«Плавание Брана» — одна из древнейших ирландских саг о путешествии в Иной мир, волшебную страну за морем, где нет ни смерти, ни болезней, ни печали. Кельты верили, что такие блаженные земли лежат где-то на западе, за краем океана, и что иногда смертный может попасть туда — но возвращение оттуда полно опасности.

Серебряная ветвь

Однажды Бран, сын Фебала, гулял близ своей крепости и услышал дивную музыку, звучавшую за его спиной. Она была так сладостна, что он уснул под её звуки, а проснувшись, нашёл рядом серебряную ветвь яблони с белыми цветами — ветвь из чудесной страны.

Когда Бран принёс ветвь в свой дом, перед собравшимися явилась прекрасная женщина в невиданных одеждах. Она запела песнь о далёкой заморской земле — острове Эмайн, Стране Женщин. Она пела о земле, где растут серебряные деревья с золотыми плодами, где не знают ни горя, ни недуга, ни смерти, где звучит вечная музыка и царит нескончаемая радость. Допев, женщина исчезла, и серебряная ветвь сама собой вырвалась из рук Брана и улетела за ней.

Отплытие

Зачарованный песней, Бран собрал спутников — трижды по девять мужей — и пустился в плавание на запад, через океан, в поисках чудесной страны.

В пути им встретился сам бог моря Мананнан Мак Лир, мчавшийся по волнам на колеснице. Он пел Брану, что для него, бога, океан — это цветущая равнина, по которой он едет, и что под видимыми волнами скрыт целый прекрасный мир. Он предрёк Брану, что тот достигнет Страны Женщин.

Остров радости

Сначала они приплыли к Острову Радости, где все жители без умолку смеялись и веселились, глядя на пришельцев, но не отвечали им. Один из спутников Брана сошёл на берег — и тут же сам принялся хохотать и кривляться вместе с островитянами, забыв обо всём. Его пришлось оставить там, и Бран поплыл дальше.

Страна Женщин

Наконец они достигли той самой Страны Женщин. На берегу их встретила владычица острова — та самая женщина, что приходила к Брану. Она бросила клубок нити прямо в руку Брана, и нить прилипла к его ладони, притянув корабль к берегу. Так пришельцев ввели в волшебную землю.

Там Бран и его спутники зажили в блаженстве. Каждому досталась жена, у каждого было своё ложе, а яства на столах не убывали. Время текло незаметно, в радости и довольстве. Им казалось, что они пробыли там лишь год.

Тоска по родине

Но одного из спутников, Нехтана, охватила тоска по родине. Он стал умолять Брана вернуться в Ирландию. Владычица острова предупреждала их не возвращаться, а главное — не касаться земли Ирландии, сойдя с корабля. Но тоска была сильнее.

Бран уступил. Они поплыли назад и достигли берегов Ирландии. На берегу собрались люди, и Бран назвал себя — Бран, сын Фебала. Но люди отвечали, что не знают такого среди живых; лишь в их древних преданиях говорится о «Плавании Брана», что было в незапамятные времена.

Прах вместо человека

Тогда стало ясно: в волшебной стране прошёл не год, а многие века. Тоскующий Нехтан, не вытерпев, спрыгнул с корабля на родную землю — и едва коснулся её ногами, как в тот же миг рассыпался прахом, словно пролежал в земле сотни лет. Века, которых они не замечали в Стране Женщин, разом обрушились на него.

Поняв, что им нет возврата, Бран рассказал собравшимся на берегу всю историю своих странствий, записал её огамическими письменами — и навсегда уплыл обратно в море. С тех пор о нём никто ничего не слышал.

Итог

«Плавание Брана» воплощает кельтское представление об Ином мире — блаженной заморской стране вечной молодости и радости, столь не похожей на суровую земную жизнь. Но в этой красоте таится и предостережение: время в волшебной земле течёт иначе, и тот, кто вкусил её, уже не может просто вернуться домой — родной мир ушёл вперёд на века, а коснувшийся земли обращается в прах. Этот мотив — смертный в стране бессмертных и невозможность возвращения — пройдёт через всю кельтскую традицию, от Брана до Ойсина в Стране Юности, и станет одним из самых поэтичных образов мировой мифологии.