Пересадка — снятие икоты с одного человека и посадка её на другого. Приём известен по всему северному ареалу, применялся и знахарями как способ избавить своего, и колдунами как способ ударить чужого. Ниже — на что пересаживают, в каком порядке, каким словом и чем за это платят.
Что это такое
Пересадка стоит на том же основании, что и всё остальное в икотном деле: икота не уничтожается, она переселяется. Знающий не убивает жильца, а перевозит его на новое место. Обычное выведение тоже даёт икоте место снаружи — дорогу, воду, сухое дерево, — но там место безлюдное. При пересадке местом нарочно делают живое.
Отсюда простое различие, которое северная традиция держит твёрдо:
- Относ — икоту выносят и оставляют, а кто подберёт, тот и возьмёт. Ответственность размытая, попадает случайный.
- Пересадка — икоту адресуют поимённо. Работа точная, и отвечает за неё тот, кто пересаживал.
Второе считается тяжелее первого, но и надёжнее: адресованная икота с полдороги не возвращается.
На кого и на что сажают
Приёмники делятся на разряды по убыванию цены для того, кто работает.
- Скотина. Корова, овца, свинья, собака, кошка. Самый ходовой приёмник, когда надо снять быстро. Животное после этого чахнет и в течение года-двух гибнет; корову в таких случаях сбывают за реку, а не режут дома.
- Дерево. Сухая ель, осина, вывороченный пень, старая ветла у воды. Дерево после этого сохнет с той стороны, куда «вошло». Осина считается лучшим приёмником, потому что «сама всё держит».
- Вода. Речная быстрина, полынья, мельничный омут. Куда деваться икоте оттуда, традиция не уточняет; считается, что она уходит с водой и достаётся тому, кто на воде живёт. Это соседняя тема — про водяного и омутника есть свои статьи.
- Вещь на дороге. Тряпица, узелок, деньга, гребень, кусок пирога, положенные на перекрёстке или у околицы. Приёмником становится подобравший.
- Человек по имени. Самый тяжёлый разряд и самый точный. Требуется привязка — волос, нитка, след, — и имя, названное вслух.
Правило по всему Северу: на своего кровного не сажают никогда. Не из жалости, а по чисто рабочему соображению: пересаженное на кровника возвращается к пересаживавшему через одно колено, и в северных рассказах именно так объясняются наследственные икоты в семье знахарей.
Порядок работы
Начинают с того же, с чего начинают всякую работу по икоте: с допроса. Пересаживают только названную икоту — безымянную не поднять и не увести.
- Уговор с икотой. На допросе ей прямо предлагают новое место, называя его вслух: «на скотину», «на сухое дерево», «на имярек». Икота торгуется: просит еды, вина, дороги через воду. Что выторговала — то потом отдают.
- Приёмник готовят заранее. Привязку жертвы или клок шерсти со скотины, щепу с дерева, ковш воды кладут на стол, на чистую тряпицу, рядом с угощением.
- Работают вечером на убывающей луне, чаще в среду или пятницу, при одной свече, при открытой печной заслонке.
- Больную ставят на порог лицом наружу. Знающий стоит за спиной. Держат её чужие руки, а не родня, и держащий заранее закрыт — опоясан, с солью в кармане, с ножом или гвоздём при себе.
- Икоту поднимают ладаном, солью в огонь, звоном, наговорённой водой — тем же порядком, что перед допросом.
- Говорят перевод: называют икоту по имени, отпускают из тела и указывают новое место поимённо.
- Как только больную стошнило, свело или прошибло потом — вышедшее принимают на приёмник: на тряпицу, в ковш, в горсть шерсти, в кусок хлеба. Не разглядывают.
- Приёмник немедленно уносят к цели: скотине скармливают хлеб, дерево обвязывают тряпицей и вбивают в него щепу обратно, воду выливают в быстрину, узелок кладут на перекрёсток или подбрасывают адресату — на порог, в сани, в карман, в дровяник.
- Обратно идут молча, не оборачиваясь и другой дорогой. В тот же день ни к кому не заходят, ничего не дают и не берут.
