Пока гроб несут на кладбище, в опустевшем доме и на дороге за ним делается вторая половина работы: обратный путь ломают. Железо ставят поперёк порога, по следу сыплют зерно, у ворот жгут огонь. Три эти вещи работают по-разному — одна запирает, другая отвлекает, третья очищает, — и потому применяются вместе, а не вместо друг друга. Ниже — устройство приёма и полный порядок действий.
Три разных орудия
Топор — запор. Железо в низовом счёте непроходимо для мёртвого и для нечистого. Лезвие, положенное поперёк хода, работает как черта: покойник до неё дошёл, а дальше не идёт. Топор кладут не для того, чтобы ударить, а для того, чтобы перегородить.
Зерно — счёт. Рассыпанное на пути мелкое отвлекает: пришедший обязан подобрать всё до зёрнышка, прежде чем идти дальше, и за этим занятием его застаёт рассвет. Тот же принцип работает с маком и льняным семенем, о чём отдельно сказано в статье о льне и маке против порчи; там мера направлена против живого колдуна, здесь — против мёртвого.
Огонь — граница и чистка. Огонь пережигает след. Через него перешагивают, чтобы снять с себя кладбищенское; им же сводят подстилку и солому, на которых лежало тело, — вещество, которое нельзя ни оставить, ни закопать.
Ни одно из трёх не действует само по себе. Топор запрёт дверь, но покойник придёт под окно; зерно задержит его на дороге, но не тронет того, что осталось в избе; огонь очистит людей, но не закроет дом. Полный обряд идёт по всем трём.
Что делают в доме сразу за выносом
Оставшийся человек — обычно старуха, не родня — начинает работу, как только гроб пронесли за ворота, и не ждёт возвращения с кладбища.
- Переворачивает лавку, на которой стоял гроб, вверх ножками, и держит её так до конца дня. Табуреты и скамьи со двора — тоже.
- Кладёт топор. Самый распространённый вариант: топор лежит на пороге лезвием наружу, к двери. Другие записанные положения — топор воткнут в порог, топор лежит на том месте, где стояла голова покойного, топор кладут под лавку. Втыкать в порог считают сильнее, но и грубее: делают так, когда покойник числился тяжёлым и от него ждали хождения.
- Метёт пол от красного угла к порогу, веником, который потом не возвращается в дом. Мусор и сор не выбрасывают в печь и не сыплют во двор: их выносят за околицу или бросают в воду вместе с веником.
- Моет пол во всём доме, обязательно от угла, где лежало тело, к двери. Воду не переливают в другое ведро.
- Выливает воду за угол дома с глухой стороны, на закат, либо на перекрёсток. Не в огород, не под плодовое дерево, не туда, где ходит скот.
- Кладёт соль там, где стоял гроб, и на подоконник ближнего к нему окна.
- Ставит хлеб и воду на окно, если этого не сделали раньше; про эту чашку и полотенце сказано в статье о зеркалах и воде в доме.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей, — его говорят, укладывая топор:
Встану я, раба Божия имярек, у порога дубового, у бруса кованого, положу поперёк железо острое, невспаханное, некошеное. Ты, раб Божий имярек, отжил своё, отходил своё, отспал своё. Тебе туда дорога торная, тебе сюда дороги нет. Стоит на пороге железо — не переступишь, лежит на дороге зерно — не пересчитаешь, горит у ворот огонь — не перейдёшь. Первый раз не пущу, другой раз не пущу, третий раз не пущу и после третьего не пущу. Соль на месте твоём, вода за углом твоим, лавка вверх ногами. Как топору не цвести, как соли не всходить, так тебе назад не бывать. Ключ, замок, язык, аминь.
Читают один раз, стоя лицом к двери, и после этого до возвращения с кладбища через порог не переступают наружу.
Солома, подстилка и всё, что было под телом
Отдельный, обязательный узел. Под покойника стелют солому или сено — на пол, на лавку, в гроб под низ. Это вещество считается пропитанным смертью насквозь.
- Его не оставляют в доме ни на час после выноса.
