Заложного не хоронят — его закладывают. Слово держит само действие: тело не опускают в землю, а кладут в овраг, в яму, под обрыв и заваливают сверху ветками, хворостом, камнями. Отсюда и разряд, и весь порядок обхождения с ним, отличный от обычных похорон в каждой точке — от выноса из избы до поминовения.
Кто в этот разряд попадает
Разряд определяется не грехом, а способом смерти: умерший не своей смертью и не в свой срок. Сюда сводят утопленников, удавленников и самоубийц, опойцев, убитых, замёрзших, задавленных деревом, убитых громом, погибших на пожаре, умерших внезапно и без покаяния, некрещёных младенцев, проклятых родителями, а также колдунов и ведьм — этих независимо от того, как они умерли.
Что они собой представляют как существа, чем опасны и как с ними говорить — разобрано в подрубрике о духах дома и природы, в статье о заложных покойниках и рядом с ней, в разборе ходячего и упыря. Здесь речь о другом: о том, что делают руки живых, когда такое тело оказалось у деревни на руках.
Куда кладут
Мест четыре, и выбор между ними определяется тем, что есть рядом.
Овраг, буерак, яр. Самое частое. Тело спускают вниз, кладут на дно или под обрыв и заваливают. Овраг удобен тем, что он ниже уровня пашни: положенное в него не считается положенным в землю.
Болото, топкое место, старое русло. Утопленника нередко оставляют в воде того же водоёма или относят в болото. Логика: пришёл водой — водой и остаётся.
Межа, распутье, край дороги, мост. Место без хозяина, о котором сказано и в статье о свадебном поезде через перекрёсток. Кладут в яму у самой межи, иногда прямо под мостом.
Убогий дом. Он же божедомка, скудельница, гноище — общая яма или сарай с ямой на краю прихода, куда свозили всех безродных и всех заложных, найденных за год. Тела складывали туда, не засыпая. Раз в год, чаще в Семик — четверг на седьмой неделе после Пасхи, — яму отпевали общим отпеванием, засыпали и клали новую. Это было единственное законное поминовение всего разряда сразу, и на него сходилась вся округа: несли холст, свечи, деньги на общий саван, копали, засыпали, поминали.
Общее для всех четырёх мест: за оградой погоста, за околицей, ниже деревни по течению и по склону. Ниже — обязательное условие там, где рядом вода: заложного не кладут выше того места, откуда деревня пьёт.
Как кладут
- Тело обнаружено. Первым делом решают, чьё оно и как умер. Найденного не трогают, пока не сойдётся мир: одному человеку прикасаться к заложному телу нельзя, за это, по записям, отвечает потом весь его дом.
- Поднимают чужими руками. Тело берут не родные. Берут те, кому это положено по миру, — вдовцы, старики, безродные, местами нищие и «божедомы», которым за это платят миром. Родню от переноски отстраняют.
- Не обмывают и не обряжают по-обычному. Обмывание, полное обряжение и положение в гроб заложному не полагаются. Где гроб всё-таки делают, его не тешут, а сбивают из чего попало, и часто кладут без гроба, завернув в холст, рогожу, в чём нашли.
- Не вносят в избу и не вносят в церковь. Если смерть случилась в доме — тело выносят немедля, не оставляя на ночь под образами и не кладя на лавку в переднем углу.
- Выносят не общим путём. Не через ворота и не через двери, которыми ходят: через задворки, через огород, через разобранное прясло изгороди, местами через окно. Об этом приёме и о том, зачем ломают привычный ход, сказано отдельно в статье о воронце и других способах.
- Несут не деревенской дорогой. Обходят задами, не проносят мимо колодца, мимо чужих окон и через перекрёсток, которым возят к погосту.
- Кладут и заваливают. Тело укладывают лицом вниз там, где боятся хода, и заваливают сверху: сучьями, хворостом, жердями, камнями. Кучу не выравнивают и не утаптывают.
