Шестой час дня заканчивается ровно в истинный полдень. Не приблизительно и не в среднем: точно, в любой день года и на любой широте, где солнце вообще восходит. Это единственная жёсткая точка во всей сетке планетных часов, и она даёт то, чего больше не даёт ничто, — способ проверить свой расчёт без чужих таблиц.

Почему граница ложится на полдень

Дневное время делится на двенадцать равных частей от восхода до заката. Шесть частей — ровно половина светлого времени. Значит конец шестого часа приходится на середину между восходом и закатом.

А середина между восходом и закатом и есть истинный полдень — момент, когда солнце пересекает меридиан и стоит выше всего. Восход и закат симметричны относительно этого момента, потому что и тот и другой определяются одним и тем же углом склонения по обе стороны от кульминации.

Отсюда простое правило: сложи время восхода и время заката, раздели пополам — получишь и истинный полдень, и границу шестого и седьмого часов одновременно. Если твоя таблица часов даёт другое число, таблица неверна.

Полдень не тот, что на часах

Гражданские двенадцать часов дня и истинный полдень — разные вещи, и расходятся они по трём причинам сразу.

Долгота. Часовой пояс задан по своему опорному меридиану, а живёшь ты западнее или восточнее его. Каждый градус долготы — четыре минуты. Город, отстоящий от меридиана пояса на семь градусов к западу, получает истинный полдень почти на полчаса позже гражданских двенадцати.

Уравнение времени. Земля идёт по эллипсу и наклонена к плоскости орбиты, поэтому солнечные сутки то длиннее, то короче средних. Накопленное расхождение в течение года гуляет примерно от минус четырнадцати минут в феврале до плюс шестнадцати в начале ноября. Это не поправка на широту и не ошибка приборов — это свойство движения самой земли.

Декретное или летнее время. Прибавляет ещё час там, где оно введено.

Сложенные вместе, три поправки дают сдвиг до полутора часов. Поэтому «работаю в полдень» не значит ничего, а конец шестого часа — значит.

Проверка расчёта на полдне

Приём короткий и стоит того, чтобы им пользоваться каждый раз.

  1. Посчитай длину дневного часа: минуты от восхода до заката, делённые на двенадцать.
  2. Отложи от восхода шесть таких часов.
  3. Сложи восход и закат, раздели пополам.
  4. Оба числа обязаны совпасть с точностью до округления. Не совпали — где-то ошибка в переводе времени в минуты либо взяты восход и закат от разных дат.

Второй контроль — сумма: дневной час плюс ночной всегда сто двадцать минут. Два независимых контроля на один расчёт, и оба бесплатны.

Ангел шестого часа

Шестой час дня в паулинских списках стоит под именем Саниэль. Имя короткое и оттого особенно уязвимое при переписывании: одна замена гласной — и получается другое имя, а восстановить исходное по смыслу нельзя, потому что смысловой основы у него нет, есть только теофорное окончание. Переносится буквой из издания Петерсона либо из фотокопии рукописи.

Числа князей и служителей при этом часе и их имена я по памяти не даю. Схема с князьями и служителями пришла в Лемегетон от Тритемия, где число подчинённых было параметром шифра, — и в таком материале числа между списками расходятся закономерно. Полная родословная разобрана в статье об устройстве третьей книги; здесь достаточно вывода: числа и имена этого слоя берутся из издания, а не из памяти и не из компиляции.

Планета шестого часа по дням недели

Стоит задержаться на среде: шестой час среды — солнечный и упирается в истинный полдень. Солнечная планета часа, солнечная кульминация и граница суточной сетки сходятся в одной точке. Это самое сильное сочетание позиции и планеты во всей дневной половине, и работа, требующая полной ясности и полной открытости дела, ставится именно сюда.

Обратная сторона — вторник, где шестой час сатурнианский. Сатурн в момент солнечной кульминации даёт совсем другой характер работы: остановка, отсечение, окончательность.

Что решает шестой час

По позиции это час завершения первой половины. Всё, что не закрыто до полудня, за границей часа переходит в другую половину суток и в другую логику: до полудня дело ещё принадлежит замыслу, после — последствиям.

Практически сюда ставят: закрытие того, что открыто в первом часе; подведение черты под спором; отказ, который надо произнести один раз и не возвращаться; последнюю правку решения перед тем, как оно уйдёт из рук. Первая часть Ars Paulina областей часам не назначает — это вывод из позиции и планеты, и он подаётся как вывод.

Порядок

  1. Посчитать границы шестого часа, проверив конец через полуденную середину.
  2. Определить планету часа по дню недели и взять металл пластины по ней.
  3. Начать не позже чем за треть часа до полудня, чтобы отпуск успел лечь внутрь часа.
  4. Называние, требование, условие, отпуск. Отпуск произносится до полудня, а не в момент кульминации: граница часа — это конец работы, а не её кульминация.

Текст держит обязательные части чина: называние, требование, условие, отпуск:

Час шестой стоит над днём, и солнце подходит к своей высоте. Ангел, поставленный над сим часом, и князья, стоящие при тебе, — зову вас именем Того, Кто положил дню середину и по ней разделил его надвое. Печать твою держу открытой и ею говорю, не собою. Что начато мною поутру, тому дай закрыться прежде полудня; что не закроется — то отпусти, и да не тянется оно за мною во вторую половину. Условие моё: без вреда дому сему и без слова, которого нельзя взять назад. Час истечёт с полуднем — отойди с миром в свой чин и в свой предел.

Отклик и сбои

Отклик здесь опознаётся по тишине после полудня: дело, закрытое в шестом часе, перестаёт возвращаться в мысли. Если вместо этого во второй половине дня оно наваливается сильнее, работа не завершена, и правильный ход — не повторять её в тот же день, а перенести на шестой час другого дня недели, сменив планету.

Типовой промах шестого часа — работа по гражданскому полудню: человек начинает в двенадцать и оказывается уже в седьмом часе, под другим ангелом. Второй промах — растянутый отпуск, переваливший через границу. Что делать, когда расчёт верен, а отклика нет, разобрано в общей статье о неудавшихся операциях.