На одиннадцатом часу ночи третья книга Лемегетона перестаёт считать двор ангела и переходит на слово «многие». Зато именно здесь список имён впервые сходится с обещанным числом, и здесь же стоит единственная в книге прямая порука за нрав вызываемых. Оба обстоятельства меняют порядок работы.
Одиннадцатый час: где кончается счёт
Час назван Алахо (в Sloane 3825 — Aalacho), ангел — Дардариэль. О дворе сказано: у него многие герцоги и служители. Разрядных 101 550, которые тянулись со второго часа ночи по девятый, нет; ровных сотен десятого часа тоже нет.
Счёт двора в ночном ряду разваливается ступенями. Первый час — 1540 в десяти чинах. Со второго по девятый — одно и то же 101 550 в двенадцати чинах. Десятый — сто главных герцогов и сто меньших. Одиннадцатый и двенадцатый — «многие». Это ход не мистический, а рукописный: чем дальше от начала раздела, тем короче становятся описания, и последними отпадают самые бесполезные их части. Числа отпали первыми, потому что ни одна операция книги их не спрашивает.
Что не отпало — имена и порядки. Их книга держит до последней строки.
Единственная порука в книге
Выписано четырнадцать главных герцогов и семь из следующего, меньшего порядка, при них 420 служителей: Кардиэль, Пермон, Армиэль, Насториэль, Касмирос, Даморьель, Фумарель, Масриэль, Хариаз, Дамер, Алахус, Эмериэль, Мавезоз, Алафар, Хемас, Друхас, Карман, Эламиз, Ятрзиул, Ламерли, Хамеритцод.
Двадцать одно имя на обещанные четырнадцать плюс семь. Сходится точно — и это стоит отметить отдельно, потому что двумя часами раньше, у девятого, из восемнадцати обещанных выписано семнадцать. Одиннадцатый час — один из немногих в ночном ряду, где счёт и список не спорят.
И только здесь книга прибавляет к перечню фразу о нраве: все они добры и держат законы Божьи. Ни у одного другого ночного часа такой строки нет. Двенадцатый час получит близкую, но иную — там герцоги названы «главными и добрыми» внутри самой формулы перечисления, без отдельного утверждения.
Как это читать. Ars Paulina вообще не считает своих духов опасными: это ангельская книга, работа идёт в кристалл, а не в треугольник, и принуждения, проклятия цепи и прочего гоетического обихода в ней нет вовсе. Отдельная порука на одиннадцатом часу означает не то, что прочие часы сомнительны, а то, что этот раздел писался с оглядкой на возражение — и возражение это к книге предъявляли. Практический вывод: чина принуждения к Дардариэлю не строят. Если он не отозвался, его не давят, а переносят работу.
Алахус в часе Алахо
Одиннадцатое имя в списке — Алахус, и оно совпадает с именем самого часа, Алахо, вплоть до окончания. Такого совпадения в ночном ряду больше нет нигде: имена часов и имена герцогов в книге происходят из разных гнёзд и обычно даже не рифмуются.
Правдоподобных объяснений два, и выбрать между ними по одной рукописи нельзя. Либо переписчик, дойдя до середины длинного списка, подставил в пропуск имя часа, стоявшее у него перед глазами в начале абзаца. Либо связь исходная, и герцог назван по часу, как это делается в некоторых слоях «Стеганографии» Тритемия, откуда состав первой части Ars Paulina перешёл почти без правки.
В работе это значит вот что: Алахуса берут последним из возможных. Если имя подставное, обращение к нему уходит в пустоту, и по общему правилу книги ответом будет тишина, а не подмена.
Предрассветная арифметика
Одиннадцатый час ночи начинается через десять долей после захода. Ночь делится на двенадцать равных частей, и на северных широтах эта часть гуляет по году в разы.
Зимой под Москвой ночь около семнадцати часов, доля — 85 минут. Десять долей дают четырнадцать часов десять минут: при заходе в 16:00 одиннадцатый час идёт с 06:10 до 07:35, и восход будет ещё только в девять. Час целиком лежит в глухой темноте, и до рассвета остаётся ещё почти полтора часа.
