Серапис — не древнеегипетский бог. Он создан при первых Птолемеях, в начале III века до н. э., в Александрии, и создан сознательно, как государственное решение. Всё, что о нём говорят как о «древнейшем боге Египта», — ошибка либо подделка. Работать с ним можно и есть за что, но начинать надо с честной даты.
Что было до него
Настоящий египетский предшественник существует, и он старый. Умерший бык Апис, живое воплощение Птаха в Мемфисе, после смерти сливался с Осирисом и становился Осор-Хапи, «Осирис-Апис». Быков этих бальзамировали, хоронили в огромных гранитных саркофагах в подземных галереях Саккары и почитали как бога. Имя Осор-Хапи засвидетельствовано задолго до греков.
Из этого имени греки и вывели своё Сарапис, позже Серапис. Но взяли они только звучание. Всё остальное — облик, обряд, богословие — было построено заново и по-гречески.
Как его сделали
Обстоятельства известны в основном по греческим и римским авторам, писавшим сильно позже, и в их рассказах много легенды. Отделяя вероятное от сказки, картина такая.
Птолемей I Сотер, первый царь македонской династии в Египте, а по некоторым данным его сын Птолемей II, учреждает в Александрии культ нового божества. Задача политическая и внятная: нужен бог, которому могут молиться и греки-переселенцы, и египтяне, — общая точка для двух населений, не сливающихся между собой.
Авторами богословия предание называет двоих: Манефона, египетского жреца из Себеннита, известного как составитель списка династий, и Тимофея, жреца из афинского рода Евмолпидов, знатока элевсинских мистерий. Один давал египетскую сторону, другой — греческую.
Есть и рассказ о том, что культовую статую привезли морем из Синопы после вещего сна царя. История эта передаётся античными авторами и содержит все признаки легенды об основании — сон, знамение, чудесное прибытие. Изготовление самой статуи приписывают скульптору Бриаксису.
Об облике спорить не о чем: он полностью греческий. Бородатый зрелый мужчина в хитоне, сидящий на престоле, со скипетром, у ног трёхголовый пёс Кербер, на голове калаф — хлебная мера, корзина-мерка. Ни звериной головы, ни канонической египетской позы, ни иероглифической подписи. Египтянин, глядя на это изваяние, видел чужого бога.
Что он умел
Серапис собран из нескольких должностей сразу, и это сделано намеренно.
- Подземный владыка — по Осирису и по греческому Аиду; отсюда Кербер.
- Изобилие и хлеб — по калафу на голове; Александрия жила зерном.
- Целитель, дающий ответ во сне — самое живое его дело.
- Хозяин моря и плавания — в паре с Исидой, которую греки чтили как покровительницу мореходов. Пара Серапис — Исида расходится по всему Средиземноморью.
Серапеи стоят в Александрии, в Канопе, в Мемфисе при старом Серапеуме, дальше — на Делосе, в Эфесе, в Остии, в Риме на Марсовом поле, вплоть до Британии. Это первая по-настоящему международная религия, вышедшая из Египта.
Отдельно стоит мемфисский Серапеум птолемеевского времени, где жили катохи — люди, добровольно затворявшиеся при святилище на годы. От одного из них, Птолемея, сына Главка, сохранился целый архив II века до н. э.: расписки, тяжбы и главное — записи снов, свои и чужие. Это лучшее, что есть у нас о том, как работала эта практика изнутри.
Конец известен точно: Серапеум Александрии разрушен в 391 году н. э., при епископе Феофиле, по эдикту Феодосия. Культ на этом кончился.
Кому он был нужен
Ещё одна честность, без которой обращение к Серапису превращается в самообман. Египтяне в массе своей на него не перешли. Они продолжали чтить Осор-Хапи в старой форме, египетскими обрядами и на египетском языке. Серапис был богом грекоязычного населения, городов, армии, чиновничества и торговли.
Отсюда рабочий вывод. Серапис — бог посредничества между несовместимыми системами. Это его настоящая специальность, и она вытекает не из мифа, а из того, зачем его создали. К нему имеет смысл идти там, где надо свести вместе две среды, два языка, две конторы, два семейства, которые друг друга не понимают.
И обратное: у него нет древнеегипетской власти, и подставлять его вместо Осириса в заупокойной работе нельзя. Осирис старше на две с половиной тысячи лет и держит совсем другую линию.
