Кахуна — гавайское слово со значением «знаток, мастер, тот, кому доверено дело». Не «жрец вуду Тихого океана», не колдун и не носитель тайной системы саморазвития. Кахуна был профессионалом: строил лодки и храмы, лечил травами, принимал роды, читал небо, вёл обряд. Специальностей насчитывали десятки, и большинство из них ни к какой мистике отношения не имеет.
Профессия, а не сан
Множественное число — кахуна с долгим первым слогом, единственное отличается только длиной гласного. Слово всегда идёт с уточнением, какого именно дела мастер. Основные разряды, встречающиеся в источниках:
- кахуна лаау лапаау — лекарь, работающий растениями; самая многочисленная и самая живучая специальность;
- кахуна хаха — диагност, определяющий болезнь ощупыванием;
- кахуна пале кеики — принимающий роды;
- кахуна калаи ваа — строитель лодок: выбирает дерево, ведёт рубку и весь цикл работ с обрядом;
- кахуна кухикухи пууоне — тот, кто определяет место для храма и планирует постройку;
- кахуна килокило — читающий приметы, облака, звёзды и предвестия;
- кахуна хооулу аи — отвечающий за урожай и рыбные пруды;
- кахуна анаана — работающий на смерть молитвой, и кахуна куни — тот, кто эту работу отслеживает и возвращает; им посвящена отдельная статья.
Разряды не равны по положению. Храмовое жречество высшего уровня было привязано к власти вождей и вместе с ней исчезло; лекари и повитухи остались, потому что нужны каждый день.
Как учили
Обучение начинали в детстве и вели внутри семьи или у мастера, к которому ребёнка отдавали. Отбор шёл по признакам: способность запоминать наизусть, ровный характер, иногда знак при рождении. Ученик жил при учителе, обслуживал его и годами делал подсобную работу прежде, чем ему давали что-то своё.
Основа учёбы — точность. Гавайская традиция бесписьменная, и весь корпус — молитвы, перечни, родословные, названия растений, признаки болезней, приметы погоды — держался на памяти. Отсюда главное правило: текст должен быть произнесён без единой ошибки. Оговорка не «ослабляет» обряд, она его отменяет, а по некоторым линиям обращает против произносящего. Из-за этого ученик мог годами повторять один чин, прежде чем ему разрешали его сказать при людях.
Второй столп — тапу на время работы. Мастер во время дела выходит из обычного обихода: ест отдельно, воздерживается, не касается того, что делает вещи обычными. Устройство этой границы разобрано в статьях о табу и о тапу и ноа.
Третий — ответственность результатом. Лекарь, потерявший больного, отвечал перед семьёй; строитель, чья лодка развалилась, терял заказы; предсказатель, чьё слово не сбылось, терял ману. Это тот же счёт, что описан в статье о мане: знание подтверждается делом, а не званием.
Что делал лекарь
Самая доступная и самая живая часть — лаау лапаау, лечение растениями. Устроено оно так:
- Расспрос и осмотр. Отдельный мастер-диагност ощупывал тело, читая по животу, по мышцам, по пульсации; расспрос шёл о еде, снах, ссорах и нарушениях запретов.
- Определение природы болезни. Различали «от еды», «от простуды и ветра», «от нарушения тапу», «от посланного человеком». От ответа зависело всё дальнейшее: посланное лечит не лекарь, а другой мастер.
- Сбор растения. Собирали с молитвой, в определённое время, беря не всё и оставляя плату; собранное для больного не годилось ни на что другое.
- Приготовление и приём с молитвой над снадобьем; курс отсчитывался днями по нечётному счёту.
- Ломиломи — глубокое разминание, часто вместе с паровыми процедурами и купанием.
- Разбор отношений. Если болезнь читалась как следствие семейной ссоры, лечение переходило в примирительный чин — хоопонопоно, о котором есть отдельная статья.