- Его не жгут в печи — иначе дым смерти пойдёт по всей избе и осядет на хлебе.
- Его не бросают во дворе и не подстилают скоту.
- Его не закапывают в огороде.
Правильное обращение: вынести за околицу, на берег реки, на выгон, к меже или на перекрёсток — и сжечь там же дотла. Место выбирают глухое, куда не гоняют скот и где не косят. Кострище потом не разгребают и на нём не сидят. В части губерний вместо сжигания солому бросали в проточную воду, чтобы унесло; в тех же местах обычно и обмывочную воду лили в реку.
Жгут не родственники. Огонь разводит один человек, чаще тот же копарь, и не оборачивается, пока солома не займётся. Пока горит, ничего не говорят.
Зерно по следу
Сыплют вслед процессии, но не под ноги несущим, а по краю дороги и на поворотах.
- Первую горсть бросают за ворота, как только гроб вынесли со двора.
- Дальше сыплют на каждом перекрёстке, через который прошли, и у околицы.
- Отдельную горсть кладут на мост или на кладку через ручей, если такой на пути есть.
- Последнюю оставляют у кладбищенских ворот.
Берут овёс, реже рожь или ячмень; мак и льняное семя тоже в ходу, они мельче и потому считаются надёжнее. Сеет один человек, идущий позади всех, левой рукой, через плечо, не глядя вслед. Своё зерно из семенного запаса на это не берут — берут из старого или просят у соседей, чтобы будущий посев не связался с покойным.
К зерну примыкают еловые лапы: их бросают по той же дороге. Ель на дороге читается как знак «здесь прошли мёртвые» и как та же колючая помеха. Ветки, брошенные на улице, до вечера не убирают и не подметают.
Возвращение и огонь у ворот
Работа замыкается, когда люди возвращаются с кладбища. Обратно идут другой дорогой, не той, которой несли, и не оборачиваются на кладбищенские ворота.
- У околицы или у своих ворот заранее разложен небольшой огонь — костерок из соломы, щепы, старого веника.
- Каждый, кто был на погребении, перешагивает через огонь или обходит его посолонь, а руки держит над пламенем.
- Затем моют руки над лоханью у крыльца — из ковша, который держит другой человек; сам себе не поливают. Вытираются не общим полотенцем, а каждый изнанкой своей одежды либо чистым холстом, который потом отдают.
- Войдя в избу, берутся рукой за печь — все по очереди, включая детей. Печь снимает с человека кладбищенское и возвращает его дому; та же логика работает в свадебном обряде и разобрана в статье о печи и приобщении невесты к дому.
- Топор с порога убирают не сразу: его снимают либо после третьего дня, либо после сорокового, по местному счёту. Лавку ставят на ножки в тот же вечер.
- Только после всего этого садятся за первый поминальный стол.
Признаки, что путь закрыт, и что делать, если нет
Хорошие знаки: огонь у ворот занялся с одной спички и прогорел быстро и чисто; солома сгорела вся, без несгоревшего комка; зерно к следующему утру склёвано птицами; в доме первую ночь тихо, а собака спит спокойно.
Плохие знаки перечислены так же коротко:
- Топор к утру сдвинут или упал с порога.
- Солома не догорела — остался мокрый несгоревший ком; его дожигают в тот же день на том же месте, добавив соломы, но уже без людей вокруг.
- Зерно лежит нетронутым несколько дней, и птица к нему не идёт.
- Огонь у ворот не разгорался или потух, пока через него шли.
- В доме ночью стучит, скрипит половица у порога, тянет холодом от двери.
При любом из этих признаков обряд повторяют, но уже целиком и вечером третьего дня: кладут новый топор — берут другой, не тот, что лежал, — заново метут и моют пол, обходят дом с огнём посолонь, обсыпают крыльцо и подоконники маком, а на перекрёстке оставляют долю с хлебом и солью. Если и это не помогает и по дому пошли шаги, дело переводят в другой разряд: покойник признаётся ходячим, и дальше работают мерами из статей о ходячем покойнике, об осиновом коле и о воронце.