Петух

Петух в обереге стоит на одном свойстве, которое перевешивает все прочие: он знает время. Его крик делит ночь и кончает её, и всё, что ходит в темноте, обязано уйти по первому голосу. Птица, у которой в теле встроены часы, оказывается сторожем при доме, живой мерой срока в обряде и главным материалом там, где нужна кровь на границе.

Голос, который кончает ночь

Первые петухи — это около полуночи, вторые — за ними, третьи — перед рассветом. Отсчёт этот в записях сквозной: им меряют время в рассказах о встрече с нечистым, им кончают гадания, к нему привязаны все ночные работы. Правило простое и жёсткое: то, что не успело до третьих петухов, не успело вовсе.

Из этого выходит всё остальное. Клад, до которого не докопались, уходит в землю. Колдун, начавший ночную работу, обязан кончить. Ходячий покойник возвращается в могилу. Тот, кто заплутал ночью и слышит петуха, — вышел. И потому в дорогу через дурное место брали петуха живьём: не для еды, а чтобы было чем кончить ночь.

Второе свойство петуха — он видит и подаёт голос не только по времени. Петух, закричавший не в срок, среди дня или на закате, читается как знак: к вестям, к гостю, к пожару, к покойнику. Кричащего на пороге петуха толковали как зазывающего гостя, а бьющего крыльями посреди двора без причины — как знак чужого на дворе.

Красный, чёрный, белый

Масть петуха в обряде важна, и это не то же самое, что масть скота, о которой в рубрике сказано отдельно применительно к хозяину двора.

Красный (рыжий) петух — огонь. Отсюда присловье «пустить красного петуха» — поджечь. Красного берут и против огня: его держат в доме, чтобы не горело, а при пожаре обносят вокруг горящего двора либо пускают в огонь, отдавая огню его же.
Чёрный петух — птица колдовская и жертвенная. Его режут при закладке дома, при новоселье, при падеже, отдают водяному и мельничному. Про мельницу и про плату под колесо в рубрике есть отдельные статьи. Чёрного петуха не держат в хозяйстве без нужды и не пускают на племя, если боятся, что в доме кто-то работает.
Белый петух — птица чистая, и о нём говорят, что он не даётся нечистому. Белого держат при доме, где болеют дети.

Записи по мастям расходятся сильнее, чем по чему-либо ещё в этой теме, и подгонять их под одну схему нельзя: в одних местах чёрного считают лучшим сторожем, в других — птицей, которую держит колдун. Держи это как местную деталь и смотри, что говорят вокруг.

Петух живой: где он участвует телом

Новоселье. В новый дом первым пускают не человека. Кошку, петуха, реже другую скотину — про очередь и про то, кому дом достаётся первым, в рубрике сказано в статьях о переезде и о хозяине дома. Петуха вносят через порог и пускают на пол; смотрят, куда пойдёт и где закричит: там ставят стол или красный угол.
Закладка сруба. Петуха режут на первом венце, кровь пускают в угол, голову закладывают под нижнее бревно. Приём это старый, прямо жертвенный, и в поздних записях он вырождается в монету и клок шерсти.
Обход двора при падеже. Петуха обносят вокруг хлева, потом режут на пороге и кровью мажут косяки.
Ночёвка в избе. Петуха вносят на ночь в дом, где боятся хождения, и сажают под лавку или в сени. Птица, которая закричит вовремя, тут и есть весь обряд.
Гадание. Петуха пускают к разложенным зерну, воде, углю и кольцу и смотрят, к чему пойдёт первым. Это не оберег, но та же вера в то, что птица видит.