- Каждый проходящий мимо обязан добавить свою ветку или камень. Это не почтение, а поддержание закладки: куча должна расти, пока держится память о месте.
- Креста не ставят. Ставят вместо него столб, жердь, зарубку на дереве или просто оставляют место опознаваемым по куче.
- Возвращаются другой дорогой, не оглядываясь, и перед тем как войти во двор, обмывают руки и обувь водой из проточного — не из колодца.
Что говорят над закладкой
Причитать по заложному нельзя, и по нему не голосят. Вместо причети говорит один человек — старший из тех, кто клал. Текст под эту задачу:
Не в землю тебя кладу, не в песок жёлтый, не под крест дубовый,
а в буерак глухой, под обрыв крутой, под хворост да под каменье.
>
Ты пришёл не в свой час и ушёл не своей волей,
век твой не дожит, доля твоя не выхожена.
>
Лежи тут, где положен, доживай, где не дожил,
считай сучья над собою, камни над головою,
да не сочтёшь, да не встанешь, да не выйдешь.
>
Дороги тебе к нам нету: не той тропой шли, не тем прогоном несли,
ни ворот тебе, ни двери, ни следа нашего.
>
Придёт Семик — придём и мы, помянем разом, назовём разом.
А до Семика — не ходи, не стучи, не зови по имени.
>
Слово моё каменное, закладка моя тяжёлая.
Замок в яр, ключ в воду, а земля тебе не мать.
Запреты
- Не голосить и не причитать. Причеть — вещь, которая зовёт; по заложному её не поют.
- Не называть его по имени вслух ни на закладке, ни в доме до Семика. Имя даёт ход.
- Не поминать в общие родительские дни — ни в Радуницу, ни в Дмитровскую субботу. Его день — Семик или Троицкая суббота, и там его поминают вместе со всеми безымянными.
- Не приносить домой ничего с закладки: ни ветки, ни камня, ни его вещей.
- Не пахать и не сеять поверх закладки, не гонять по ней скот, не косить там.
- Не хоронить рядом своих. Заложный не должен лежать соседом обычному покойнику, даже за оградой.
- Не тревожить куче ветки. Разбирать закладку, разгребать и заглядывать — самое тяжёлое из нарушений.
- Не оставлять на закладке пищу и питьё в обычные поминальные дни: кормить его вне срока — то же, что звать.
Признаки и меры
Признаком, что закладка легла правильно, считают тишину — прежде всего в доме тех, кто клал: без стука, без шагов на дворе, без снов с покойным. Хорошо, если куча за первый год осела и заросла: заросшая закладка считается принятой. Хорошо, если на ней прижилась осина или рябина, и такое дерево не рубят никогда.
Сбой читают по трём признакам, и все три относятся не к дому, а к округе.
Засуха. Если после погребения заложного встала бездождица, деревня толкует это прямо: земля не приняла и держит небо. Об этом отдельно сказано в статье о том, почему их не хоронят в общей земле, и там же — порядок выноса тела обратно.
Град, вихрь и заморозок не в срок над теми полями, что лежат рядом с закладкой. Мера: обход поля по солнцу с водой, а закладку в тот же день заваливают заново, добавив камня.
Ход. Стук, шаги, скотина ревёт по ночам, кто-то из домашних видит его во сне зовущим по имени. Это уже не погребальная задача, а работа с ходячим, и она разобрана в статье о мерах при похоронах ходячего покойника.
При любом из трёх меры делаются миром, а не одним двором: закладку обливают водой из реки, а не из колодца; добавляют камня и хворосту; обходят место по солнцу трижды; в ближайший Семик поминают полным чином.
Цена названа без смягчения. Пока закладка цела, деревня несёт обязанность её держать — подкладывать ветку, не пахать, не косить, помнить место; забытая закладка опаснее свежей, потому что её перепахивают, не зная. Вторая часть цены ложится на тех, кто тело носил: год они не садятся за общий поминальный стол, не крестят детей и не идут в свадебные дружки. Не в наказание — руки, носившие заложного, год считаются занятыми.