Ткацкий стан — единственная в избе машина. Он занимает половину горницы, разбирается и собирается, требует своего порядка действий и не прощает сбоев в счёте. Работают с ним не как с инструментом, а как с устройством, в которое человек входит и на время становится его частью, — отсюда и весь пласт запретов вокруг него.
Основа и уток: почему это разные вещи
В ткани две системы нитей, и они не равноправны.
Основа — то, что натянуто на стан заранее, до начала работы. Её длину, число нитей и порядок задают при сновании, и переменить это по ходу нельзя. Основа держит натяжение, она под нагрузкой, она заданное.
Уток — то, что кладут поперёк, челноком, ряд за рядом. Уток свободен, его можно менять по цвету, толщине, плотности; он и есть проживаемая работа.
Народный счёт читает это буквально: основа — доля, уток — жизнь по ней. Долю тебе натянули, и её длина уже отмерена; что ты по ней проложишь — твоё дело. Отсюда все главные приметы. Оборванная нить основы — тяжёлый знак, её не завязывают походя: обрыв связывают ткацким узлом, а место обрыва запоминают и по готовому холсту не режут. Основу, снятую со стана недотканной, не пускают ни на что доброе, её жгут.
Второе устройство, важное для работы, — зев. Ремизки поднимают половину нитей основы, между поднятыми и опущенными открывается щель, туда идёт челнок. Зев — это открывшийся на миг проход, и он же единственная в ткачестве точка, где полотно ещё не полотно. Через открытый зев смотрят, через открытый зев проносят, через открытый зев протаскивают человека или скотину, когда стан ставят на улице ради обыденного холста.
Что запрещено при стане
- Не оставлять стан с открытым зевом на ночь. Ремизки опускают, челнок вынимают и кладут поперёк холста, а не в зев.
- Не садиться на чужой стан без спроса и не докладывать чужого утка. Чужая рука в чужой основе — прямое вмешательство в чужую долю.
- Не ткать в пятницу, во многих местах и в среду, и весь святочный промежуток. Ставить основу в это время не начинают вовсе.
- Не считать нити основы вслух при постороннем. Счёт основы — то же, что счёт лет.
- Не ткать с непокрытой головой и распоясанной; про пояс и про платок есть отдельные статьи рубрики.
- Не бросать челнок, не втыкать в него ничего и не давать им играть детям. Челнок с прялкой и веретеном стоит в одном ряду именных женских вещей.
- Не переступать через натянутую основу. Обходят стан кругом, даже если это неудобно.
Отдельное правило касается разборки. Стан разбирают весной, когда кончается зимний цикл, и части его хранят врозь: набилки и ремизки в клети, навои на повети. Стан, оставленный собранным на лето, считается стоящим впустую, и на нём начинают ткать чужие — то есть в доме заводится ночная работа.
Обыденное полотно
Главная общественная работа со станом — обыденный холст, он же обыденное полотенце. Условие одно и жёсткое: весь путь от волокна до готового полотна проходится между восходом и закатом одного дня, без ночи посередине. Прядут, снуют, ставят основу и ткут разом, всей женской половиной деревни, часто на улице или у околицы, при полном молчании или, наоборот, с непрерывным пением — тут записи расходятся.
Делается это в крайних случаях, которые касаются не одного двора, а всех: моровое поветрие, повальный падёж скота, холера. Готовое полотно потом употребляют по-разному, и вот здесь местных различий больше всего:
- растягивают через дорогу на въезде в село, и через него проходит вся деревня и прогоняют скот;
- обносят им село по кругу, обходя вслед за опахиванием, — про опахивание есть отдельная статья рубрики;
- вешают в часовне, на придорожном кресте или на обетном дереве;
- сжигают в поле, а через дым прогоняют стадо;
- рвут на куски и раздают по дворам, и каждый двор вешает свой кусок над дверью хлева.
Общее у всех вариантов одно: полотно должно быть сплошным по всей длине и не тронутым ножницами до самого употребления. Отрезанный от него по ходу работы кусок обесценивает всё.
Откуда известно
Обыденные предметы — холст, полотенце, а также обыденная церковь и обыденный колодец — описаны по северу и центру, есть и белорусские, и украинские параллели. Свидетельства о моровом полотне в основном относятся к эпидемиям, и записи здесь идут не только от собирателей, но и от церковных властей, боровшихся с обычаем как с суеверием.
Приметы вокруг основы и утка распространены повсеместно и хорошо согласуются между собой. Гораздо более локально — то, что касается протаскивания сквозь основу или сквозь зев: этот приём известен, но описан неровно и часто смешивается с более общим приёмом протаскивания через отверстие — расщеплённое дерево, хомут, земляной лаз. Приписывать его конкретной губернии по одному свидетельству не стоит.
