Лесной отпуск — та половина ремесла, о которой пастух не говорил даже жене. Стадо в нём не защищают от лешего, а передают лешему в пастьбу, и пастух весь сезон работает не хозяином, а посредником. Такой отпуск держит крепче любого святого, и цена у него ровно такая, какой должна быть у надёжной вещи.

Почему это работает лучше

Святой отпуск строится на просьбе через голову лесной силы, лесной — на прямой сделке с ней. Разница видна в одном: в святом отпуске зверю замыкают пасть, а в лесном стадо просто перестаёт быть добычей, потому что становится хозяйским. Волк не трогает не потому, что ослеп, а потому, что это не его корм.

Отсюда репутация лесных пастухов. Про них рассказывают одно и то же по всему Северу: такой пастух не бегает за скотиной, не сбивает её кнутом, а спит на пожне, плетёт лапти или сидит в шалаше, а стадо стоит на месте до вечера, будто кто держит. Пасёт не он — пасут за него. Он выведет и приведёт, а весь день делает лесной хозяин или тот, кого хозяин приставил.

Кому именно отдают

Единого имени нет, и это не рассеянность записей, а особенность жанра: настоящее имя в отпуске не произносят, называют по должности и по месту.

Часто адресат множественный: старшему в поклон, младшим — по слову каждому, «сколько вас есть в лесу, столько и кличу». Логика простая: договор с одним не связывает остальных, а лес поделён на угодья.

Место, время, подготовка

Лесной отпуск читается не там, где святой. Он требует настоящей границы — точки, где своё кончается.

Место. Перекрёсток лесных дорог, старая вырубка, сухая ель или сосна с обломанной вершиной, вывороченный пень, три осины, кромка болота, реже — заброшенная дорога через гарь. Общий признак один: место должно быть нежилым и не хоженым.

Время. Ночь или предрассветные сумерки накануне первого выгона. Часть записей настаивает на полнолунии, часть — на безлунной ночи; расходятся и по дням недели. Устойчиво одно: делают до Егорьева дня, чтобы утром выйти на обход уже с готовым договором.

Подготовка. Пастух моется в бане и не молится. Крест снимает и оставляет дома либо кладёт под пятку в лапоть или в правый сапог — второй вариант считается «половинным» и в сильных списках не одобряется. Идёт натощак, один, не оглядываясь на дом, не отвечая, если окликнут по дороге. Несёт с собой приклад: хлеб, соль, яйцо, иногда водку, табак, кусок холста, шерсть от скотины.

Как ведут разговор

Порядок действий в лесу устойчив по записям:

  1. Прийти на место и встать спиной к дому, лицом на север или на закат.
  2. Положить приклад на пень, на камень или в развилку дерева. Хлеб — целым куском, соль — щепотью, яйцо — на землю, не разбивая.
  3. Раздеться донага или снять верхнее и вывернуть его наизнанку — вывернутая одежда встречается чаще, полное раздевание в записях есть, но реже.
  4. Поклониться на четыре стороны, начиная с той, откуда идёт лес.
  5. Кликнуть хозяина трижды, всякий раз громче.
  6. Прочитать отпуск целиком, не сбиваясь и не начиная заново.
  7. Дождаться отклика и на отклик не откликаться.
  8. Уйти не оглядываясь и до дома ни с кем не говорить.

Отклик описывают одинаково: поднимается ветер в вершинах при тихой земле, идёт треск сухих веток по кругу, слышен шум как от идущего большого стада, свист, хохот, чужой оклик по имени. Иногда выходит человек — высокий, в кафтане, запахнутом на левую сторону, без тени, без бровей, без пояса. С ним говорят стоя, шапки не снимают, руки не подают, за пазуху не пускают. Соглашаются словом, а не рукобитьем. Тот, кто ударил по рукам, по общему счёту традиции берёт на себя больше, чем оговорил.

Текст

Текст под эту задачу:

Встану я, не благословясь, пойду, не перекрестясь, не дверьми, не воротами — дымным окном, задворками, огородом, тропою нехоженой, дорогою некатаной, в тёмный лес, в чёрный бор, на глухое росстанье.

