Кум и кума: выбор и запреты

Кум и кума — не почётные гости на крестинах, а вторая пара родителей, которую семья берёт ребёнку сознательно и с расчётом. Через них ребёнку передаётся доля: здоровье, достаток, живучесть. Поэтому выбор восприемников в деревне решался не по симпатии, а по признакам, и вокруг него сложился жёсткий свод запретов, нарушение которых объясняло потом любую детскую смерть.

Что за родство и чем оно сильнее кровного

Кумовство в народном счёте — родство настоящее, только заведённое не рождением, а обрядом. Кум и кума становятся роднёй ребёнку, роднёй его отцу и матери и роднёй друг другу. Из этого следует главное правило, которое держалось повсеместно: кум и кума не могут быть мужем и женой и не могут вступить в связь. Брать в восприемники супружескую пару считалось прямым вредом — либо у них не будет своих детей, либо не выживет крестник.

Связь между кумом и кумой ставилась в один ряд с кровосмешением. «Кумовской грех» — устойчивый сюжет: земля такой пары не принимает, покойник не гниёт, на месте, где грех был совершён, не растёт трава, а в доме заводится нечисть. Цена названа традицией прямо, без смягчений, и она ложится не на грешников, а на их детей и на крестника.

Второе следствие того же правила: дети кума и кумы считаются друг другу роднёй и не венчаются. В части губерний запрет тянулся на одно поколение, в части — на два, и здесь записи расходятся сильно.

Кого зовут

Обычный порядок — зовёт отец, реже мать через повитуху, ещё реже указывает сама повитуха, если роды были тяжёлыми. Идут звать в дом, кланяются, зовут словами, а не запиской. Отказать нельзя: отказ от кумовства считался грехом, который отнимает у отказавшего его собственную детскую долю.

Кого предпочитали:

• Своего постоянного кума. Во многих местах одна и та же пара крестила всех детей в семье, а иногда и в двух-трёх семьях подряд. Логика простая: если у этого кума дети живут, доля у него добрая, и её не меняют.
• Родню не самую близкую — двоюродных, свойственников, соседей по улице.
• Первого встречного. Это отдельный, самый интересный случай. Если в семье дети «не держатся» — умирают один за другим, — прежнюю линию рвут и берут в кумы первого, кто попадётся навстречу за воротами: прохожего, нищего, чужого. Смысл в том, что своя доля оказалась дурной и ребёнку берут долю неизвестную, ничем не связанную с домом. Приём того же ряда, что и продажа ребёнка в окно или смена имени, — оба разобраны в статьях о «непрочных детях» и о перепекании.

Кого не зовут

Запретный список довольно ровный по всему ареалу:

• Беременную — считалось, что умрёт либо крестник, либо её собственный ребёнок; из двух младенцев один «перетянет».
• Того, у кого умирают дети. Дурная доля переходит на крестника напрямую.
• Вдову и вдовца, особенно недавних: они «в паре с покойником», и ребёнку в такую пару вставать нельзя.
• Мать и дочь, отца и сына, брата и сестру в одну пару — родство поверх родства путает счёт.
• Мужа и жену — по причине, названной выше.
• Девушку на первое кумовство в ряде мест не брали: примета, что после этого она долго не выйдет замуж. Деталь локальная, встречается не везде, а кое-где, наоборот, первое кумовство девушке считали к скорой свадьбе.
• Монаха, беглого, юродивого — с оговорками; тут разнобой сильный.

Пар всегда одна. Двух кумов и двух кум одному ребёнку не берут: сколько пар, столько долей, а доля должна быть одна.

Что несут и что делают

Порядок устойчивый, хотя доли расходов и распределяются по-разному.

1. Кум покупает и приносит крест, платит попу за требу.
2. Кума приносит ризки — холст, полотно или новую рубашку, в которую ребёнка примут от купели. Ризки потом хранят: ими накрывают больного крестника, кладут их в приданое.
3. Кума несёт ребёнка из дома, кум — обратно; в части мест наоборот, а в части девочку несёт кума, мальчика кум.
4. Из дома выходят молча. По дороге не оглядываются, не отвечают встречным, не здороваются, ребёнка не передают из рук в руки и не показывают лица. Дорогу назад выбирают ту же.
5. Вернувшись, ребёнка передают через порог — с рук на руки над порогом, а не внося. Отдают матери, кладут на вывернутую шубу или на печь, в некоторых местах — на стол под матицу.
6. Садятся за крестильный стол. Главное блюдо — бабина каша, которую вносит повитуха; горшок разбивают, черепки делят, кашу выкупают деньгами. Деньги идут повитухе.

Передача через порог — не формальность. Порог держит границу дома, и ребёнок, ушедший некрещёным, должен вернуться в дом уже другим, а войти в новом качестве можно только через границу, а не мимо неё.

Слова кумы при приёме от купели

Текст под эту задачу:

Стану я, раба Божия, не благословясь у чужого порога, а благословясь у своего, выйду не в дверь, а в двери, не в ворота, а в ворота. Приму я младенца новорождённого на белое полотно, на чистое, некроеное, ненадёванное, чужой рукой не тканное.

>

Не я его приняла — приняла его доля добрая, живучая, крепкая. Как это полотно бело и целостно, так бы и жизнь его была бела и целостна. Как вода в купели не держит следа, так бы не держал он ни уроку, ни призору, ни худого слова, ни лихого часу.

>

Беру я его в кумовство честное, а не в грешное, в родство светлое, а не в тёмное. Что моё доброе — то ему, что моё худое — при мне останется, при мне и умрёт.

>

Слово моё крепко, полотно бело, замок в воде, ключ в земле. Аминь.

Что считается откликом

Смотрят на три вещи, и все три читались одинаково по большинству записей:

• Крик при погружении — хорошо. Молчащий младенец в купели считался дурным знаком: «не подал голоса — не подаст и после».
• Восковой катышек с состриженными волосами, брошенный в купель. Плавает — ребёнок будет жить, тонет — не жилец. Это самая известная крестильная примета и самая тяжёлая по последствиям: после «утонувшего» воска семья нередко сразу начинала действовать по обряду смены доли.
• Свеча у кума. Ровное пламя — добро; погасла или затрещала — год смотреть за ребёнком особенно.

Если пошло не так

Разбор всегда начинали с восприемников, а не с ребёнка.

• Умер крестник — кума в эту семью больше не зовут. Пару меняют целиком, даже если вины никакой не видно.
• Выяснилось, что кума была беременна и скрыла, — считалось прямой причиной беды; в некоторых местах требовали перекумления: заново звали пару и повторяли крестильный стол с новыми ризками, хотя церковного смысла в этом не было никакого.
• Ребёнок болеет с крестин — его «продают» куму или прохожему через окно за медный грош, дают второе имя для домашнего употребления, а настоящее держат в тайне. Приёмы эти лежат уже в области знахарской, и о них подробнее в статье о смене имени.
• Кум запил, обеднел, потерял детей — связь с ним стараются ослабить: перестают звать на праздники, не берут его крестить следующих. Разрывать кумовство напрямую нельзя, оно неотменяемо, но его можно «не кормить» — не поддерживать взаимными дарами и гощением.

Кумовство держится обменом. Пока идут подарки на именины крестника, пока кума зовут за стол, родство работает и доля течёт. Как только обмен прекращён, остаётся один только запрет — тот, что на связь и на брак между роднёй по кумовству. Он не отменяется ничем и переживает всех участников.