Нож работает остриём и лезвием: он отделяет. Замок держит, гвоздь прикрепляет, подкова отражает, а нож проводит черту и разрезает связь — между болезнью и телом, между человеком и тем, что к нему пристало, между кругом и всем, что снаружи. Оттого он и самый ходовой из домового железа, и самый строго обставленный запретами.
Лезвие, остриё и черта
Три действия ножа в обряде различаются, и смешивать их не следует.
Обвод. Ножом чертят круг — по земле, по полу, по постели, вокруг больного, вокруг стада, вокруг спящего ребёнка. Круг, проведённый железом, считается непроходимым. Черту ведут посолонь и не отрывая острия, замыкая её точно там, где начали; разорванный круг хуже, чем никакого.
Отсечение. Ножом «режут» болезнь: проводят над больным местом, не касаясь тела, крест-накрест или трижды поперёк, приговаривая. Так работают на грыжу, на килу, на золотуху, на бородавки, на волос. Формула у всех этих приговоров одна по устройству: не то, что видно, режется, а то, что названо.
Укол и вбивание. Нож втыкают — в порог, в косяк, в притолоку, в стол, в землю, в след, в вихрь. Воткнутое железо держит место, как гвоздь, но с разницей: нож всегда можно выдернуть, и потому его ставят там, где работа временная — на ночь, на роды, на болезнь, на бурю.
Какой нож годится
- Свой, домашний, старый. Тот, которым режут хлеб, годится почти на всё: он в доме прижился и знает руку. На тяжёлые дела берут отдельный, никому не даваемый.
- Не даренный и не одолженный. Нож не дарят — «подаришь нож, подаришь ссору»; если берут, дают взамен монету, и тогда это уже покупка. Взятый в долг нож в обряд не идёт.
- Не купленный с торгом. Как и прочее железо, нож берут не торгуясь и без сдачи.
- Не чужой. Нож с чужого двора, найденный нож, нож с кладбища берут только на вредоносное; такой в дом не вносят и держат за двором.
- С деревянной рукоятью. Дерево и железо вместе считаются полной вещью; цельнометаллический на обряд берут реже.
Запреты вокруг ножа в избе твёрдые: нож не оставляют на столе на ночь — иначе, по общему счёту, ночью будет беспокойство и хозяин дома выйдет недоволен; не едят с ножа; не машут ножом на человека без дела; не кладут нож остриём к красному углу; упавший нож поднимают не сразу и не тем же движением, каким уронили.
Домовые применения
- На роды и на младенца. Нож кладут под подушку роженице, под изголовье люльки, под матрац кровати. Часто вместе с ножницами, веретеном или обломком косы. Держат до крещения, потом убирают.
- На порог и в притолоку. На ночь и на время болезни; острие смотрит наружу. Днём вынимают — постоянно воткнутый нож в проёме считается лишним, дом от него глохнет.
- В хлев. В столб у яслей, в притолоку — от того, кто ходит за молоком, и от кикиморы; вместе с подковой и куриным богом.
- В квашню и в тесто нож не суют, а вот в опару в некоторых местах ставили крест ножом сверху — от сглаза на хлеб.
- На покойника. В доме, где лежит умерший, нож иногда кладут ему на грудь или под гроб, а после выноса втыкают в порог. Это уже не оберег покойному, а закрытие дороги обратно.
Круг и вихрь
Два приёма стоят отдельно, потому что делаются не в доме и делаются быстро.
Круг на ночлеге. В лесу, в поле, на чужом дворе перед сном ножом обводят место посолонь, где спишь, замыкая черту, и нож оставляют воткнутым в замке круга, остриём в землю. Внутрь круга ночью не зовут и на голос из-за черты не выходят до света. Приём общий для всей русской традиции и связан с тем, как ведут себя лешие и полевые: об этом есть отдельный разбор оберегов в лесу.
Нож в вихрь. Крутящийся столб пыли в поле по всей русской территории читают как ход нечистого. Нож или косарь бросают в самую середину вихря, наотмашь, левой рукой, ничего не говоря. По поверьям, на брошенном находят кровь, а бросивший потом расплачивается, если пойдёт эту кровь смотреть. Взять нож обратно можно только на другой день и не глядя на лезвие; кто разглядывает — берёт на себя.
Формула держит все обязательные части заговора:
Встану я, раб Божий, благословясь, пойду перекрестясь, из избы дверьми, из сеней воротами, в чистое поле, к синему морю. На том море камень Алатырь, на камне сидит муж железный, в руках держит нож булатный, острый, вострый, с обеих сторон точёный. Режет он не тело белое, не кожу тонкую, не кровь горячую, а режет он у раба Божия имярек хворь-килу, ломоту-сухоту, чужой глаз, чужое слово, чужую руку. Как этот нож ниток не оставит, узлов не пощадит, как всякую пряжу надвое кладёт, так и всё пришитое, привязанное, наговорённое отрежь да отбрось за поле, за болото, за гнилую колоду, где пёс не лает, петух не поёт. Черчу я круг железом от земли до неба: внутрь — свет и сон, наружу — лихо и морок. Кто через черту ступит, тому море переплыть. Ключ, замок, язык. Аминь.
Практика: отрезать пристающее
Порядок для домашней работы на испуг, на сглаз, на «прилипшее» после дороги, кладбища или ссоры.
- Делают на убыли луны, на закате или в сумерках, в один приём. Работают в избе, лучше в бабьем куте у печи, а не в красном углу: угол закрывает работу, но не принимает нечистого.
- Больного сажают на лавку или на порог, лицом к дверям, босым, без пояса и без узлов на одежде.
- Ставят на пол миску с водой, кладут в неё щепоть четверговой соли, ставят рядом свечу.
- Ножом обводят вокруг больного круг посолонь — по полу, не отрывая острия, замыкая точно в начале.
- Трижды проводят ножом крест-накрест над головой, над грудью и над спиной, не касаясь тела, приговаривая своё; на каждом взмахе нож обмакивают в воду.
- На последнем слове нож втыкают в порог остриём наружу и оставляют так до утра.
- Воду выносят за ворота на закат и выливают на такое место, где не ходят; посуду больше на еду не берут.
- Утром нож вынимают, обмывают проточной водой, обтирают насухо и кладут на обычное место. Круг, если он на полу виден, затирают ногой в ту же сторону, куда чертили.
Вредоносная сторона и цена
Ножом не только отрезают, но и режут связь между людьми: на развод режут пополам их вещь — пояс, платок, хлеб, — называя обоих, и половины разносят в разные стороны. Ножом протыкают след, как и гвоздём, только след после этого не прибивают, а вырезают землю целиком и уносят. Нож втыкают в притолоку чужого дома с наговором на ссору — это самое частое из того, что находят при осмотре двора, и потому чужое железо в дереве ищут наравне с узлами.
Цена у ножевой работы прямая и известная: режущий отрезает и от себя. Нож, которым резали на живого человека, в еду больше не идёт; его либо топят, либо оставляют только для обряда. Тот, кто часто работает ножом на разрыв, теряет ровные отношения в собственной семье — этим объясняют, почему деревенские лекари охотно резали болезнь, но неохотно брались резать людей.
Признаки, что работа принята: холод по коже в момент обвода, зевота, слёзы, тяжёлый сон в первую ночь, воск или вода с явным осадком. Признаки, что не принята: нож за ночь у порога заржавел или потемнел пятном, круг оказался разорван, больному хуже к утру. Тогда нож меняют, порог обмывают водой с солью и начинают заново — и до того осматривают весь двор, а не одного человека.