Сороковины принято описывать как большие поминки. Со стороны обряда это не поминки, а выпроваживание: покойника, который сорок дней жил в доме на правах невидимого домочадца, в этот день выводят за порог и за околицу — с баней, с угощением, с провожатыми и с прямо сказанными словами, что дороги назад нет. Ниже — полный порядок дня, от вечерней бани накануне до вымытого пола и открытых зеркал.
Сорок дней домования
Народное объяснение простое и не совпадает с книжным. Церковный счёт говорит о мытарствах и о частном суде на сороковой день; деревенский — о том, что душа сорок дней домует: живёт в избе, ест поставленное, спит на своём месте, ходит по двору, ревнует к переменам. За эти сорок дней в доме ничего не переставляют, не белят, не начинают строек, не играют свадеб, не поют.
Отсюда двойственность отношения к сороковинам. С одной стороны — жалко и страшно расставаться; с другой — дом надо вернуть себе. Если сороковины не сделаны или сделаны наспех, покойник, по общему убеждению, остаётся, и дальше идёт то, что разобрано в статье о ходячем покойнике.
Счёт ведут от дня смерти, считая его первым. Сдвигать сороковины на удобный день можно только назад, а не вперёд: раньше — допустимо, позже — нет. Опоздание считается прямой обидой.
Вечер накануне: баня для покойного
Один из самых устойчивых северных и среднерусских элементов, и его чаще всего пропускают в общих описаниях.
- Накануне вечером топят баню — не для себя, а для него. Если моются свои, то только раньше и с оговоркой вслух, что моются перед ним.
- Оставляют в бане: горячую и холодную воду в шайках, новый веник, кусок мыла, чистое полотенце, смену белья или рубаху.
- Дверь бани притворяют, но не запирают. Огонь в каменке гасить не спешат.
- На полу или на полке ровно рассыпают золу, пепел или тонкий слой муки.
- Вслух говорят, что баня истоплена и для кого.
- После него в баню никто не идёт до утра — ни помыться, ни за забытым.
- Утром смотрят на золу: ищут след ступни, отпечаток ладони, борозду. Всё, что найдут, читают как ответ.
- Воду из шаек выливают за баню или в глухое место, веник и полотенце не берут в обиход: веник бросают в воду или сжигают, полотенце отдают чужому человеку.
Там, где бани нет, тот же смысл несёт таз с водой и полотенце, оставленные на ночь в сенях, и рассыпанная у порога мука.
Утро сорокового дня
- До света старшая женщина зажигает огарок свечи, сбережённый с девятин, и обходит с ним избу посолонь.
- Пекут поминальное. Обязательны блины и кутья. Во многих местах пекут «лестницу» — продолговатое печенье или пирог с поперечными перекладинами; перекладин делают семь, двенадцать или сорок, по местному счёту. Лестница — дорога вверх, и её несут на могилу или крошат в поминальную еду. В части губерний пекут ещё «сорок шариков» или сорок блинов — по числу дней.
- Идут на кладбище — теперь уже большим составом, включая тех, кого не звали на девятины.
- На могиле: поправляют холм, ставят свечу, стелют полотенце, кладут лестницу, блин, яйцо, кутью, льют питьё на землю у изголовья. Здесь голосят — в отличие от девятин, на сороковины плач уместен и даже обязателен, и ведут его женщины по правилам, разобранным в статье об окличке.
- Прощаются вслух и говорят, что это последний общий приход по сроку, а дальше — в родительские дни.
- Уходят, оставив долю, и назад идут другой дорогой.
Стол
Стол на сороковины большой, как на третины, и снова кормят всех, включая пришлых и нищих. Порядок тот же: кутья первой, по три ложки, кисель последним, ложками, без ножей, без чоканья, без песен.
Отличия сорокового дня:
- Прибор покойного ставят в последний раз на его месте. На годовщине его поставят иначе, и об этом — в статье о годовщине.
- Стопку наливают полной и выливают на порог, а не за окно.
- Гости, вставая, кланяются пустому месту и говорят слово на дорогу — каждый своё, коротко.
- Часть еды со стола откладывают отдельно, в узелок: она пойдёт на проводы.
Проводы
Главное действие дня. Делают вечером, засветло, но ближе к закату.
- Со стола убирают, но прибор не трогают.
- Открывают настежь дверь и окно — то самое, у которого стояла чашка с водой.
