Плотницкая артель в русской деревне считалась знающей. Мастера ходили со стороны, работали чужими на чужом дворе и держали в руках то, что потом закроют брёвнами навсегда, — потому их и боялись, и кормили сытнее домашних. Обиженный плотник, по общему убеждению, мог «положить на дом» так, что в избе не жилось и хозяин не доживал года.
Почему боятся именно плотников
Три причины сходятся в одну.
Первая — они пришлые. Артели ходили отхожим промыслом за сотни вёрст, зимовали по деревням, уходили. Спросить с них потом было не с кого, и деревня относилась к ним как ко всякому чужому, у которого больше воли, чем у своего.
Вторая — они прячут. Плотник кладёт закладку, ставит матицу, тешет охлупень, рубит порог. Всё это места, которые после стройки закрыты наглухо и вскрываются только с разбором дома. Что положено под нижний венец, увидят через сто лет.
Третья — они делают то же, что делает знахарь. Закладка, приговор при первом бревне, стук топора «на голову», угощение на окладе — обрядовая часть стройки лежит на артели. Кто ведёт обряд, тот может вести его в обе стороны.
Отсюда правило, которое соблюдали строже прочих: с артелью не торгуются до брани, не считают им кусок и рассчитываются полностью в срок. Скупость на закладочном и на «коньковом» столе в поверьях названа прямой причиной беды.
Что и куда кладут
Приёмы записаны широко и однотипно. Кладут в те места, которые потом не открыть.
Куда:
- под нижний венец, в стык углов, в гнездо, вырубленное в окладном бревне;
- под порог и в притолоку, в щель между косяком и стеной;
- в гнездо матицы, под её конец;
- под подоконник, в наличник, за косяк окна;
- под охлупень, в паз конька, в самцы фронтона;
- в подполье, под лаз, под опечек.
Что:
- щепа, взятая с гроба, с могильного креста, с кладбищенской ограды — на смерть в доме;
- кость, зуб, обломок черепа животного, а в тяжёлых случаях — с погоста;
- бечёвка, шнур, поясок с завязанными узлами — узлы на счёт: сколько узлов, столько бед; сюда же относится и мера, снятая с тени или со следа хозяина, о чём подробно в статье о закладной жертве;
- волос, ноготь, лоскут с одежды конкретного человека — работа именная;
- перо, шерсть, сухая трава, воткнутая пучком;
- битое стекло, обломок косы, ржавый гвоздь, вбитый не до конца и обломленный;
- бутылочные горлышки, полая кость, свёрнутая берёста в пазу — не порча в узком смысле, а «на голк»: в такой стене на ветру гудит, воет и стучит, и дом сам себя изводит.
Последнее стоит назвать отдельно: голк — гул и вой в стенах — во многих записях подаётся как чистое мастерство мести, обходящееся без всякой ворожбы. Плотник закладывает в паз полую вещь так, чтобы её продувало, и дом воет по ночам. Хозяева считают, что в доме нечисто, продают его за бесценок или бросают.
На что кладут
Народная номенклатура тут короткая и точная:
- на смерть хозяину — щепа с гроба под передний угол или под порог;
- чтоб не жилось — узлы под матицу, дом идёт в раздор и в разъезд;
- на бездетность — работа по порогу и по спальному углу;
- на пустоту, чтоб не держались деньги — под передний угол, где лежит закладка на прибыль;
- на скотину — в хлев, под ясли, в притолоку хлевных дверей;
- на страх, на голк — в стены и в кровлю; самое частое и самое «мастеровое».
Практика: заказ дома так, чтобы не на что было обижаться
Лучшая защита в традиции — не заговор, а порядок найма. Он записан во множестве вариантов и сводится к одному.
- Артель ищут по слову: спрашивают у тех, кому эти же мастера уже рубили, и смотрят, как стоят те дома и как живут те семьи.
- Ряду кладут заранее и вслух, при свидетелях: сколько, чем, к какому сроку, что за угощение на закладке и на коньке. Неоговорённое потом становится обидой.
- Кормят артель тем же, что едят сами, и не хуже. Отдельный, худший котёл для мастеров — прямой повод.
