычное и ежедневное. Первую горсть с первого помола ссыпают не в мешок, а в воду с плотины. Так же поступают с первой мукой нового урожая. Отдают молча, не глядя в воду.

Хлеб и вино. Каравай целиком, не резаный, и чарка в омут. Ставится при начале сезона, после ледохода.

Живое. Здесь записи расходятся по местности и по времени, но общий строй один: чёрное животное, взятое своё, не купленное и не краденое. Чаще называют чёрного петуха, реже — чёрного кота, в старших рассказах — свинью. Отдают на плотине, в омут, до восхода. Об отдельном тяжёлом случае — жертве под колесо при постройке — есть своя статья.

Отказ от своего. У мельника это чаще всего запрет: не креститься на мельнице, не держать там иконы, не служить молебна на постановке, не пускать на мельницу попа. Это не «безбожие», а часть цены — человек отдаёт кусок обычного порядка.

Когда договариваются

Точки в году, к которым привязан торг, немногочисленны:

  1. При постановке мельницы. Главный договор, он же самый дорогой.
  2. По вскрытии реки. Водяной просыпается на исходе зимы, и на первую воду ему кланяются по всей полосе водяных промыслов; у рыбаков в это же время отдают гуся, у мельника — хлеб и вино на плотину.
  3. На первый пуск после ремонта. Всякий раз, когда колесо стояло больше трёх дней.
  4. На первый помол нового хлеба осенью.
  5. На спуск воды перед зимой — прощание и благодарность за сезон.

Время суток — сумерки и полночь, реже предрассвет. Полдень для этого не годится: полуденные часы у воды считаются чужими.

Порядок

Обряд короткий, делается одним человеком:

  1. Прийти на плотину одному, без креста, натощак, шапку снять не сразу.
  2. Встать лицом к омуту, спиной к мельнице.
  3. Бросить в воду приклад: горсть муки, хлеб, чарку — в этом порядке, не наоборот.
  4. Кликнуть трижды по должности, не по имени: хозяин здешней воды, дедушко водяной, омутный старшой.
  5. Сказать дело коротко: что просишь, на какой срок, что даёшь.
  6. Дождаться отклика и не отвечать на оклик по имени.
  7. Уйти не оглядываясь, до дома ни с кем не говорить.

Отклик описывают одинаково: вода в тихую погоду идёт кругами против течения, под колесом хлюпает, будто ныряет крупное, слышен плеск, хохот или свист. Хороший знак — рыба, выбросившаяся на плотину; её не берут, а сталкивают обратно.

Формула держит все обязательные части заговора:

Встану я не молясь, выйду не дверьми, а задворками, пойду не дорогою, а бережком, к своей плотине, к своему колесу, к чёрному омуту, где вода стоит, а дна нет.

>

Стану я над водою, шапку сниму, поклонюсь на текучую сторону. Ты, хозяин здешней воды, дедушко водяной, омутный старшой, тростниковый, коряжный, донный, — выйди да выслушай.

>

Не пустой я пришёл, не с голыми руками: муки горсть, хлеба каравай, вина чарка. Прими да не побрезгуй.

>

Не всей твоей реки прошу, не всей твоей воды — прошу малого: держи мне плотину крепко, крути мне колесо ровно, не рви мне запруды в полую воду, не колоти вала льдом, не глуши жернова песком.

>

А что твоё — того не трону: рыбы твоей сверх меры не возьму, дна твоего не выберу, ям твоих не заровняю, утопшего твоего не выну и не окликну.

>

Как вода твоя течёт и не кончается, так и уговор мой стоит и не рушится — от полой воды до ледостава, и не долее того.

>

Что дано — то дано, что взято — то взято. Слово моё в воде, а вода моего слова не выносит.

Запреты, которые мельник держит весь сезон

Когда пошло не так

Признаки читаются по воде и по железу: плотину начинает сочить в тихую погоду; вода ночью уходит и приходит без дождя; колесо клинит на ровном ходу; вал стучит; жернов идёт с искрой на чистом зерне; мука садится сырой при сухом хлебе. Отдельный знак — рыба, всплывающая брюхом вверх у самой плотины.

Порядок починки:

  1. Постав остановить. Работать в долгу — добирать долг.
  2. Прийти в тот же час, каким ставился уговор, и с прикладом больше прежнего.
  3. Вину назвать вслух, если знаешь. Не знаешь — просить назвать; ответ приходит сном в ту же ночь либо знаком наутро: вымоиной, битой рыбой, сорванной доской.
  4. Отдать названное и только после этого пускать колесо.

Расторжение делают при уходе с мельницы, а не посреди сезона. Спускают воду, оставляют последний приклад, забирают своё слово. Тот, кто просто бросил мельницу и ушёл, договор не расторг: срок кончился, обязательство осталось, и в быличках такие мельники умирают тяжело и долго — та же логика, что в передаче ремесла у знающих.