>

Стану я на четыре ветра, поклонюсь на четыре стороны, покличу здешних мест хозяина: батюшко лесной, дедушко лесной, отчич и дедич, стоячий и лежачий, деревом шумящий, мхом сидящий, водой говорящий. Кликну единожды, кликну дважды, кликну третьим разом — отзовись, выйди, послушай.

>

Пришёл я к тебе не с пустыми руками, не с голым словом: несу тебе хлеба каравай, соли щепоть, яйцо целое, холста конец, вина чарку. Прими да выслушай.

>

Отдаю я тебе в твои руки, в твоё бережение, на твой хлеб стадо крестьянское: коровушек рыжих, пёстрых да чёрных, тёлочек-первотёлок, бычков-однолеток, овечек с ягнятами, коней с жеребятами — сколько есть, столько и будет.

>

Паси ты моё стадо от Егорья вешнего до Покрова осеннего, по своим лугам, по своим борам, по своим болотам. Води его густо, держи его кучно, гони его к вечеру на мою дорогу, а от чужой дороги отворачивай.

>

Не давай ты моей скотине ни волку зубов, ни медведю лапы, ни рыси прыжка, ни змее жала, ни трясине дна, ни худому человеку верёвки. Отведи от неё топь и обрыв, дурную траву и гнилую воду.

>

А за то бери ты своё, как уговорено: что сам возьмёшь — то моё не будет, что твоей рукой взято — того я не ищу, того не считаю, того не поминаю. Не пойду я в твой лес за ягодой, ни за грибом, ни за орехом, ни за ветвью живой. Не сроню я волоса своего до срока, не сниму бороды, не остригу ногтя, не подниму чужого следа.

>

Держи слово, хозяин, и я своё держу. Что сказано — то стоит, что дадено — то дадено. Слово моё крепко до последнего листа, до первого снега.

Ни имени Божьего, ни аминя в конце такой текст не имеет. Закрепка идёт через срок и через названную цену — этим лесной отпуск и опознаётся, если попадётся чужой список.

Цена

Плата назначается в разговоре и бывает трёх видов, и записи по всему Северу перечисляют их одинаково:

Отдельная тонкость: отданное нельзя выкупать деньгами. Крестьяне, у которых лето прошло с потерей головы, обычно и не пытались; знающие говорили прямо, что цена уже уплачена и трогать её — значит открывать всё стадо.

Запреты и разрыв

Лесной отпуск связывает пастуха жёстче святого. Общие пастушьи запреты разобраны отдельно, здесь — те, что специфичны именно для лесного варианта:

  1. Не искать пропавшую скотину и не звать её по имени в лесу.
  2. Не собирать в лесу ничего съедобного и ничего живого не ломать.
  3. Не ходить в церковь на весь срок либо не подходить к причастию — записи расходятся, но полный запрет встречается.
  4. Не мыться в бане в кануны больших праздников, не менять рубахи в назначенные дни.
  5. Не рассказывать о договоре никому, включая жену и заказчиков-хозяев.
  6. Не пускать в стадо чужую скотину, не оговорённую при уговоре, — новая голова в стаде должна быть «доложена» хозяину отдельно.

Признак того, что договор рвётся, — поведение стада на границе леса: скотина перестаёт заходить в опушку, встаёт и не идёт, или наоборот уходит в чащу разом. Второй признак — сам пастух: начинает плутать на своей же поскотине, не может выйти на знакомую дорогу, теряет счёт времени. Это не мистика поверх обряда, а прямая расплата: посредник, нарушивший условие, из своего в лесу становится чужим.

Разрыв правится доплатой на том же месте, тем же порядком и в ту же пору суток. Если пастух не знает, чем именно нарушил, кладут приклад больше уговорённого и просят назвать вину — по записям на такой вопрос отвечают, и ответ приходит либо во сне той же ночью, либо утренним знаком на месте. Осенью, на Покров, отпуск снимают: приходят на то же место, благодарят, оставляют последний приклад и забирают своё слово. Пастух, не снявший лесной отпуск на срок, остаётся связанным и зимой — а зимой у него нет стада, которым можно платить.