- Хозяин при закладке присутствует сам и кладёт закладку своей рукой. Не оставляй углы на артель.
- На всех узловых местах стой рядом: первый венец, матица, порог, охлупень. Смотреть на руки прямо считалось невежливым, но стоять рядом — нет.
- Не позволяй называть имён живых людей при укладке венца и при подъёме матицы. Имя, произнесённое над окладом, в этой логике и есть «на кого рубят».
- Рассчитывайся полностью, в срок и без вычетов, даже если работа не безупречна. Недоделку доделай другими руками, но с этими разойдись чисто.
- Ставь щедрый стол на закладке и на коньке и сам пей с артелью. Стол — часть платы, а не любезность.
- После ухода артели, до вселения, обойди дом сам: пройди все углы, порог, подоконники, лаз в подполье, чердак у конька. Смотри свежие затёски, вбитые не до конца гвозди, свёртки, узлы, набитую в паз тряпку.
Как снимают положенное
Порча в срубе лечится не словом, а разбором. Слово идёт после того, как вещь вынута.
- Найди угол или место, где тяжелее: где не спится, где сыро без причины, где мёрзнет стена, откуда идёт голк, где ложится и не встаёт скотина.
- Вскрывай снаружи и снизу вверх: обшивку, завалинку, землю у нижнего венца, потом паз. По матице — снимай потолочину у гнезда. По кровле — поднимай охлупень.
- Найденное не бери голой рукой. Берут щепками, ножом, через тряпицу или рукавицу, которую потом сжигают вместе с находкой.
- Уноси со двора сразу, не занося в избу и не кладя на стол.
- Жги на голой земле за околицей либо пускай вниз по текучей воде. Своей печью не жги, в свою яму не бросай, соседу на межу не носи.
- Если найденное с человеческого — волос, ноготь, лоскут — или с погоста, неси на кладбище и закапывай там.
- Место обмой водой с солью, засыпь золой из своей печи, оставь открытым до заката, потом закрой.
- Положи туда новую закладку: монету, зерно, хлеб с солью.
- В тот же вечер закрепи весь круг углов, а не одно место, — как это делается, разобрано в статье об углах дома.
Текст под эту задачу:
Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, из сеней воротами, обойду свой дом посолонь, обойду свой сруб от угла до угла. Кто по моему дереву тесал, тот пусть и уносит; кто в мой паз клал, тот пусть и берёт; кто моё имя над венцом молвил, тому своё имя и слушать. Не мой топор рубил лихо, не моя рука его прятала — не моему дому его держать. Выйди, чужое, из паза, из угла, из порога, из матицы, из-под конька, ступай к тому, кто тебя положил, в его руку, в его карман, в его кровлю. Огню — гореть, воде — нести, земле — брать, а моему дому — стоять. Своим — вход, чужому — оборот, мастеру — своё назад. Слово моё крепко, дом мой чист. Ключ, замок, язык. Аминь.
Признаки и что делать, если не отпустило
Читают как положенное:
- голк: вой, гул, свист, стук в стенах на ветру и в определённые часы;
- сухотка у одного из домашних без болезни, начавшаяся после вселения;
- стена или угол мёрзнет и мокнет при сухих соседних;
- скотина не идёт во двор, гибнет молодняк, не приживается птица;
- дом не продаётся и не сдаётся, покупатель отказывается на пороге без причины;
- вещи ломаются кучно в одном месте избы.
Если после разбора и чистки тяжесть перешла в другой угол — работа была не одна. Плотницкая порча часто кладётся в двух-трёх точках сразу, и снимают её по кругу: все четыре угла, порог, матица, конёк, лаз в подполье. Перебирают всё, а не то, где болит.
Если голк остался после перебора всех углов — ищи не порчу, а вещь: полую кость, горлышко, берёсту, щель, в которую тянет. Такое находят на ветру, обходя дом снаружи с горящей свечой или лучиной и глядя, где рвёт пламя.
Если не помогло ничего и дом продолжает брать людей, традиция даёт последний ход и не считает его поражением: избу разбирают, нижний венец и порог не берут в новую постройку вовсе, а место бросают. Как разбирают избу, кого при этом отпускают и кого зовут с собой, разобрано отдельно.