- Старшая берёт огарок с девятин, зажигает и обходит избу посолонь, называя покойного в каждом углу и объявляя, что сорок дней вышли.
- Останавливается у его места за столом, берёт прибор, снимает с окна полотенце и выливает воду из чашки за окно.
- С полотенцем в руках и с узелком выходит первой. За ней идут все, кто был.
- Идут до околицы, до перекрёстка или до кладбищенской дороги — куда положено в этом селе. Идут молча.
- На месте кладут узелок с едой, машут полотенцем трижды в сторону кладбища и говорят проводное слово.
- Полотенце оставляют там же на кусте или на столбе, либо отдают первому встречному нищему. Домой его не несут.
- Возвращаются, не оглядываясь и не разговаривая до самых ворот. У ворот жгут малый огонь и перешагивают его, моют руки, входят и берутся за печь.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей, — проводное слово:
Раб Божий имярек, сорок дней ты домовал, сорок ночей ты у нас ночевал, за столом сидел, воду пил, полотенцем утирался. Вышел твой срок, вышел твой хлеб, вышла твоя вода. Провожаем тебя не в гневе, не в обиде, а честью: вот тебе хлеб на дорогу, вот тебе соль, вот тебе полотенце белое — утрись и ступай. Иди от порога до ворот, от ворот до росстани, от росстани до своей земли, где твой род лежит, где твоё место стоит. Не возвращайся ни в дверь, ни в окно, ни в трубу, ни в щель, ни во сне тяжком, ни в шаге ночном. Наше — нам, твоё — тебе. Зову тебя после в свой день, в родительский, к столу и к могиле, а до срока не ходи. Ключ на воротах, замок на пороге, слово на устах. Аминь.
Говорят один раз, лицом в сторону кладбища, полотенцем машут на каждой третьей строке.
Дом после проводов
Возвращают избу в обычный вид в тот же вечер, не откладывая.
- Открывают зеркала, начиная с того, что в красном углу. Холст, которым закрывали, не режут на тряпки — отдают вместе с полотенцем или кладут на дно сундука.
- Заводят часы, остановленные в час смерти.
- Убирают топор с порога, если он лежал до сорокового дня.
- Ставят лавку на ножки, если она ещё вверх ногами, и возвращают на места всё, что было перевёрнуто.
- Моют пол во всей избе — от красного угла к порогу, воду выливают за угол.
- Закрывают трубу или окно, открытые в час смерти для выхода души.
- Раздают одежду и вещи покойного; порядок и запреты — в статье об одежде покойного.
- Прибор с последней долей выносят на перекрёсток или на могилу утром следующего дня.
- С этого дня в доме снова можно петь, белить, переставлять, звать сватов. Год держится только траур и запрет на свадьбы, о чём — в статье о годовщине.
Отклик
Хорошие знаки читают в том же порядке, в каком делали:
- В бане на золе нашли след — приходил и помылся.
- Свеча-огарок догорела до конца и не гасла на сквозняке при открытых дверях.
- Полотенце при взмахе потянуло от дома, а не к дому.
- Кто-то из провожавших ясно услышал шаг или вздох позади на дороге — но никто не оглянулся.
- В ночь после проводов покойник приснился уходящим, идущим по дороге, с узелком или просто светлым и молчащим.
Сбой и что делают:
- Полотенце упало на землю при взмахе — поднимают, стряхивают, машут заново, но не три, а девять раз, и оставляют на месте, а не отдают.
- Кто-то оглянулся на обратном пути. Он возвращается на перекрёсток один, кладёт там ещё кусок хлеба, кланяется и идёт домой другой дорогой; в дом входит последним.
- Огарок погас на середине обхода — обход начинают сначала, с новой свечой, и проводы переносят на следующий вечер целиком.
- В доме после сороковин не стало тише: шаги, стуки, скотина не идёт во двор, дети боятся спать. Проводы повторяют один раз, ровно через неделю, тем же порядком и с новым полотенцем.
- Если и это не помогло, дело переводят в другой разряд. Дальше работают не проводами, а мерами против ходячего — осиновым колом, воронцом, обходом с топором и огнём; всё это разобрано в отдельных статьях. Особый случай — покойник, умерший не своей смертью: его сороковины делают не как всем, и почему так, сказано в статьях о заложных покойниках и о поминовении самоубийц и некрещёных.