Горшок сделан из земли и рождён огнём: глину копают в яме, посуду обжигают в горне. Он пустотелый, у него горло, тулово и дно — тело, а не форма. Оттого в обрядах он заменяет тело: голову, чрево, дом, самого человека. И оттого его главная обрядовая работа — не служба, а разбивание: то, что нельзя сломать в живом, ломают в глине.
Тело из земли и огня
Три свойства держат всё остальное.
Глина — вещество земли и могилы. Горшок в народном счёте роднее подполу и земле, чем железо и дерево. Его и хоронят — закапывают, кладут на могилу, бросают в яму, — и это не выбрасывание, а возврат.
Обжиг — горшок прошёл огонь до того, как попал в печь, целиком, а не краем. Отсюда его связь с печью не как с орудием, а как с родителем.
Пустота с горлом. Внутреннее отделено от внешнего узким горлом, и это делает горшок вместилищем: в него сливают, им накрывают, чтобы удержать. Пустой горшок вверх дном — закрытое место; горлом вверх — открытое, и в него садится что попало. Отсюда запрет держать в избе порожнюю посуду открытой на ночь.
Ещё одно: горшок бьётся — разом, целиком, в куски. Всё, что в традиции делается через разрыв, тянется к нему.
Разбить, чтобы перевести
Битьё горшков не бесчинство, а самостоятельный обрядовый ход, и в записях он держится крепко.
- В свадьбе. Горшки бьют на другой день после брачной ночи, у порога клети, у сеней, под окном. Черепки считают, топчут, ими метут. Битая посуда здесь — знак совершившегося перехода: старое состояние сломано начисто.
- В похоронах. После выноса покойника вслед бросают и разбивают горшок, а тот, из которого обмывали, выносят на перекрёсток или на межу и оставляют там опрокинутым. В избе после выноса опрокидывают всю порожнюю посуду и переворачивают вёдра.
- На новоселье. В новую избу вносят горшок с горячими углями из старой печи, а старый горшок из-под каши иногда бьют о порог.
- От болезни. Разбивают горшок, в котором «уносили» хворь: над черепками не стоят и на то место потом не наступают.
Правило при этом одно и общее: бьют однажды и не смотрят. Черепки не считают глазами, не подбирают, не заносят в дом. Кто вернулся посмотреть на черепки, тот, по обычному объяснению, забрал разбитое обратно.
Горшок на колу
Самый заметный оберег из глины — горшок, надетый на кол тына или на жердь в огороде, дном кверху. Приём известен по всей великорусской деревне и на Украине, и держится он на трёх смыслах разом.
- Опрокинутый горшок — закрытая посуда: в неё не сядет ни сглаз, ни хворь, ни пустота.
- Ряд горшков по тыну берёт на себя взгляд входящего: глаз идёт по ним, а не по двору. Это самая простая механика деревенского оберега — увести чужое внимание на вещь.
- Горшок из-под каши на колу работает ещё и как знак сытости: двор показывает, что у него есть что варить.
Ставят их так: горшок берут отслуживший, лучше треснувший, но не разбитый, обязательно дном вверх; надевают на угловые колья тына и на кол у ворот, нечётным числом — три, пять, семь. Снимают только когда горшок сам расколется, и тогда черепки не выбрасывают на дорогу, а закапывают под тем же колом. Отдельный горшок надевают на кол у входа в огород — от коршуна, от куницы и от чужого глаза на птицу.
Выливание испуга и лечение под горшком
Горшок в лечении работает как накрывающее и как вбирающее.
Приём с накрыванием, известный в разных вариантах:
- Делают на закате, на убывающей луне, в избе с закрытой заслонкой, при одной свече.
- Больного сажают на порог или на лавку у порога, лицом к двери.
- В новый или в никогда не мытый после обжига горшок кладут три уголька из своей печи, щепоть четверговой соли и клок шерсти или волос больного.
- Горшок трижды обносят вокруг головы больного посолонь, не касаясь, и каждый раз проводят горлом сверху вниз вдоль тела, от макушки к ногам.
- Наливают воды из трёх мест — колодезной, речной и талой — и дают больному отпить три глотка.
- Горшок накрывают тряпицей, выносят молча, ставят на перекрёстке дном вверх, вылив воду под ноги, и уходят не оглядываясь.
