Если гелиопольские жрецы начинали мир с одного Атума, то жрецы Гермополя (егип. Хемену, «Город восьми») рассказывали иначе. По их учению, прежде всякого света и порядка существовал не один бог, а восемь — четыре пары, воплощавшие свойства самого хаоса. Их называли Огдоадой, Восьмёркой.
Четыре пары хаоса
Восемь богов делились на мужское и женское начала и описывали то, чем был мир до начала:
- Нун и Наунет — первозданные воды, бездна без дна.
- Хух и Хаухет — бесконечность, безмерное пространство.
- Кук и Каукет — тьма, в которой ничего не различить.
- Амон и Амаунет — сокрытость, невидимое и неназванное.
Мужских богов изображали с головами лягушек, женских — с головами змей: твари ила и стоячей воды, существа границы между жизнью и неживым. Эти восемь не были злом. Они были тем состоянием, из которого только и может что-то родиться, — тёмной, влажной, безмерной потенцией.
Рождение света
Восьмёрка пребывала в покое, пока в водах не возник первозданный холм — а на нём произошло чудо. Гермопольские предания расходятся в подробностях, и это часть их богатства:
- По одной версии, на холме появилось космическое яйцо, снесённое небесным гусём — «Великим Гоготуном». Из яйца вылупился солнечный бог.
- По другой — из ила поднялся лотос, и когда его лепестки раскрылись, в чашечке цветка явилось дитя-солнце, рассеявшее тьму своим первым плачем и первым светом.
Так из свойств хаоса — воды, бесконечности, тьмы и сокрытости — родился свет, а с ним и время. Восьмёрка сделала своё дело: дала миру начаться.
Возвышение Амона
Среди восьми было имя, которому предстояло великое будущее, — Амон, «Сокрытый». В Гермополе он был лишь одним из божеств хаоса, олицетворением невидимого. Но позже, во главе с Фивами, Амон поднялся до положения царя богов, слился с солнечным Ра в образе Амона-Ра и стал почитаться как незримая сила, дышащая во всём сущем. Его величие выросло именно из этой древней идеи: бог, которого нельзя увидеть и нельзя назвать до конца.
Смысл
Гермопольская космогония ценна тем, что не прячет хаос, а делает его именованным и упорядоченным уже в самом начале. Мир рождается не вопреки тьме и воде, а из них. Восемь свойств бездны — не враги творения, а его лоно. Эта мысль глубоко египетская: даже Нун, океан небытия, не уничтожается с приходом света, а остаётся вокруг мира и под ним, питая его и угрожая ему одновременно.
Источники
Учение Огдоады известно по храмовым текстам Гермополя и более поздним богословским сводам. Мотивы яйца Великого Гоготуна и лотоса-солнца вошли в общеегипетскую традицию и часто соединялись с гелиопольской и мемфисской версиями.