Могила самоубийцы (в народе — «заложного» покойника) считается одной из самых тяжёлых и опасных. Такой дух не упокоен, мечется, тоскует, легко притягивается к живому и тянет за собой в тоску, безысходность, повтор своей беды. К нему обращаются в крайних, тёмных работах — навести тоску, безысходность, «потянуть вниз». Здесь обряд дан прямо, без купюр, ровно для того, чтобы было видно, насколько это опасно для самого практика, и почему граница тут — не запрет на слова, а закон возврата. Новичку — не соваться вовсе.
Что делает такая могила
- наводит тоску, тоску-сухоту, безысходность, мысли о повторе беды покойного;
- тянет «вниз», к застою, к саморазрушению — то состояние, в котором ушёл сам мёртвый;
- в защитной работе — почти не используется (слишком буйна), в светлой — никогда.
Именно поэтому она привлекает тех, кто хочет навести на врага отчаяние. И именно поэтому она первой бьёт по тому, кто её тревожит.
Если всё же идёшь (с полной защитой)
- только опытный, с крепкой защитой (круг, обереги — см. защита некроманта), не в одиночку на отшибе, не на свежем своём горе/депрессии (иначе притянешь на себя мгновенно);
- луна: убывающая/тёмная; час — глухой; день — по делу;
- плата обязательна и щедра: водка/самогон (заложные «пьющие»), табак, хлеб, монеты;
- защита на себе до входа: окурен, в обереге, круг очерчен у могилы.
Порядок (как это делают)
1. Защита и подход
Очерти себя, поставь обереги. К такой могиле не кланяйся как к доброму — держи границу:
> «Стою в кругу, под рукой рода, под своей защитой. Что за чертой — за чертой и останется. На меня не ляжет, за мной не пойдёт».
2. Подношение-откуп
Поставь водку, табак, хлеб — «откуп», чтобы дух взял плату, а не тебя:
> «(Имя / неупокоенный, что сам себя извёл), вот тебе чарка, вот табак, вот хлеб. Бери плату, а не меня. Кормись с откупа, делай дело за плату, а после — отстань, на меня не оглядывайся».
3. Дело (наговор)
Тёмное назначение проговаривают на имя/след врага, который кладут под камень:
> «Как ты, неупокоенный, тоской изошёл, свету не рад был, места себе не находил, так пусть и (имя) тоска возьмёт, безысходность нападёт, места не сыщет. Твоя мука — ему, твой холод — ему, не мне».
(Подаётся для полноты картины; о цене — ниже и в Рамке.)
4. Жёсткий отсыл и расчёт
Это критично: с заложным нельзя уйти «по-дружески», иначе пойдёт за тобой. Расплатись и отсеки:
> «Заплачено сполна — чарка, табак, хлеб. Долга на мне нет, и ты за мной не должник. Оставайся на своём месте, в своей земле, в своём покое. За мной не ходи, в мой дом не лезь, в сны не приходи. Черта между нами — навсегда. Сказано — заперто».
5. Уход и тяжёлая чистка
Оставь откуп. Уходи не оглядываясь, другой дорогой. Дома — полная чистка: смыв (мёртвой/проточной водой прочь), окуривание, смена одежды, тёплое питьё, заземление, свет, люди рядом. Несколько дней следи за собой: навалилась тоска, бессонница, чужие мысли «вниз» — немедля снимай подсадку (см. снятие подсадки) и иди к живому: к людям, к свету, к делу.
Почему это бьёт по практику
Заложный отдаёт своё — тоску и безысходность. Направляя их, ты прокачиваешь это через себя, и часть остаётся в тебе. Навёл отчаяние — рискуешь утонуть в нём сам, особенно если внутри уже надлом. Это не мораль, а механика: с чем работаешь, тем и пропитываешься.
Рамка Маат
Могила самоубийцы — это прикосновение к незажившей, мечущейся беде, и беда эта липнет к тому, кто её тревожит. Цена правильного контакта (только защитного, только опытного, только с откупом и жёстким отсылом) — тяжёлая чистка и риск; цена тёмного применения — почти неизбежный возврат: наведённая на другого тоска и безысходность втягивают самого практика в то же состояние, а потревоженный неупокоенный нередко остаётся при нём. Маат здесь — закон возврата в самой жёсткой форме: вниз тянущий — сам сползает вниз. Помочь такой душе упокоиться (см. проводы застрявшей) — светло и тяжело; использовать её, чтобы губить живого, — самоприговор. Идти ли к этой могиле и зачем — выбор практика; но тут возврат особенно скор и тяжёл, и платит он собой.