- Дома моют руки, обходят избу по четырём углам и ставят свечу в красном углу.
Второй приём — выливание воском в горшок: воск льют не в чашку, а в горшок с водой, потому что глина принимает в землю. Отливку читают, не касаясь руками, вынимают чапельником или щепкой и уносят туда же.
Текст под эту задачу:
Встану я, раба Божия, благословясь, пойду из избы дверьми, из сеней воротами, в чистое поле, на распутье, где четыре дороги сходятся. Беру я горшок глиняный, из земли рождённый, огнём кале́нный, дном крепкий, горлом узкий. Как этот горшок землёй был, землёй и станет, как огонь его брал, да не сжёг, так возьми, горшок, с раба Божия имярек испуг ночной да переполох дневной, чужой глаз да злую думу, тоску-сухоту да криксу-плаксу: с головы, с волоса, с очей, с сердца ретивого, с крови горячей, с кости белой, с ног до подошвы. Собери всё в нутро своё, за горло узкое, под дно крепкое. Стой, горшок, на распутье дном вверх: кто мимо пройдёт, тот не откроет, кто откроет, тот себе возьмёт. Земля тебе мать, огонь тебе отец, а слову моему аминь.
Домашние запреты
- Порожний горшок не оставляют на столе и не ставят открытым на ночь. На ночь опрокидывают или накрывают.
- Не свистят в горло горшка и не стучат по горшку ложкой без нужды.
- Треснувший горшок не чинят и не пускают на воду и молоко: доваривают в нём последнее и выводят на кол или в землю.
- Горшок не одалживают в чужой дом на ночь, а вернувшийся из чужого дома ошпаривают кипятком и обносят солью, прежде чем ставить в печь.
- В горшке, где топили воск, больше не варят.
- Черепки не заносят в избу и не сметают в общий сор. Их закапывают или уносят на перекрёсток.
- Горшок из-под покойницкого обмывания в дом не возвращают ни при каких условиях.
Вредоносное употребление
Ставят горшок на чужое. Горшок дном вверх, поставленный на чужой меже, на пороге, на могиле, — работа на закрытие: чтобы у человека не шло дело, не рожалось, не всходило. Под горшок кладут волосы, землю со следа, шерсть, обрывок савана. Найденный так горшок голой рукой не поднимают: подводят щепку, поддевают ухватом и уносят на текучую воду вместе с содержимым, не заглядывая внутрь.
Закапывают у ворот. Горшок с наговорённым закапывают под воротным столбом или у крыльца горлом вниз. Признак — просевшая земля и то, что скотина обходит это место.
Бьют о чужой порог. Разбить горшок о порог чужой избы — способ навести ссору и разлад; тот же обрядовый разрыв, только направленный внутрь чужого дома.
Уносят посуду. Взятый из чужого дома горшок, особенно тот, в котором варили на праздник, идёт в работу на убыль в еде: у обкраденных «не наедаются», каша не разваривается.
Цена этой работы у глины особая, и её называют прямо: горшок возвращается в землю целиком. Кто ставил горшки на чужое, у того, по деревенскому счёту, бьётся своя посуда — и бьётся не по одной, а помногу, без причины и в один день.
Признаки отклика и поправка
Работа встала — посуда перестаёт биться, еда варится ровно, горшки не текут и не трескаются в печи, на тыне глина держится год и больше. Работа под ударом или встала криво — горшки трескаются в печи по дну, молоко в них скисает раньше срока, каша пригорает при том же жаре, а горшок на колу раскалывается сам собой в первую же неделю.
Раскол горшка на колу читают по времени: расколотый через месяцы — отслужил, его закапывают под колом и ставят новый; расколотый в первые дни — принял удар, и тогда осматривают весь двор: ворота, столбы, порог, землю у крыльца.
Если после выливания стало хуже, разбирают три обычные ошибки: воду вылили дома вместо перекрёстка, горшок поставили горлом вверх, кто-то оглянулся на обратном пути. Первые две требуют повторить работу через три дня с новым горшком, третья — вымыть руки водой с солью и обойти избу по углам. Повторяют не более трёх раз: если глина не берёт, работают уже не по телу, а по месту — по порогу, по подполу, по углам дома.