- Больную три дня держат дома, не выпускают за ворота и не дают ей принимать из чужих рук. Рубаху и то, на чём стояла, сжигают.
Формула пересадки
Формула держит все обязательные части заговора:
Встану я не благословясь, выйду не перекрестясь, ни дверьми, ни воротами, а дымным ходом да порогом. Стану на пороге, лицом на закат, спиной к печи. Ты, икота, ты, имярек, ты, что в рабе Божией имярек сидела, ела её хлеб, пила её питьё, говорила её голосом, — вставай да собирайся, отпускаю я тебя не в пустое место, а в место готовое, тёплое, кормное. Что просила — при тебе: хлеб на тряпице, чара налитая, дорога открытая. Иди ты не в поле пустое, не в лес глухой, не в воду бегучую, а иди ты на скотину такую-то, на дерево такое-то, на раба Божьего имярек, что мне ведом да поимённо назван. Там тебе сесть, там тебе жить, там тебе кормиться, там тебе имя своё носить. Как нитка за иглою идёт, как тень за человеком идёт, как вода под гору идёт, так и ты за этим словом иди и назад не воротись. Не искать тебе прежнего порога, не помнить тебе прежнего голоса, не знать тебе прежнего имени. А от меня тебе ни хлеба больше, ни слова: я тебя отвёл, я тебя и запер. Замок железный, порог высокий, ключ в воде, а вода бежит и вспять не идёт.
Признаки, что пересадка легла
- У больной: рвота или обильная слюна, потом сон до утра, назавтра — слабость и отсутствие приступов на звон и на ладан.
- У приёмника-скотины: перестаёт есть, ревёт по ночам, не идёт в свои ворота, молоко горчит и не сбивается.
- У дерева: сохнет ветвь или сторона, к которой привязана тряпица; сохнет обычно в течение того же лета.
- У человека: в первые дни — зевота взахлёб, икание, тяжесть под ложечкой, дурной сон; дальше начинается обычный ход, описанный в статье о приступах.
Если у больной ничего не вышло, а приёмник цел — пересадка не состоялась. Повторяют не раньше чем через три дня и меняют приёмник: считается, что икота уже знает отвергнутое место и во второй раз туда не пойдёт.
Чем платят
Традиция называет цену прямо, без оговорок.
- Пересаживающий берёт на себя. Общее северное правило: часть пересаженного остаётся на том, кто вёл работу. У знахарей, работавших пересадками, в рассказах либо сохнут дети, либо тяжёлая смерть, либо своя икота под конец жизни, которую некому вывести.
- Долг перед икотой. Обещанное на переводе отдают полностью и в срок. Не отданное взыскивается возвратом — икота идёт назад по своей же дороге и садится на пересаживавшего.
- Долгая смерть. Тот, кто пересаживал многократно, по северному счёту не умрёт, пока не передаст своё дальше. Это разобрано отдельно, в статье об икоте после смерти икотника.
- Ответ по человеческой линии. Названное икотой имя рано или поздно выходит наружу, и с пересадкой на человека в деревне разбирались тяжелее, чем с обычной порчей: тут виновный известен точно.
Возврат
Пересаженную икоту можно отправить обратно, и делают это по её же дороге.
- Допрашивают на новом носителе и добиваются, чтобы она назвала, откуда и кем переведена. Пересаженная это помнит хуже, чем посаженная изначально, — иногда не помнит вовсе, и тогда возврат невозможен.
- Отыскивают приёмник: тряпицу на перекрёстке, обвязанное дерево, узелок. Найденное не касаются голой рукой — берут через тряпку или на лопату.
- Найденное несут к порогу того, кто пересаживал, и оставляют, не входя во двор и не окликая хозяев.
- Работу закрывают выведением обычным порядком — банею, окуриванием, отпуском.
Если приёмник не найден, возврат не делают, а выводят начисто и уносят за воду. Против нового наведения из того же дома закрываются по общему порядку: не берут ничего, не подают ничего, не едят у них и не пускают их на порог. Про подклады, которыми такие соседи работают вторым заходом, есть отдельные статьи.