Обряд: сон и толкование
Основная работа с Сераписом — инкубация, тот же приём, что у Имхотепа, но оформленный по-гречески и с обязательным толкованием.
- Очищение и воздержание — несколько дней: без вина, без мяса, без лишнего.
- Прошение, записанное своими словами, ясно и с одним вопросом. Один сон — один вопрос.
- Ночёвка у святилища. Дома это переводится в отдельное место: не привычная постель, а другая комната, пол, чужая кровать. Смена места входит в обряд.
- Записать сон немедленно по пробуждении, целиком, включая бессмыслицу.
- Толкование — отдельным шагом и лучше не самому. При Серапеумах толкователи снов держали своё ремесло открыто и объявляли о нём вывеской. Если некому — толкуй письменно, через день, на свежую голову, разбирая записанное по частям.
Стол у него греческий, и не надо приделывать к нему египетский. Ставят:
- вино, разбавленное водой, — главное возлияние;
- хлеб и зерно в мерке, повторяя калаф;
- лампу, обязательно: серапейские обряды шли при светильниках;
- венок — миртовый или любой зелёный;
- воду для омовения рук.
Формулы хетеп-ди-несу здесь не читают: это чин египетского заупокойного стола, и на греческого бога он не ложится.
Текст держит обязательные части хекау: называние, отождествление, приказ, закрепление:
Серапис, сидящий на престоле, с мерой на голове,
у ног твоих пёс о трёх головах,
ты, что рождён в Александрии из старого имени —
Осириса-Аписа, быка, положенного в камень в Саккаре.
Имя твоё египетское, а лицо твоё греческое, и ты стоишь между.
>
Вино перед тобой, разбавленное. Хлеб перед тобой. Зерно насыпано в меру.
Лампа горит, и венок зелен.
>
Я не зову тебя древним, ибо ты не древен, и ты знаешь это лучше меня.
Я зову тебя тем, кто был поставлен между двумя, что не понимали друг друга,
и стал общим для обоих.
>
Вот вопрос мой, и он один, и я не задам второго.
Приди этой ночью и ответь сном.
Дай видеть ясно, дай вспомнить утром, дай понять к вечеру.
А то, что развела вражда и разный язык, — сведи, как свели тебя самого.
>
Сказано при лампе, с вином и хлебом, перед сном.
Закреплено. Не переменится.
Признаки отклика
Сон приходит обычно в первую или вторую ночь и отличается от обычного связностью: у него есть начало и конец, и он помнится дольше, чем должен. Второй признак характерен именно для него — находится посредник, человек, говорящий на обоих языках твоей задачи: юрист, который понимает и врача, и суд; родственник, которого слушают обе стороны; переводчик в любом смысле слова. Третий идёт по хлебной части: выравнивается доход, приходит расчёт, снимается вопрос с деньгами на ближайший срок.
Два вопроса — ноль ответов: инкубация работает по одному вопросу, лишний портит оба. Сон-каша — обычно от того, что легли на привычное место и не сменили обстановку, или от того, что не было воздержания; повтори через семь дней. Ответ есть, толкования нет — записанный сон лежит и молчит; разбор обязателен, и лучше отдать текст другому человеку и выслушать, что он в нём увидит, прежде чем спорить.
Как его отличать от соседей
Апис — живой чёрный бык при храме Птаха в Мемфисе, древнее династий, телесная мощь и плодородие. Осор-Хапи — тот же бык после смерти, слитый с Осирисом, египетский бог египетского обряда. Осирис — владыка мёртвых, судья, зерно, возрождение, три тысячи лет культа. Серапис — эллинистическое божество, созданное Птолемеями поверх имени Осор-Хапи, с греческим лицом, греческим столом и одной настоящей специальностью: сводить несводимое и отвечать во сне.
Серапис Бэй и прочее
В эзотерической литературе чаще самого бога всплывает имя «Серапис Бэй» — персонаж теософии, один из так называемых «вознесённых учителей», введённый в оборот в конце XIX века. К александрийскому Серапису он отношения не имеет: это фигура нового времени, придуманная внутри теософской системы и оттуда разошедшаяся по позднейшим течениям. Обращаться к двум разным адресатам одним именем значит не попасть ни в один.
Так же не стоит искать у Сераписа «древних мистерий Египта». Мистерии, которые связывали с ним в Риме, — эллинистического и римского покроя, и родня им скорее Элевсин, чем Абидос.