Пикатрикс — не единый памятник, а слоёный пирог: арабское ядро X–XI веков, латинская переработка XIII века, европейские надстройки XVI века и современные компиляции, которые называют себя Пикатриксом, не имея к нему отношения. Практику нужно уметь резать этот пирог по слоям. Ниже разложено, что из книги воспроизводится целиком, что требует недоступного, что заменяется честно и что вообще не оттуда.

Что воспроизводится без потерь

Четыре вещи из книги доступны сегодня полностью и в том же виде, в каком были доступны в Кордове.

Расчёт часа. Неравные планетные часы — чистая арифметика: светлое время делится на двенадцать, тёмное отдельно на двенадцать, первый час дня отдаётся правителю дня, дальше идёт халдейский ряд. Для расчёта нужны время восхода и заката — сегодня они точнее, чем были доступны автору. Здесь мы не в худшем, а в лучшем положении, чем средневековый оператор.

Электа по состоянию планеты. Всё, что книга требует от неба — планета в своём знаке или возвышении, прямым ходом, не сожжена; Луна прибывает или убывает по задаче, не пуста ходом, в нужной стоянке, — проверяется по эфемеридам за минуту, и точнее, чем считал средневековый оператор.

Выбор материала. Свинец, олово, железо, золото, медь, серебро, воск, пергамент и бумага доступны все. Единственная настоящая трудность — Меркурий, у которого нет твёрдого металла; но эта трудность была и у автора, и книга сама предлагает решения.

Построение образа. Фигура в действии, надпись, имя с именем матери, лицевая и оборотная стороны. Резец, воск, металл. Ничего утраченного.

Режим оператора. Пост, чистота, воздержание, уединение, платье по цвету, срок молчания. Это самая доступная и самая пропускаемая часть корпуса. Она же — единственная, которая точно не зависит от эпохи.

Итог по этому разделу прямой: скелет метода воспроизводим целиком. Час, небо, вещество, образ, режим — всё на месте.

Что требует недоступного

Составы воскурений. Потери здесь настоящие и двух родов. Часть названий в средневековых списках не отождествляется надёжно: одно слово в разных местах значит разное, а переводчики XIII века добавили свой слой путаницы. Часть отождествлённых веществ недоступна, запрещена или ядовита.

Материалы животного происхождения. Книга их предписывает; сегодня они либо недоступны, либо требуют того, чего мы не расписываем и не делаем. Здесь замена обязательна.

Вещества, взятые в местах погребения. Названы в источнике прямо, как история обряда; инструкции не даём и не даём никогда.

Жертвоприношения. Сабийский слой чинов предполагал их. Воспроизведению не подлежит, и вся практическая нагрузка переносится на другие части чина.

Время. Самое недооценённое из недоступного: ряд чинов требует многонедельного режима с постом и уединением. Средневековый оператор с двором и учениками это себе позволял, взрослый человек с работой — почти никогда. Отсюда укороченные чины, и это надо признавать, а не делать вид, что режим соблюдён.

Что заменяется честно, а что нет

Замена в этой системе не запрещена — она предусмотрена: одна и та же планета имеет несколько соответствий, и книга сама даёт варианты.

Допустимая замена — вещество на вещество той же природы, при сохранении часа, образа и строя обращения. Тяжёлая горькая смола вместо непонятного сатурнианского состава; ладан, шафран и мастика для Солнца; роза и мускус для Венеры. Замена одного слагаемого при сохранении конструкции.

Недопустимая замена — та, что меняет конструкцию:

Рабочее правило: записывай, что именно заменил. Через год, разбирая, почему сработало или не сработало, ты будешь смотреть в эти записи, а не в книгу.

Что вообще не Пикатрикс

Больше всего путаницы вносит европейская надстройка XVI века, которую массово выдают за арабскую древность.

Печати планет, выведенные из числовых квадратов. Сами квадраты — семь числовых таблиц от трёх на три до девяти на девять — в арабском корпусе есть, и это один из его сильных пунктов. А вот приём, при котором по клеткам квадрата вычерчивается линия и получается «печать планеты», принадлежит европейской традиции XVI века и закреплён Агриппой. В арабской книге его нет.

Имена духов и разумов планет — Агиэль, Зазель, Графиэль, Хисмаэль, Кедемель и прочие. Это еврейские гематрические построения XVI века: имя получено пересчётом суммы чисел квадрата. К Пикатриксу отношения не имеют.

Семь архангелов по планетам — Кассиэль, Сакиэль, Самаэль, Михаэль, Анаэль, Рафаэль, Габриэль. Слой еврейско-христианской ангелологии, вошедший в европейские книги. Арабские планетные чины устроены иначе и обращаются к самим светилам и их духам.

Цветовые шкалы, каббалистические соответствия по сфирот, таблицы соответствий с картами Таро. Всё это — конец XIX и XX век: Золотая Заря, Матерс, Кроули. Материал у них рабочий, но он не арабский и не средневековый, и когда его подают как «традиционные соответствия Пикатрикса», врут дважды.

Оговорка подстановки

Формула под эту задачу, выстроенная по канону книги:

Стою в час твой, имярек, и держу вещество твоей природы.
Того, что положено тебе по книге, у меня нет, и я не лгу об этом.
Кладу вместо него смолу горькую и тёмную, одной с тобою природы,
и говорю вслух, что кладу замену, а не то самое.
Час твой соблюдён, образ твой цел, имя твоё названо полностью.
Если довольно тебе этого — прими и сделай;
если недовольно — не бери и не держи на мне долга, а я приду с полным.

Как проверить любую деталь за минуту

Три вопроса, которые отделяют слой от слоя.

  1. Есть ли здесь еврейское имя? Если да — почти наверняка европейская надстройка XVI века.
  2. Даны ли час, материал и образ вместе? Если да — арабская линия; в ней эти три условия неразделимы.
  3. Просят ли меня нарисовать сигилу вместо фигуры? Если да — это Агриппа и его наследники, а не Пикатрикс: арабский корпус работает изображением действующего лица, а не отвлечённым знаком.

Что из этого следует для работы

Пикатрикс сегодня работает как метод, а не как рецептурник. Рецепты его повреждены переводами, обрезаны и частично невоспроизводимы. Метод — задача, планета, час, материал, образ, обращение, режим — сохранился полностью и не требует ничего, чего у тебя нет.

Отсюда практический путь: собирать талисман по конструктору, а не искать в книге готовую главу под свою нужду. Как это делается по шагам, разобрано в статье-конструкторе, а типовые ошибки сведены в отдельный разбор.

И последнее, что стоит держать в голове. Слабое место современной работы по Пикатриксу — не утраченные благовония. Это режим оператора, который сокращают до одного вечера, и обращение, из которого вынимают условие и отпуск. Оба провала бесплатны в исправлении и стоят дороже всех недостающих смол вместе взятых.