Когда в седьмую ночь седьмого месяца по лунному календарю на небо высыпают звёзды, китайцы поднимают глаза к Млечному Пути и вспоминают самую печальную и самую нежную из своих любовных историй — повесть о Пастухе и Ткачихе. По разные стороны звёздной реки горят две яркие звезды: Альтаир, в котором видят Пастуха Нюлана, и Вега — небесная Ткачиха Чжинюй. Раз в году им позволено встретиться, и эта единственная встреча влюблённых, разлучённых на целый год, легла в основу праздника Циси, который называют китайским днём всех влюблённых.

Небесная ткачиха и земной пастух

Чжинюй, Ткачиха, была внучкой (а по иным преданиям — дочерью) Небесной владычицы. Она сидела за станком на берегу Серебряной реки — так китайцы зовут Млечный Путь — и ткала облачную парчу, узорные одежды для неба: розовые зори, перистые облака, переливы закатов. Труд её был бесконечен и прекрасен, но сердце Ткачихи томилось одиночеством среди вечного сияния небес.

На земле же жил бедный юноша по имени Нюлан — Пастух. Он рано осиротел, и всё его богатство составлял старый вол. Но вол этот был не простой: некогда он был небесным божеством, низвергнутым на землю, и умел говорить. Однажды вол поведал хозяину, что небесные девы спустятся купаться в земном озере, и если Пастух спрячет одежды одной из них, та станет его женой. Нюлан так и сделал — и пленённой им девой оказалась сама Ткачиха.

Счастье на земле

Чжинюй полюбила доброго и работящего юношу и осталась с ним на земле. Они зажили счастливо: Пастух пахал поле, Ткачиха ткала, и вскоре у них родились двое детей — мальчик и девочка. Казалось, скромное земное счастье прочнее всякого небесного блеска. Но в этом и таилась беда: внучка Небесной владычицы оставила свой станок, и небеса лишились мастерицы, что ткала облачные одежды.

Когда Небесная государыня узнала, что её внучка спустилась к смертному и забыла свой долг, гнев её был страшен. Она велела вернуть Ткачиху на небо. Стражи спустились на землю и силой увели Чжинюй ввысь, оторвав её от мужа и детей.

Река, проведённая шпилькой

Старый вол, чувствуя близкую смерть, успел дать Пастуху последний совет: когда он умрёт, пусть Нюлан снимет его шкуру и наденет её — тогда сможет подняться в небо. Так Пастух и поступил. Посадив детей в две корзины на коромысле, он накинул волшебную шкуру и взмыл вслед за похищенной женой.

Он почти догнал её — уже видел лицо Ткачихи, уже дети тянули к матери руки. Но Небесная владычица выхватила из волос золотую шпильку и провела ею черту по небу. Там, где прошла шпилька, разлилась широкая бурная река — Серебряная река, Млечный Путь. Она навеки разделила влюблённых: по одну сторону остался Пастух с детьми, по другую — Ткачиха. Они могли лишь смотреть друг на друга через мерцающие воды и плакать.

Мост из сорочьих крыльев

Так велика была их печаль и так верна любовь, что тронула даже суровое небо. Небесной владычице пришлось смягчиться: она дозволила супругам встречаться раз в году — в седьмую ночь седьмого месяца.

В эту ночь, рассказывают, со всего света слетаются сороки и, сцепившись крыльями, выстраивают через Серебряную реку живой мост. По этому трепещущему мосту Пастух и Ткачиха спешат навстречу друг другу и проводят вместе одну-единственную ночь в году, прежде чем снова расстаться до следующего лета. Говорят, если в ночь Циси накрапывает дождь — это слёзы встретившихся влюблённых, а к утру сороки разлетаются, и у многих из них вытерты перья на голове: оттого, что по ним ступали ноги небесных супругов.

Что осталось от этого мифа

Из этой звёздной повести вырос праздник Циси — «вечер седьмого вечера», отмечаемый в седьмую ночь седьмого лунного месяца. Издревле в эту ночь девушки молились Ткачихе о мастерстве и о хорошем муже: соревновались, кто быстрее проденет нитку в иглу при свете луны, выставляли во дворах фрукты и рукоделие, гадали о будущем замужестве. Праздник был временем, когда искусство, любовь и надежда сплетались воедино.

Сегодня Циси называют китайским Днём святого Валентина, и влюблённые дарят друг другу подарки, помня о двух звёздах по разные стороны Млечного Пути. История Пастуха и Ткачихи разошлась по всей Восточной Азии — её знают в Японии как праздник Танабата, в Корее и Вьетнаме. Но всюду остаётся главное: образ любви, которой не страшны ни гнев небес, ни звёздная река, — любви, что раз в году собирает сорок в живой мост, лишь бы соединить два сердца хотя бы на одну ночь.