Хнум лепит людей на гончарном круге и держит пещеры, из которых выходит разлив. Бог с бараньей головой — не творец вообще, а мастер: он работает руками, с материалом, по заказу. К нему идут с тем, что надо изготовить или переделать, а не с тем, что должно возникнуть само.
Гончар
Основной образ прост и не требует толкования: бог сидит у круга и лепит на нём двойную фигуру — тело ребёнка и его ка. Не душу отдельно от тела, а обе части сразу, потому что по египетскому счёту это одна работа.
Такие сцены есть в храмах на стенах царских «рождений»: в Дейр эль-Бахри при Хатшепсут и в Луксоре при Аменхотепе III. Там божественное зачатие царя расписано по шагам, и Хнуму отведён вполне определённый участок — изготовление. Дальше Хекет подносит к вылепленному знак жизни и запускает дыхание, и о её половине работы говорится в соседней статье рубрики.
Из этого вытекает всё практическое. Хнум отвечает за форму: за то, каким сделано тело, каким сложен характер, какой получилась вещь. Он не даёт хода и не оживляет — он изготавливает.
Пороги и разлив
Второй его дом — граница страны. Элефантина у первого порога, остров на самом юге обжитого Египта, где река входит в страну через камни. Там Хнум с Сатис и Анукис — триада порогов, засвидетельствованная надёжно и рано.
По здешнему богословию разлив выходит из пещер под порогами, и Хнум эти пещеры держит: он «владыка прохладных вод», распорядитель подъёма. Отсюда его эпитеты о разливе и о том, что он даёт зерно и хлеб не как землепашец, а как открывающий кран.
Связка гончара и разлива не случайна: ил, который приносит вода, — это и есть глина, из которой лепят. Материал приходит с водой, мастер садится за круг. Египетская логика тут цельная, без натяжек.
Стела голода: поздний текст о древнем
На острове Сехель у порогов вырезан текст, где рассказывается о семилетнем голоде при царе Джосере: Нил не поднимался, страна голодала, царь обратился к Хнуму, бог явился ему во сне, объявил себя хозяином вод и потребовал восстановить своё святилище, после чего разлив вернулся; в благодарность царь отписал храму доходы с округи.
Текст этот выдаёт себя за древний документ Старого царства, но вырезан он в птолемеевское время — почти на два с половиной тысячелетия позже описываемых событий. Это не подделка в нашем смысле, а обычный для египетских храмов способ обосновать имущественные права ссылкой на глубокую древность. Пользоваться им как свидетельством о Джосере нельзя; как свидетельством о том, как жрецы Хнума в поздний период понимали своего бога, — вполне можно, и понимали они его именно как распорядителя воды и получателя доли за неё.
Эсна и баран
Эсна к югу от Луксора — второй большой дом Хнума, там он с Нейт и Менхит. Сохранившийся храм римский, его потолок и колонны исписаны сложнейшими гимнами, включая знаменитые тексты, написанные почти одними знаками барана и знаками крокодила. Это позднее богословие, изощрённое и книжное; древний культ за ним стоит, но конкретные формулировки — греко-римского времени.
Баран — его зверь, и здесь есть настоящая египетская игра слов, а не выдуманная: «ба» означает и барана, и ту часть человека, которая выходит из тела и движется. Древний баран Хнума — длиннорогий, с горизонтально закрученными рогами, порода, вымершая в Египте рано; поздние изображения дают уже другого, с рогами загнутыми вниз, и по рогам можно отличить древний тип от позднего.
Не путай его с бараном Мендеса в Дельте — это отдельный бог, Банебджедет, «Ба, владыка Джедета». В поздней теологии их и ещё пару баранов свели в схему «четыре ба четырёх богов в одном звере», но это птолемеевская конструкция, а не изначальное единство.
Три срока
Первый срок — подъём воды, начало разлива. Всё, что просят о материале и о притоке, ставят туда.
Второй — работа по зачатию и по вынашиванию: обращаются на растущей луне, за телом ребёнка, а не за самим зачатием.
Третий — рабочий: день, когда ты садишься делать вещь. Начало работы руками — его время, и обращение делают до первого прикосновения к материалу.
Стол мастерской
Стол Хнума — мастерской, не пиршественный.
- Ком сырой глины — обязательный предмет. Не фигурка, а именно необработанный материал, из которого ты будешь лепить.
- Вода в кувшине, обязательно в кувшине, а не в чашке: сосуд как изделие.
- Хлеб — тоже изделие из размешанного и печёного, и это тут читается.
- Пиво.
- Ладан, немного.