Летом та же операция даёт другое. Доля около 32 минут, десять долей — пять часов двадцать минут: при заходе в 21:30 одиннадцатый час идёт с 02:50 до 03:22 при восходе в 03:55. Небо к этому времени уже светлое, и никакой «ночи» в бытовом смысле нет.
Отсюда рабочее правило: одиннадцатый час ночи — зимняя работа. Не потому, что летом он неправильно считается, а потому, что условия часа — темнота и безлюдье — летом в него не попадают. Ту же задачу летом переносят на четвёртый-пятый час ночи, где темно, и берут ту же планету, подобрав другой день недели.
Планета одиннадцатого часа ночи по дням: воскресенье — Венера, понедельник — Сатурн, вторник — Солнце, среда — Луна, четверг — Марс, пятница — Меркурий, суббота — Юпитер. Служба ангела приходит от неё, а не от имени; сам Дардариэль держит место в сутках и меняет дело каждую ночь.
Работа и её порядок
- Планета под задачу — потом ночь недели, где одиннадцатый час ей отдан.
- Заход и восход по месту; ночь на двенадцать; десять долей от захода.
- Печать на час: владыка Асцендента, затем Луна, затем прочие планеты, затем знак на двенадцатом доме.
- Печать на Стол Практики, на поле владыки Асцендента; рука сверху; курение по планете.
- Обращение к Дардариэлю с просьбой выслать нужного.
- Обращение к герцогу поимённо тем же телом воззвания.
- Вопрос, ответ, отпуск.
Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:
Ты, могучий и сильный ангел Дардариэль, поставленный волею Царя Славы держать одиннадцатый час ночи сей, — я, служитель Всевышнего, тремя именами Божьими, Агла, Он, Тетраграмматон, прошу тебя: вышли ко мне того из подначальных твоих, кого назову по имени, из четырнадцати старших или из семи меньших, ибо о всех о них писано, что они добры и держат законы Божьи.
>
Ты, герцог Кардиэль, первый из старших под рукою ангела Дардариэля в одиннадцатом часу ночи, — призываю тебя именем Господа Сил, Иеговы, Тетраграмматона, Адонай Цебаот, Адонай Амиорам, Агиос, Аглаон, Приумматон: двинься от всякого предела, где ты есть, и перешли лучи твои в камень сей, к свету очей моих, и голос твой к слуху моему, внятно и на языке моём. Условие моё: не неволю тебя и не держу цепью, а прошу по чину; одно дело и один вопрос; ответ по службе часа сего; и не долее, чем стоит час.
>
Довольно, и благодарю за пришествие. Ступай с миром в место твоё, не чиня вреда ни человеку, ни скоту, ни дому, ни месту сему, и будь готов прийти, когда позову тебя тем же чином и той же печатью. Мир между мною и тобою.
Отклик
Отклик на одиннадцатом часу приходит быстрее, чем на девятом и десятом, но держится хуже: к этому времени смотрящий работает уже несколько часов, и глаз устал. Ставь свечу так, чтобы её огня в камне не было видно, иначе устойчивое мерцание примешь за движение.
Признак верного часа — ответ по планете. В среду ночью, когда одиннадцатый час лунный, дело придёт через сон, воду, женщину, чужой дом; в четверг, когда он марсов, — через ссору, железо, спешку. Ответ мимо планеты означает сбитый расчёт захода, а не чужого гостя.
Если работа сорвалась, повторяют её ровно через неделю, в тот же день: планета часа сохранится, а длина доли зимой сдвинется на пять-семь минут. Пересчитать надо всё равно. Перенос на соседнюю ночь даёт другую планету и другое дело, и в этой книге такой перенос равносилен отмене работы. Тот же принцип держит и вторая часть Ars Paulina, где сроки наблюдения гения жёстко привязаны к дню недели, — об этом в статьях о градусных духах.