Практика: ввести петуха в новый дом

Птицу берут своего двора либо покупают, но не берут в подарок и не берут даром.
Вносят до того, как в дом вошли люди с вещами, и до того, как затопили печь. Порог переступают правой ногой, петуха несут на правой руке, головой вперёд.
Пускают на пол посреди избы и не гонят, куда идти, не показывают. Стоят молча.
Смотрят: куда пойдёт, там угол добрый; где закричит — там ставят стол; если сядет и не двинется, ждут, а не подталкивают.
Если петух пошёл к двери и просится вон, дом в этот день не заселяют: ночуют на старом месте, а назавтра сперва курят избу дымом и обмывают пороги.
Ночь птица проводит в избе, к утру её выносят во двор, и после этого в дом вносят вещи, а печь топят первой закладкой из своих старых дров.
Петуха этого потом не режут на еду и не продают, а держат при дворе, пока не изведётся сам.

Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей:

Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из старой избы дверьми, в новую избу воротами, а впереди себя пущу петуха ясноголосого, гребень красный, шпора крепкая, глаз не спящий. Как тот петух ночь мерит, ночь кончает, ни одной не пропустит, ни разу не обманет, как от его первого голоса всё нечистое с земли уходит, с дороги сходит, в свою нору прячется, так и на моём новом месте: чему не быть — тому уйти, кому не жить — тому не селиться. Петух поёт — заря идёт; заря идёт — лихо бежит. Дому стоять, печи топиться, хозяину жить, гостю добром входить, а худому — за порогом остаться. Первый голос — замок, второй — ключ, третий — заря. Аминь.

Петух частями

Когда птица уже не живая, в дело идут части, и каждая держит своё.

Перо. Петушиное перо втыкают в притолоку, в стреху, в гриву коню; кладут в колыбель под тюфячок; носят в шапке. Пером обметают порог после недоброго гостя и мажут им лечебное — дёготь, мазь, кровь на косяке. На подклад петушиное перо тоже идёт, и найденное в постели чужое перо, особенно связанное ниткой или воткнутое в шов, разбирают как подклад, а не как случайность.
Гребень. Сушёный гребень зашивают в ладанку; в нём, по низовому счёту, сидит голос птицы.
Шпора. Костяную шпору носят на шнурке от испуга и от чужого глаза; ею же чертят по земле обвод.
Голова. Закладывают под угол сруба, под порог хлева, зарывают в поле на краю полосы.
Кровь. Мажут крест на косяках, на воротах, на комле матицы; кровью правят при падеже и при закладке.
Кость. Куриную и петушиную кость с дыркой носят на нитке, как «куриного бога» — камень с дырой, о котором сказано в рубрике отдельно.

Запреты и приметы

Курицу, запевшую петухом, в хозяйстве не держат: её ловят, перебрасывают через избу и режут в тот же день. Примета эта одна из самых устойчивых по всей полосе.
Петуха не бьют палкой и не пинают ногой: кто изобьёт петуха, у того, по поверьям, пойдёт худо в доме.
Дворового петуха не отдают даром и не режут в тот день, когда в доме больной.
Петушиный крик, услышанный первым при выходе из дома утром, читается доброй приметой; куриное кудахтанье в тот же миг — пустой дорогой.
Петушиные перья не жгут в избе и не выбрасывают под порог.
Резать петуха в обрядовом деле поручают тому, кто делает работу, а не постороннему, и режут одним движением, не мучая: испорченная жертва считается хуже несделанной.

Отклик и осечка

Отклик по петуху читается прямо: птица поёт в срок, чисто, все три раза за ночь; идёт на дворе спокойно, не бросается на людей, не шарахается от угла хлева. В доме после ввода петуха уходит ночная тяжесть.

Осечка выглядит так: петух молчит ночами или начинает кричать не в срок; сипнет и теряет голос без болезни; отказывается входить в дом и бьётся на пороге; гибнет в первую же неделю после того, как его завели для дела; постоянно кричит в один и тот же угол двора.

Последнее — самая внятная примета: петух показывает место. В тот угол и надо смотреть, и смотрят там закладку, землю под нижним венцом, подстилку в хлеву, а в избе — порог, подпол и то, что под лавкой. Найденное чужое берут через тряпицу, выносят и жгут за двором. После этого птицу заводят новую, а старую, если жива, не режут, а отпускают доживать, потому что она своё уже отработала.