Практика: тканая застава на дом
Работа для случая, когда беда идёт снаружи и на всех: болезнь по деревне, падёж, беспокойная полоса, когда несчастье цепляет двор за двором. Делается на один дом, за один день.
- Волокно взять своё, лучше лён прошлого урожая. Начинать до восхода, чтобы к первому солнцу кудель уже была на прялке.
- Прясть нить на основу, не отвлекаясь на еду и не выходя со двора. Помощницы допускаются, но только свои: жена, мать, дочь, сестра — не соседки.
- Снование вести на девять нитей в раппорт, длину основы отмерить по ширине двери, которую будешь запирать, с прибавкой на три обхвата собственной руки.
- Основу ставить в один приём, не бросая. Пока стоит основа, в дом никого не пускать и из дома не выпускать.
- Ткать в глухом молчании до последнего ряда. Уток брать той же нитью, что и основу. Ни узла, ни надставки; если рвётся уток — не связывать, а начинать полосу заново с этого места.
- Кончить до захода. Снять с навоя, не отрезая ножницами: концы основы обжигают или прикусывают.
- На готовом полотне произнести слово, держа его на вытянутых руках лицом к закату.
- Прибить полотно над входной дверью снаружи, поперёк, деревянными шпильками, не гвоздями. Висит до сноса. Истлевшее не выбрасывают: жгут и золу выносят за околицу.
Рабочий текст, выстроенный по канону северных записей:
Встану я благословясь, пойду перекрестясь, из дверей в двери, из ворот в ворота, в чистое поле, на восток лицом, к белой заре, к красному солнцу. Ставлю я стан, натягиваю основу, кладу я уток от края до края. Сколько в основе нитей — столько на дом моём застав; сколько утком рядов — столько в тех заставах рядов. Как в полотне моём дыры нет и просвета нет, так и в дом мой ходу нет: ни мору ходячему, ни поветрию летучему, ни лихорадке трясучей, ни чужому слову посланному. Придёт — о полотно ударится, о нить споткнётся, счёт мой считать станет и до конца не сочтёт, пока солнце не взойдёт да петух не пропоёт. Дому моему стоять, скоту моему ходить, детям моим спать. Слово моё соткано в один день, между двух зорь, ножницы его не резали. Замок мой в основе, ключ мой в утке, а полотно моё надо мной.
Через стан бьют так
Способов немного, и все они держатся на основе.
Порча основы. В чужую натянутую основу вводят одну чужеродную нить — с покойного, с могилы, из савана, из чужой одежды. Ткачиха её проложит своими руками, сама, и всё полотно будет с этой нитью внутри. Бьёт по дому и по здоровью хозяйки; замечается только тем, что ткань не ложится и полотно идёт кривым.
Счёт наоборот. Основу пересчитывают вслух в обратном порядке, от конца к началу, стоя за спиной у ткущей. Приём короткий и оттого распространённый; поэтому и держится строгий запрет считать нити при постороннем и вообще пускать кого-то за спину сидящей за станом.
Недотканное. Со стана срезают полотно, не доткав, и уносят кусок. Оставшаяся основа при этом висит порванной, и по счёту традиции это оборванная доля хозяйки. Именно из-за этого недотканное со стана не срезают никогда, а если случилось — стан разбирают целиком, основу жгут, а стан не собирают до следующей зимы.
Расплата на стане тяжелее, чем на прялке, потому что стан — вещь общая для дома, а не личная. Кто испортил чужую основу, у того рвётся своя, и не одна нить, а рядами; в деревенском счёте это читается как разлад по всей семье, а не по одному человеку.
Признаки отклика и сбои
Правильно сотканная застава узнаётся по самому полотну: оно должно быть ровным по плотности от начала до конца и лечь на просвет без просветов между рядами. Первое, что замечают после того, как полотно повешено, — тишина у двери: перестаёт стучать щеколда, собака ложится на крыльцо и не встаёт до утра.
Плохие знаки:
- Основа порвалась дважды и больше за день — работу не кончают. Всё волокно сжигают, повторяют не раньше чем через сорок дней и не тем же льном.
- Не успела до захода — полотно негодное. Ночь его обесценивает целиком; оно идёт в огонь, а не в дело.
- Полотно пошло с косиной, хотя основа натянута ровно, — в основе чужая нить. Ищут по цвету и на ощупь; нашли — режут всё полотно и жгут, не пытаясь выдернуть.
- Готовое полотно почернело или отсырело на двери за первую неделю в сухую погоду — застава приняла удар. Тогда его снимают, жгут и вешают новое, но сперва чистят двор солью и обходят дом по солнцу.