Змея в русских поверьях делится надвое: домашний уж-хозяин, которого кормят молоком и не смеют тронуть, и полевая гадюка, от которой лечат заговором. Смешивать их нельзя — за домашнего платят бедой, если убьёшь, за полевую платят, если не убережёшься. Всё обережное дело со змеёй строится на этом разделении.
Уж-хозяин и гадюка
Домовая змея живёт под порогом, под нижним венцом, в подполье, в хлеву. Её считают вторым обличьем хозяина дома или парой к домовому: у каждого двора своя змея, и пока она под порогом, двор стоит. Ей выставляют блюдце молока, ставят у голбца или у стены хлева, и, если молоко тронуто, это к добру.
Правила по домовой змее короткие и жёсткие:
- Убить её — накликать смерть в семье. В записях это самое устойчивое: убил уж — жди покойника или падежа скотины, потому что убил долю двора.
- Её не показывают чужим, не гонят, не выносят со двора.
- Если она ушла сама — двор скоро рушится: продавай скотину, но не начинай нового дела в этот год.
- Ужа отличают по светлым пятнам на голове; но «домовым» в поверьях становится не вид, а место — та змея, что живёт под этим порогом.
Полевая, лесная, болотная змея — иное. Она подвластна своему царю, ходит по договору, и с ней разговаривают, а не мирятся. Она кусает не просто так: в поверьях укус — плата за то, что человек наступил в её час или на её месте.
Сроки: когда змея под властью и когда нет
Календарь по змее записан широко и в основных точках сходится:
- Благовещенье и первые тёплые дни — змеи выходят из земли. С этого дня в лесу ходят обутыми и с палкой.
- Иванов и петровский срок, середина лета — змеи «в силе», самое опасное время; в эти дни в траву не ложатся, в лесу не спят на земле.
- Воздвиженье, конец сентября — змеи сваливаются в клубок и уходят в землю, под камень, в яму. В этот день в лес не ходят вовсе: попадёшь на сбор — не выйдешь. Кто увидит змеиный клубок в этот день, тот, по поверью, может выпросить у них знание, но чаще платит за это жизнью.
- После Воздвиженья укушенная змея не залечивается — считалось, что укусившая после срока не допущена уйти в землю и потому зла.
Змея, укусившая человека и не успевшая уйти под корягу или в воду, по поверью, сама сохнет; отсюда приём — гнать её от норы и от воды.
Выползок, кожа, голова
Змеиный выползок — сброшенная кожа — главный обережный предмет из всей темы. Он взят без убийства, отдан самой змеёй и потому чист.
Что с ним делают:
- зашивают в пояс или в ворот рубахи — от чужого глаза и от укуса;
- кладут под стельку сапога тому, кто ходит по лесу;
- вшивают в шапку — от головной боли; кладут под шапку жениху на свадьбу;
- держат в доме за божницей или под матицей — от гада в избе;
- скручивают с шерстью и кладут в хлев, чтобы скотина не боялась.
Выползок берут с земли не голой рукой, а через тряпицу или лист, и никогда не режут. Целый выползок сильнее разорванного.
Голова убитой змеи идёт на вредоносное и на резкие приёмы: её сушат, толкут, подкладывают. Это тёмная сторона, и цена у неё та же, что у всякой работы на мёртвом: держать змеиную голову в жилом доме — тянуть на дом сухотку. Держат её вне избы, в поле, под камнем.
Убитую змею вешают на осиновый кол или на сук ветками вверх, но не бросают на дороге: брошенная на дороге змея, по поверью, оживает к вечеру.
Змеиный камень и змеиный царь
Ходит по всей полосе рассказ о змеином царе с рогом или короной на голове: кто добудет рожок, тот понимает язык скотины и птицы и находит клады. Способ, о котором говорят в былинках, — расстелить перед клубком белый плат или красный пояс, царь переползёт и оставит рог. Это быличный мотив, а не обрядовая практика: реальных описаний такого действия у собирателей нет, и подавать его как рабочий приём нечестно.
Рядом с ним стоит вполне обиходная вещь — змеиный камень, то есть любой найденный камень с природной дырой, который в разных местах зовут по-своему. Он работает как всякий «куриный бог»: вешают в хлеву, на воротах, на шею скотине.
Практика: заговор от укуса и первая работа на месте
Порядок, который держится в записях: сначала связывают змею словом, потом тянут яд, потом закрепляют.
- Укушенного сажают, не дают идти и суетиться. Ходьба гонит яд.
- Перетягивают выше укуса не туго — так, чтобы палец проходил под перевязью.
- Ранку раскрывают и тянут: ртом, если во рту нет ран, либо тёплой водой с солью, либо прикладывая размятую траву. Кровь выпускают, не жалея.
- Прикладывают землю с того самого места, где укусила змея, — это стойкий приём во многих записях; сверху повязывают тряпицу.
- Читают заговор трижды, каждый раз сплёвывая через левое плечо и обводя рукой вокруг укуса против солнца — на убыль.
- Дают пить много тёплой воды и молока; молоко тут и лечение, и плата змее.
- Место, где укусила змея, обходят потом стороной три года и скотину туда не гонят.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей:
Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, из двора воротами, в чистое поле, в тёмный лес, к сухому пню. Под тем пнём лежит змея-царица, а под ней двенадцать змей, и все они мне ведомы. Змея слепая, змея глухая, змея подколодная, змея водяная, змея подорожная, змея межевая, змея болотная, змея каменная, змея луговая, змея огородная, змея запечная, змея безымянная. Я вас звал — вы шли, я вас кличу — вы ползёте. Возьмите свой яд, свой зуб, свой жар с раба Божия, соберите его в свой рот и унесите в свою нору. А не возьмёте — залягу вам нору, засушу вам ход, не пущу вас в землю до Воздвиженья, и сгинете вы на голой дороге. Как вода с камня сходит, так и жар с раны сойдёт. Своё — змее, моё — мне. Ключ, замок, язык. Аминь.
Отклик и что делать, когда не идёт
Хороший ход: опухоль встаёт и не растёт дальше за первый час, боль меняется с жгучей на тупую, укушенного клонит в сон и он потеет. Пусть спит, но не один — рядом сидят.
Плохо и требует не заговора, а рук: опухоль ползёт выше перевязи, синеет и стягивает, укушенного рвёт, темнеет в глазах, отнимается речь. Заговорное дело тут кончается, дальше только человек, который умеет лечить, и как можно скорее. Традиция это признаёт прямо: от укуса в шею, в лицо и в вену не отчитывали.
По домовой змее сбой выглядит иначе: молоко в блюдце стоит нетронутым неделями, а во дворе начинается мелкая беспричинная убыль — бьётся посуда, гибнет птица, не спорится дело. Это читают как уход хозяина, и тогда работают не со змеёй, а с двором: чистят углы и заново кладут долю под порог, как разобрано в статье о пороге.