- Твой инструмент — то, чем ты работаешь руками: нож, резец, игла, клавиатура, если работа такая. Кладётся на стол рукоятью к тебе.
Порядок жёсткий и деятельный: вымой руки, налей воду из кувшина на глину, разомни её, назови бога и его два дома — пороги и Эсну, — скажи вслух, что именно ты делаешь и для кого. Вылепи из размятой глины фигуру — человека, если работа о теле, или подобие того предмета, о котором просишь. Лепить нужно самому и до конца, как бы криво ни выходило. Прочти текст над вылепленным. Оставь сохнуть до утра.
Утром: если работа о человеке — фигурку оставь себе, поставь у воды. Если о деле — обожги, закопай или отдай в проточную воду, по тому, чего просил.
Что просят у мастера
Просят: зачатия и здорового тела ребёнка; исправления тела — при увечье, после болезни, при затяжном восстановлении; ремесла и рукоделия, чтобы вещь вышла как задумана; чтобы «пришёл материал» — деньги, сырьё, люди, всё, из чего делается дело; чтобы вода шла ровно, буквально и переносно: приток клиентов, поставок, воды в дом; и переделки того, что уже сделано плохо, — это его отдельная и сильная сторона, потому что гончар может размять и посадить заново.
Не просят: чтобы появилось из ничего; чтобы дали, минуя работу; чтобы кто-то другой сделал за тебя. Хнум работает только с материалом и только вместе с руками просящего. Обращение без собственной работы у него не срабатывает — это самое частое, обо что разбиваются.
Не просят и о ходе: запуск, начало, дыхание в вылепленное — это Хекет, и о ней в рубрике сказано отдельно.
Слова над вылепленным
Рабочее переложение формулы:
Хнум, владыка порогов, хозяин прохладных вод в пещерах,
тот, кто сидит у круга и лепит тело и ка одной рукой,
баран с закрученными рогами, мастер, у которого не выходит криво.
Вода налита из кувшина, глина размята, руки мои мокры и в глине.
Я сажусь за твою работу и делаю то, что ты делаешь.
Смотри: это вылеплено — здесь называется, что и для кого.
Пусть оно будет сложено правильно, кость к кости и часть к части,
пусть то, что вышло криво, будет размято и посажено заново,
пусть тело выправится, а сделанное руками выйдет как задумано.
Открой пещеры, пусть придёт материал и придёт вода,
пусть не иссякнет то, из чего я делаю, пока работа не кончена.
Хлеб на столе, пиво налито, инструмент лежит рукоятью ко мне.
Слеплено и названо. Стоит, пока не высохнет и после.
По чему видно, что взято
Первое — материал. Появляется то, из чего делать: деньги на закупку, доступ, освободившийся человек, найденная вещь. Отклик у гончара всегда приходит веществом, а не настроением.
Второе — руки. Работа идёт легче и точнее, чем обычно; выходит с первого раза то, что раньше переделывал.
Третье, по телу, — заметное выравнивание в восстановлении: перестаёт болеть неровно, начинает срастаться и заживать по-нормальному.
Признак принятой работы — фигурка высохла целой, без трещины. Треснувшая пополам к утру означает отказ; лепи заново на следующий день и проверь формулировку задачи.
Частые срывы
Ничего не пришло — почти всегда ты не работал сам. Проверь честно: сел ли ты за дело в тот же день. Хнум подаёт материал только тому, кто уже мнёт глину.
Пришло слишком много сырья и ни одной готовой вещи — обычная беда этого бога. Он не заканчивает и не запускает. Дополни работу обращением к Хекет за ходом, а за первым шагом — к Упуауту.
Тело вместо выправления начало ломить сильнее — прекрати на неделю. Гончар сажает заново, а посадка заново значит, что сначала мнут. Если ломота держится дольше, иди к врачу: египетский храм и врачебная практика шли рядом, и жрец не подменял собой лекаря.
Чего Египет не строил
Хнума в популярных книгах любят делать «божественным архитектором», зашифровавшим в пирамидах золотое сечение, число пи и координаты земного шара. Вся эта пирамидология выросла в Европе в XIX веке из измерений Великой пирамиды и к египетским текстам отношения не имеет: сами египтяне описывали свои постройки в локтях и ладонях, считали площади практическими способами и оставили нам задачники, по которым видно, какой именно математикой они пользовались, — толковой, но без мистики.
Хнум в этих текстах не архитектор, а гончар, и его дело мельче и телеснее, чем хочется искателям тайн: он лепит человека и следит, чтобы вода поднялась вовремя. Ни чакр, ни «энергии творения», ни атлантов в его культе нет; есть круг, глина и обязанность выдать годное изделие.