Открой почти любой лист корпуса — и рядом с египетскими богами встретишь Иао, Саваофа, Адоная. Эти три имени в папирусах повсюду, почти всегда чуть искажены, и почти всегда стоят вперемешку с Осирисом, Гелиосом и воксами. Понять, что они там делают, — значит понять устройство всего корпуса, а не только одну его строку.
Три имени и что за ними стоит
Иао — передача имени израильского Бога, тетраграмматона, через три греческие гласные: йота, альфа, омега. Само это имя в иудаизме не произносили; греческий практик подхватил его как звук огромной силы. Три гласные встали в один ряд с семью гласными планетных небес — и Иао легко вошёл в звуковой строй папирусов, где гласные и так были материей имён силы.
Саваоф — из еврейского «цеваот», «воинства». В библейском обороте «Господь воинств» — это имя мощи, войска небесного. В папирусах оно и работает как имя силы и множества, за которым стоит бесчисленное воинство.
Адонай — из еврейского «адонай», «господин мой». Это то слово-замена, которым в иудейском чтении заменяли непроизносимое имя. В папирусы оно попало как ещё одно почтенное обращение к сильному Богу.
Рядом идут и другие имена того же слоя: Элоаи, Саваоф, Иао-Сабаоф в сцепке, имена патриархов — Абраам, Исак, Иакоб, — архангельские имена на «-ил». Всё это семитский пласт корпуса, и он один из самых плотных.
Почему они там
Ключевой вопрос — не «что значат», а «как попали». И ответ снимает много недоумений.
Семитские имена в папирусах — не признак того, что составитель был иудеем. Ничто в корпусе на это не указывает: тот же человек в той же строке зовёт Осириса, Гелиоса и Иао, не видя противоречия. Для него это перечень сил, а не исповедание веры.
Работал же тут вот какой механизм. Египетская Александрия была городом с огромной иудейской общиной, одной из крупнейших в мире. Чужой практик видел народ, чей Бог так силён, что его имя запрещено произносить. И этот запрет читался наоборот: раз имя прячут под замком — значит, оно дорого стоит. Имя, которое нельзя выговорить, есть высшее имя силы. Его и захотели заполучить.
Так семитские имена вошли в общий котёл на правах особо мощных. Их ценили именно за недоступность и святость в чужой традиции. Тот же ход позже впустит в корпус и христианский слой: имя Иисуса появится как ещё одно имя силы, в иных обрядах — с прямой пометкой, что оно действует на упрямых демонов.
Как они стоят в строке
У семитских имён в папирусах есть узнаваемые повадки, и их полезно знать.
- Порча и наращивание. Имена искажены переписчиками, а часто и намеренно удлинены: Иао превращается в длинную цепочку с приставками и гласными. Испорченное или разросшееся имя мыслилось не как ошибка, а как ещё более сильное — дальше от обыденной речи.
- Сцепки. Имена идут связками: Иао-Саваоф, Адонай-Элоаи. Связка суммирует мощь, как перечисление титулов.
- Соседство с гласными. Иао тяготеет к рядам гласных — по родству трёх его букв с семью небесными.
- Место в перечне. В обращении семитские имена обычно стоят среди собственных имён силы — после вселенских определений, перед или вперемешку с воксами.
Как это касается работы
Практический вывод из всего этого один, и он важен. Не пытайся «очистить» обряд корпуса от семитских имён как «чужеродных египетской магии». Практик, который вычёркивает Иао и Саваофа, получает не восстановленный древний обряд, а свою реконструкцию. Слои в папирусах — не наслоение поверх чистого ядра; они и есть ядро. Смешанность — устройство, а не порча.
Второе: порядок имён неслучаен, и его стоит держать. Обычно идут от общего к частному — вселенские определения, затем собственные имена (среди них семитские), затем воксы. Перестраивая обращение под себя, сохраняй это направление.
Третье: имена — это звук, а не смысл, который надо перевести. «Иао», «Саваоф», «Адонай» произносят как есть, полным голосом. Просьбу же излагают обычным языком. Об этом различии — общая статья о языке папирусов.
Ниже — переложение обращения, где три имени стоят на своих местах, названные прямо, как и подобает открытому материалу.
Рабочее переложение зова:
>
Тебя зову, чьё имя воинства держат под запретом, чью мощь стерегут молчанием, ибо велика она. Не таю его, ибо знаю, и называю по порядку.
>
Иао — три гласных неба. Саваоф — воинство без числа. Адонай — господин над сильными.
>
Именами, которых боятся выговорить, кладу вес на дело моё: (одна ясная фраза). Как имя это сильно тем, что скрыто, так да будет сильно и слово моё. Услышь и сделай.
Имена названы как есть; дело сказано обычной речью.
Что стоит запомнить
Иао, Саваоф и Адонай — семитский слой корпуса, вошедший в него не через веру, а через репутацию: имя, которое нельзя произносить, ценили как высшее имя силы. Они стоят вперемешку с египетскими и греческими богами без противоречия, потому что для составителя это перечень сил. Их не вычищают из обряда и не переводят — называют прямо и произносят как звук. О том, как этот слой лёг в общую картину, — в статье о языке папирусов; о самой природе имён-звуков — в статье о воксах.