Конкретные составы здесь не приводятся: гавайская фармакопея специфична, часть растений токсична, а передаётся это живым мастером с обучением, а не по списку.
Рабочее переложение обращения, каким берут растение:
Я пришёл к тебе не за забавой и не про запас: у меня в доме лежит больной.
Имя его я скажу вслух, чтобы ты знал, кому идёшь.
Беру немного и оставляю больше, чем взял; корень твой не трону, потомство твоё не трону.
Что дашь — то и понесу, и по дороге не заговорюсь и не отвлекусь.
Стань в нём тем, чем ты стоишь здесь, — целым и живым.
Плата положена, слово сказано, тропа за мной закрыта.
Запрет и возвращение
История ремесла в XIX–XX веках — история давления. После падения системы капу и прихода миссий гавайская практика оказалась вне закона в самой чувствительной части: работа на смерть преследовалась как уголовное преступление. Королевство пыталось разделить лекарей и колдунов, вводя учёт и разрешения на врачевание, но после свержения монархии и перехода к территориальному правлению практика была вытеснена почти целиком: лечение травами объявлялось знахарством, гавайский язык был вытеснен из школ, а обучение прервалось на поколение.
Спасло дело то, что часть знания успели записать сами гавайцы. Работа гавайских исследователей XX века — прежде всего Мэри Кавены Пукуи, собравшей словарь, поговорки и корпус семейных материалов, — сохранила язык и понятия в момент, когда живая передача почти прервалась.
С 1970-х годов идёт обратный процесс: гавайское возрождение вернуло язык, навигацию, танец и лечение травами. Лаау лапаау сегодня практикуется открыто, у него есть признанные мастера, и часть их работает в связке с обычной медициной.
Самозванцы и «Хуна»
Здесь нужна прямота, потому что это самый частый способ встретить слово «кахуна» вне Гавайев.
Первое. Существует целая книжная система, придуманная в 1930-х годах американским автором, который жил на Гавайях, но у гавайских мастеров не учился. Он объявил, что расшифровал «тайное учение кахуна», разложил человека на три «я» и приписал каждому свой вид маны. Всё это подано гавайскими словами, отчего выглядит убедительно. Гавайские носители и исследователи эту систему своей не признают; её словарь заимствован, а содержание — западная психология начала века. Что означает мана на самом деле, разобрано в отдельной статье.
Второе. Звание «кахуна» никем не выдаётся за деньги и не берётся по самоощущению. Внутри традиции мастер — тот, кого таковым считает община и чьи ученики и учителя известны по именам. Человек, называющий себя «кахуна» на визитке за пределами Гавайев, почти всегда сообщает этим только то, что он не из этой традиции.
Третье. Английское «big kahuna» — сленг, пришедший из калифорнийской сёрферской культуры середины XX века и означающий «главный, шишка». К гавайскому мастеру он отношения не имеет и в разговоре с гавайцами звучит примерно как «главный шаман» в разговоре с сибиряком.
Как проверить, с кем имеешь дело
Признаки, работающие на практике:
- Специальность названа. Настоящий мастер говорит, чем именно занимается: травами, массажем, лодками, обрядом. «Кахуна вообще» не бывает.
- Есть учитель и есть линия. Имена называются, и их можно узнать у других.
- Есть место и община. Мастер живёт там, где практикует, и его знают соседи.
- Не берётся за чужое. Лекарь не «снимает порчу», а отправляет к тому, кто этим занят.
- Не продаёт посвящений. Обучение идёт годами и внутри, а не курсом с сертификатом.
- Не запрещает врачей. Современные гавайские лекари этого не делают, и на этом стоит их положение.
Закрытая часть — храмовые чины, тексты работы на смерть и её отслеживание, семейные молитвы — здесь не приводится, и приводиться не будет: это передаётся человеком человеку, и порядок её знают те, кому передали. Выдуманная «тайная часть» была бы худшим, что можно сделать с чужим домом.