Подпол — нижний ярус избы и её связь с землёй. Наверху живут, внизу хранят и прячут; наверху говорят, внизу слушают. Всё, что дом не выносит наружу и не сжигает, уходит вниз — семена, запас, послед, обрезки, тайна. Поэтому подполье считается местом хозяина дома, а не кладовкой.
Низ избы
Изба в народном счёте стоит тремя ярусами: подполье — жильё — чердак и крыша. Верх отдан небу, дыму и высыхающему, середина — людям, низ — земле и тому, что в земле. Лаз в подпол чаще всего рубят у печи или прямо в приступке — голбце, дощатом коробе с лестницей вниз и лежанкой сверху. Оттого печь и подполье в обиходе слиты: домовой живёт «за печью, в голбце, под полом», и границу между этими адресами никто провести не берётся. О самой печи есть отдельный разбор, здесь важно другое — печь и подпол образуют один нижне-тёплый узел, противоположный красному углу.
Хозяина подполья зовут по-разному: домовой, дедушка, суседко, голбечник, подпольник. Имя не главное; главное, что он там, что он старший в доме по старшинству земли, и что дом с ним в договоре. Куриный бог, кормление на Ефремов день, обычай звать домового при переезде — всё это разобрано в статьях о домовом, здесь — только то, что делается через сам лаз.
Что хранит подпол
Держат внизу три разных вещи, и путать их не следует.
- Запас. Картофель, репа, капуста в кадках, солонина, квас, брюква, свёкла, а в северных избах и часть зерна. Всё, что должно пережить зиму, кладут в землю, потому что земля не даёт портиться.
- Семя. Семенное зерно и семенной картофель — не еда, а будущий год. К ним отношение отдельное: не берут в рост, не одалживают под чужой посев, не считают вслух при чужих.
- Скрытое. То, что нельзя выбросить и нельзя показывать: послед и пуповина при домашних родах, обрезки от лечения, «выкупленное» у болезни, кости от обрядовой еды, иногда деньги дома. Всё это закапывают в подполье, в угол, не под самым лазом, а поодаль, и место затаптывают.
Отсюда правило, повторяющееся во множестве записей: в подполье не роются посторонние. Гостя вниз не пускают, и не потому, что там ценное, а потому, что там семейное.
Запреты вокруг лаза
- Лаз не оставляют открытым на ночь и не оставляют открытым пустым: спустился — закрой за собой.
- Вниз не спускаются после захода без огня. Спички, лучина, свеча — с собой всегда; в темноте не шарят руками.
- Через открытый лаз не переступают и на крышку люка не садятся.
- Не бранятся, стоя над подпольем, и не поминают нечистого: сказанное над лазом считается сказанным вниз, а вниз слова уходят и остаются.
- Мусор и смёт в дни, когда сор из избы не выносят — в поминальные дни, на Святки, при отъезде своих в дорогу, — сметают к печи и спускают в подпол, а не за порог.
- Спускаясь, здороваются с хозяином, а поднявшись, благодарят. Это не вежливость, а рабочая часть договора.
Слушать под полом
Подполье — место, где дом отвечает. На Святки в ряде мест гадали именно у голбца: садились на крышку лаза или ложились на пол ухом к доскам и слушали. Стук, шорох, ход — к делу; тишина — к пустому году; глухой мерный стук снизу читали как знак смерти в доме. Тот же приём применяли не гадая, а по нужде: если в доме не идёт, хозяин спускался вниз и спрашивал прямо, оставив кормление.
Кормление подпольного хозяина делают просто и всегда одинаково.
- Идут вечером, после ужина, одни, без свидетелей и без разговора по дороге.
- Несут на чистом лоскуте: кусок хлеба с солью, немного каши, молока или кваса в небольшой посуде. Ложку не берут — берут руками.
- Спустившись, кланяются в тот угол подполья, что под красным углом избы, и ставят еду туда же.
- Говорят своё дело коротко и вслух, называя себя и дом.
- Поднимаются не оглядываясь, крышку закрывают, огонь тушат уже наверху.
- Наутро поставленное убирают: не съеденное птицами и мышами уносят за двор, посуду моют отдельно.
Текст под эту задачу:
Хозяин-батюшка, домовой-дедушка, что под полом живёшь, что землю сторожишь, что дом на плечах держишь. Пришёл я к тебе не с бранью, а с хлебом, не с пустыми руками, а с солью да с молоком. Прими моё кормление, а мне отдай мою тишину. Как земля под избой лежит и не двигается, как матица над избой лежит и не колеблется, так и в моём дому пусть будет ровно: скотине корм, детям сон, хозяйке рука лёгкая, хозяину дорога прямая. Чужого не пускай, своё держи, ночью не пугай, к беде не води. Слово моё под пол легло, землёй прикрыто, порогом придавлено. Аминь.
Работа с землёй через подпол
Подполье в лечении работает как ближняя земля — та, что под своим домом, а не чужая. Через него делают три вещи.
Снимают «с земли». Если болезнь пристала на улице, на меже, на кладбищенской дороге, воду, которой обмыли больного, не выливают на двор, а спускают вниз и льют в дальний от лаза угол: земля берёт своё обратно. Так же поступают с водой после первого омовения новорождённого, где такой обычай ещё держится.
Прячут сроковое. Первую рубашку младенца, срезанные при первой стрижке волосы, выпавший молочный зуб чаще суют за печь или в щель, но и подпол годится: важно, чтобы вещь осталась под своей кровлей и не ушла к чужим. Всё, что от тела человека, чужим рукам не отдают — на этом строится половина порчи.
Закапывают отсылку. Взятое с больного — узел с обрезками, вымытую в воде монету, воск от выливания — уносят прочь со двора и там оставляют. В своё подполье это не кладут никогда. Вниз кладут то, что должно с домом остаться; беду вниз не кладут, иначе она осядет в семье и будет ходить по родовой линии.
Отклик и порча снизу
Хорошие признаки просты: в подполье сухо, запаса не поедают мыши, картофель не гниёт кучей в одном углу, спускаться не страшно. Договор считается принятым, если после кормления в доме на другой день заметно тише, а скотина спокойна.
Тревожные: сырость и плесень с одной стороны, тяжёлый дух, мор в подполье — крысы или мыши, дохнущие в углу; постоянный шум внизу днём; страх на лазе, беспричинный и упрямый; сны, где кто-то стоит внизу лестницы. Порядок разбора тот же, что по всей границе дома. Спускаются с огнём среди дня, перебирают углы руками, ищут чужое — кость, узел, перья, тряпицу с землёй, комок волоса. Найденное берут не голой рукой, выносят со двора и сжигают на земле или пускают по воде, домой возвращаются молча.
Затем подпол выносят до пустоты, просушивают, обметают стены, землю посыпают золой из своей печи с горстью соли и оставляют лаз открытым на день, пока солнце в избе. Закрывают его до заката. После этого ставят новое кормление — на пустое место договор не встаёт, его надо возобновить.
Если и после этого тянет вниз и в доме глухо, дело не в подполье: проверяют пороги, двери, окна, чердак и углы сруба, каждый по своему чину. Низ показывает беду последним, но и держит её дольше всех.